Под белым парусом судьбы

Не очень давно в одной из центральных газет вышла статья Арзамасе-16 "Город молчаливых людей". Наши горожане тогда здорово обиделись на заезжих журналистов за такой вот заголовок-ярлык. Ну а если хорошенько подумать - настолько ли он неверен? Город, поменявший множество условных названий, считался секретным объектом. Даже в случайной беседе нельзя было проговориться, где ты живешь и чем занимаешься. В общем как собеседники впечатление на людей с большой земли мы производили еще то! Да и местные журналисты, наученные горьким опытом (были времена, когда каждая строчка безобиднейших материалов газеты "Импульс" визировалась первым отделом!), привыкли не интересоваться тем, что все равно "не пропустят" к публикации. Очень жаль потерянной возможности еще при жизни некоторых известных всему миру ученых поговорить с ними, сделать материал. К счастью, в последние годы сами сотрудники института стали все чаще обращаться в редакцию с предложениями рассказать о своих коллегах, поздравить их с юбилеями. И мы с радостью откликаемся на их просьбы. Вот и недавно в редакции раздался звонок. Сотрудник отделения N 3 Александр Иванович Логвинов рассказал об истории создания отдела газодинамических исследований, его сотрудниках и попросил поздравить через газету с 70-летием Владимира Михайловича Герасимова.

В. Герасимов в кругу семьи
Отдел образовался в 1947 году, когда в КБ-II (тогдашнее название ВНИИЭФ) были созданы первые научно-исследовательские лаборатории. Лабораторию под номером 5 тогда создал и возглавил К.Щелкин. Cледующими начальниками отдела, образовавшегося из лаборатории N 5, под номерами 25, а затем 0308, были Е.Негин, Л.Тимонин, Н.Казаченко и В.Герасимов. Группа отдела вела динамические испытания натурных макетов изделий на площадках и осуществляла подрыв изделий на полигонах. Большинство выпускников технических вузов стремилось попасть именно сюда, потому как здесь можно было раскрыться полностью. Сейчас здесь работают 17 докторов и кандидатов наук. Защитили диссертации 27 ученых. И даже в наши тяжелые финансовые времена малооплачиваемая молодежь не стремится никуда уходить, потому в отделе и поныне - атмосфера творческого содружества, которую создали и сохранили люди высокообразованнные, интеллигентные, и Владимир Михайлович Герасимов в их числе. Сегодня он - гость нашей редакции.

Самый плодотворный - возраст Христа

В 1947 году профессия физика была модной и необходимой стране. Только что кончилась война. Из-за того что не хватало техники, было пролито много крови. Американцами были сброшены атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. Началась холодная война. В общем, я поступил на физико-технический факультет Московского университета. Этот факультет был новым, он открылся только в 1946-ом. Воглавлял его П.Капица, который привлек к преподаванию Л.Ландау, Е.Лифшица, Г.Петровского, М.Лаврентьева. Я стажировался в группе химфизиков на кафедре директора ИХФ Н.Семенова.

Для работы в город отбирали лучших выпускников. Собеседования с нами проводил Евгений Аркадьевич Негин. Разговаривал он с нами осторожно, не рассказывал чем и где будем заниматься, больше нас расспрашивал. У меня дипломная работа была о воздушно-ударных волнах. Этот вопрос исследовался и в отделе Негина. Кстати, Негин стал начальником нашего отдела и заместителем начальника сектора в 30 лет, главным конструктором КБ-1 в 34 года. И нашему поколению посчастливилось участвовать в самом напряженном периоде работы института до 1962 года в самые лучшие свои годы - до возраста Христа.

Мне Негин поручил вопрос газодинамических аспектов отработки изделия РДС-3. Я оказался в центре очень напряженных разработок. Нужно было координировать работу КБ-1 и КБ-2. Познакомился с нашими теоретиками, конструкторами. Очень много времени проводили на площадках. Работали с восьми и до восьми. Мне посчастливилось поработать вместе с Д.Фишманом, Б.Леденевым, С.Кочарянцем, Ю.Мирохиным, Л.Огневым и другими. Участвовал в отработке всех изделий института, начиная с 1954 года. За что в 1955-56 годах был награжден орденом и медалью, а в 1962 году стал лауреатом Ленинской премии.

Секретные и несекретные материалы

Если говорить о современном состоянии дел в институте и в нашем отделе в частности, то проблем, конечно, немало. Уменьшился приток специалистов со стороны. Реже обновляются кадры. Разве что вот наши дети придут нам на смену. Не проводятся ядерные испытания. А требования безопасности к хранению изделий возросли. Мы, к сожалению, начали отставать от зарубежных ученых в этих вопросах. Но у нас программа экспериментальных работ по экологии, безопасности нашего оружия существует. Работы ведутся по приказу директора института. Печальный опыт Чернобыля заставил более активно заниматься этими вопросами. Хотя еще до чернобыльской аварии сотрудниками нашего отдела был сделан отчет о том, как готовиться к подобного рода катастрофам, как ликвидировать их последствия. В последнее время все больше убеждаешься, что с тем видом оружая, которое производится у нас, таких аварий случиться не должно. Но вопросов о способах предотвращения аварий и их последствий очень много. Если бы получше было финансирование, то мы в этом направлении смогли бы сделать гораздо больше.

Считаю, что главное сегодня - это успеть довести историю создания ядерного оружия нашими учеными до молодых, тех, кто придет после нас. Мы поняли, что публикации о нашей работе часто делаются не очень компетентными в наших делах людьми. В центральной печати даже изредка стали появляться мнения о том, что работа ученых-ядерщиков по нынешним временам не очень то и важна. Наше отделение стало одним из инициаторов конференции 1992 года по истории разработок первых образцов атомного оружия. Первая же конференция обнаружила, скольких ученых уже нет рядом с нами. Доклады конференции рассекретили материалы исследований ученых, начиная с первых послевоенных лет и до 1955 года. Вторая конференция состоялась в позапрошлом году, и еще большее количество ученых-первопроходцев не присутствовало на ней.

Наша работа была не только трудной, но и опасной, вредной для здоровья. Сам я еще молодым специалистом вместе с А.Репьевым и В.Чмилем получил осколочное ранение при взрывном опыте. От последствий ранения преждевременно умер А.Репьев. Погибли во время взрывных работ наши товарищи Горин, Калашникова, Дулин, несколько коллег на Урале. Работа на внутренних и внешних полигонах с токсичными веществами тоже способствовала преждевременным смертям и болезням многих наших товарищей...

На памяти нашего поколения было два общенародных праздника - день Победы 9 мая 1945 года и полет Ю.Гагарина в 1961 году. Между двумя этими датами российские физики и техники в результате помощи всей страны и своего напряженного, творческого труда догнали и в ряде отраслей перегнали США, создали ядерно-ракетный потенциал, паритетный американскому. Это обеспечило национальную безопасность и многолетнее мирное существование страны. Последняя конференция ученых-ядерщиков состоялась в Снежинске в этом году. Теперь с нами больше нет Негина, Харитона, Зельдовича. Американцы уже давно пишут свою историю. Пора этим заняться и науным сотрудникам нашего института. И не только писать доклады для конференций, но и публиковать их. Чтобы знать, что и как было, нужно попросить ученых написать подробные отчеты о своей работе.

О свершившемся и несвершившемся

Если отвлечься от проблем, которые в жизни любого человека неизбежны, то можно уверенно сказать: нашему поколению повезло. У нас была интересная работа. Мы были молодыми, активными. Я был комсоргом отдела, позже меня избрали секретарем комсомольского бюро сектора. Мы организовывали вечера, спортивные мероприятия. Очень популярны были сдача норм ГТО и лыжные кроссы. Актив организовал курсы по сдаче аспирантских экзаменов и помог многим молодым сотрудникам получить темы диссертаций. В секторе сложился крепкий дружный коллектив, в котором приятно работать и по сей день.

С женой Ниной меня познакомил парусный спорт - московский яхт-клуб "Спартак". Парусом стал заниматься в 1942 году, тогда школьники заменили ушедших на фронт яхтсменов. Мы с супругой регулярно участвовали в составе сборной Москвы в нескольких первенствах Союза, Москвы и других крупных соревнованиях. Нина стала чемпионом Союза в команде легендарной Лены Архангельской, затем уже самостоятельно чемпионом "Спартака". Спорт дал нам возможность посмотреть Николаев, Таллин, Ленинград. В город мы приехали чемпионами своего яхт-клуба. Жену с трехмесячной дочерью привез в город осенью 1953 года. Сначала поселились на кухне женского общежития, затем получили комнату. А после рождения сына в 1954 году переехали в двухкомнатную квартиру. Сейчас у нас - дочь и двое сыновей. Все они окончили московские вузы и живут в Москве. Старший сын закончил физтех, факультет космических исследований. Защитил диссертацию. Регулярно к нам приезжают погостить на каникулы пятеро внуков. Супруга Нина Петровна вместе с Цукерманами была одним из первых членов Дома ученых. Ряд конструкций этого здания сделан по ее чертежам. В Доме ученых мы организовывали свои первые концерты, проводили туристические вечера.

Нам хотелось посмотреть страну. Нынешняя молодежь нам, пожалуй, может позавидовать: в отпусках мы занимались автотуризмом. Ездили по маршруту Москва-Минск-Брест-Львов-Карпаты-Винница-Одесса. Компанией объехали всю Прибалтику, Украину. Другим увлечением была байдарка. Самым памятным был спуск в половодье по Мокше. Очень интересно было путешествовать по Нижегородчине. В Полх-Майдан лучше ездить весной и осенью, когда мастера заканчивают и выставляют свои поделки. Мы побывали в Суздале, Владимире, Керженце, ездили на озеро Светлояр. Мы многое повидали, многое успели. Но осталась мечта, которой уже не дано осуществиться - сходить под парусом в кругосветное путешествие.

Подготовила Бэлла Нехорошева