Полвека – детям

Вспоминает первую встречу с главврачом Михаилом Ивановичем Сусловым. Он спросил ее, проницательно глядя в глаза: «Вы знаете, куда приехали? Как называется этот город?». И собственное робкое: «Не-ет». – «Саров. И чтоб больше никогда и нигде вы это слово не произносили». Они и не произносили.

Однажды на встрече с бывшими одноклассниками ее отозвала в сторону Надя и спросила: «Ты все еще работаешь в этом городе?» Валентина Макаровна не знала, что говорить, посмотрела в ответ испуганно-вопросительно и услышала, что Надя сидела в Сарове за растрату. За какую-то мизерную недостачу ей, бухгалтеру, дали пять лет несмотря на годовалую дочку. Тогда наказывали жестоко, но, может быть, так надо, и Валентина Макаровна смотрит на меня вопросительно. Я не сомневаюсь: так – не надо.

А она рассказывает дальше. Как работала на первом участке и жила рядом со своими маленькими пациентами на улице Жданова в гостинице. Первый вызов Валентина Макаровна получила к Танечке Крюковой, у девочки была ангина. Благодарные Танечкины родители принесли ей как-то букет цветов в гостиницу – приятно было так, что до сих пор помнит. Но не все мамочки на участке были такими внимательными и доброжелательными. Как-то пришла она на вызов к мальчику Коле, осмотрела его с ног до головы, как учили в Педиатрическом – катар верхних дыхательных путей, тогда ОРВИ не ставили, назначила лечение. Мама в богатом халате явно была чем-то недовольна, Валентина Макаровна, бедно одетый молодой врач, смущенно жалась под недобрым взглядом. Наутро до планерки забежала, чтобы осмотреть Колю: вдруг клиника заболевания изменилась, нет, все нормально. Михаил Иванович встретил ее грозно: родители Коли нажаловались в политотдел, но расспросил о пациенте и собрал консилиум. И Колю смотрели главный педиатр и заведующие детским и инфекционным отделениями. У мальчишки к тому времени температура спала, он уже откровенно «ходил на голове». Старшие коллеги вынесли вердикт: катар, доктор абсолютно права. Она плакала в кабинете у Суслова, а он грубовато утешал: «Молодая! Поплачешь два раза, будешь знать, что такое жизнь». И добавил, что хорошо еще, что начальник Третьего главка не позвонил – для родителей с первого участка ничего невозможного не было.

Правда, с остальными семьями у нее получился прекрасный контакт. Но особенно тепло Валентина Макаровна вспоминает семью Андрея Дмитриевича Сахарова. Его дочери Таня и Люба росли болезненными, в доме Сахаровых Валентина Макаровна бывала часто. Наискромнейшие были люди. Клавдия Алексеевна была заботливой и очень ответственной мамой. Андрей Дмитриевич, казалось, всегда был погружен в собственные мысли. Тем удивительнее было Валентине Макаровне, когда после ее замужества Сахаров принес ей в гостиницу ключи от коттеджа, куда предложил им с мужем перебраться на время отъезда собственной семьи. И в московской квартире Сахаровых семья Дударевых гостила, пока Валентина Макаровна училась на курсах повышения квалификации.

За плечами жизнь. Валентина Макаровна стала создателем педиатрической службы в городе, при ней была построена детская поликлиника. Начали плановую работу по вакцинации саровских детей. Когда-то нашим педиатрам приходилось сталкиваться с грозными заболеваниями: полиомиелитом, дифтерией, менингитом, корью, паротитом – теперь молодые врачи даже клиники полиомиелита и дифтерии не видели воочию. А тогда дети не были защищены прививками, но с 1961 года в городе начал работать прививочный кабинет, которому Валентина Макаровна отдала многие годы жизни.

Она считает себя счастливым человеком: дети ее стали врачами, растут внуки. Выходит на улицу и улыбается – половину XX века проработала в медсанотделе.

О.Загускина