|
|
|
Специалисты консалтинговой фирмы Fourth Room, анализируя нынешнее состояние английского языка, пришли к выводу, что под влиянием сетевой субкультуры постепенно формируется некий новый диалект, названный ими weblish. Для многих людей он становится общеупотребительным не только в сети. Если же говорить о языке русском, то на протяжении последнего века он испытывал гораздо больше внешних и внутренних влияний, изменявших его порой куда более радикально. Это и авангардисты 1920-х с крылышкующим кузнечиком г-на Хлебникова, и блатная феня, популяризированная репрессированной интеллигенцией 1930-х, и огромный приток иностранных слов, связанных с НТР (от «радио» до «компьютера»). К этому можно прибавить субкультурный тусовочный сленг, тоже представляющий собой вавилонскую языковую смесь — от тюркского «кайф» и английского «шуз» до аутентичных «чувиха» и митьковского «дык елы палы». Кроме того, специфический жаргон особо избранной касты, коей до недавнего времени являлись компьютерщики, с популяризацией компьютерной техники стал усваиваться более широкими слоями населения.
Когда заплетается не язык, а пальцы...
Специалисты отмечают, что упрощения языка, основанные на принципе экономии языковых средств, в случае Интернета формируются скорее на основе экономии средств клавиатурных. Неудобства в раскладке клавиатуры и желание сэкономить время написания текста во время работы в сети, а также пример, подаваемый литературой потока сознания, приводят к минимизации пунктуации, использованию только строчных букв, появлению ошибок в написании, большому количеству сокращений, применению спецсимволов для выражения эмоций. Большую роль играют и ограничения, налагаемые техническими средствами, используемыми при общении. Порой не успеешь сказать пары фраз в чате, разобравшись с «высоким штилем» и знаками препинания, как модем уже разорвал неустойчивое соединение. Кроме того, в сети довольно много любителей ОС Unix и зарубежных русскоговорящих жителей, которые по разным причинам (в частности, из-за неприятия западным начальством наклеек с русскими буквами на клавиатуре) общаются в транслите (или Ruglish). Естественно, фразы наподобие «privet menya zovut kolya davaite poobschaemsya» не очень-то располагают к соблюдению канонических правил написания. А ведь в транслите даже записывают стихи...
Написание всего текста в одном регистре, например только строчными буквами, — это еще и прямое наследие эпохи древних ЭВМ, где не было деления на строчные и прописные символы, и традиций ФИДО, где прописные буквы зачастую являются аналогом акцентации, привлечения особого внимания собеседника. Упростились обращения. Вместо «Здравствуйте, уважаемые господа» повсеместно используется «Hi, all!» и как производные «Хаюшки!», «Хайки». Вместо «Добрый день!» или «Добрый вечер!» в письмах применяют фразу «Доброго времени суток!», поскольку неизвестно, когда адресат прочтет письмо. Из ФИДО новый язык перебрался в чаты, ICQ, IRC и даже на веб-страницы.
Большое распространение получили различные общеупотребительные аббревиатуры, преимущественно английские (либо мутировавшие), коих насчитывается более сотни, например IMHO (in my humble opinion — «по моему скромному мнению»), превратившееся в русское «имхо», но сохранившее семантику, WBR (with best regards — «с наилучшими пожеланиями», вежливое окончание послания). Для краткости в написании слов и выражений часто используются числительные со сходным звучанием, например 4u (for you), some1 (someone), 2u (to you), 4get (forget), b10x (big thanks) и т. д.
Большой англо-русский винегрет
Сетевой журнал «Новое литературное обозрение» отмечает, что впервые после 1920-х годов, с тех пор как в СССР обсуждался вопрос о переводе русского языка на латинский алфавит, русская азбука сильно потеснена латиницей. Особенно заметно это в рекламе, индустрии компьютерных игр и в Интернете. Русским нынче довелось испытать то, на что были обречены другие народы СССР, сменившие систему письменности.
Различают несколько ступеней симбиоза латиницы и кириллицы: традиционное включение иноязычных фрагментов в русский текст, полная латинская транслитерация, написание русских букв, по умолчанию указывающих на латинские, принадлежащие тем же клавишам (так, З. Ы. означает P. S.), создание слов из фрагментов кириллицы и латиницы («выDOOMывать» вместо «выдумывать»), наконец, создание русских слов по принципу калькирования («шаровары» — shareware, «девица» — device).
Смесь традиций, подчиненная технологиям
Эта практика происходит от людей, работающих в компьютерной сфере и выросших на пересечении нескольких жаргонных традиций, поэтому и в компьютерном сленге встречаются слова из «счастливого детства» (Карлсон — вентилятор процессора), наркожаргон (глюк — сбой в программе) и обычное уличное арго (послать на три буквы — значит набрать комбинацию из трех клавиш (Ctrl + Alt + Delete), перегружающую компьютер).
В новом языке знаки препинания частично сменили свое предназначение и, исчезая из текста, стали работать в качестве нового инструмента, призванного придать высказыванию дополнительную смысловую окраску или эмоции, которые сложно выразить в невербальном общении. Например, многоточие «.....» означает «нет слов» или «я задумался». Употребляются и саморемарки в третьем лице, обозначающие те или иные действия, например « А вот и я! Ух ты, сколько народа сегодня в чате! (Удивленно оглядывается по сторонам.)».
Для эмоциональной окраски текста служат и небезызвестные смайлики, т. е. «положенные набок» рожицы, перебравшиеся нынче даже в бумажную околокомпьютерную прессу. Например двоеточие со скобкой :) означает улыбку, а набор символов :))) — широкую улыбку, двоеточие с обратной скобкой :( — огорчение. Существует несколько десятков разнообразных, порой весьма экзотических смайликов. Сетевой этикет предписывает дарить «розы» виртуальным собеседницам @—>——. А если необходимо употребить крепкое выражение, то вместо ругательства часто используется набор незначащих символов наподобие @#$%^&*!
Эпатаж или элементарная неграмотность?
Что касается написания самих слов, то здесь отклонения от норм языка часто носят декларативный характер. Используется методика «как слышым так и пишым», слова пишутся близко к произношению или специально искажаются, например «ессно» (естественно), «ани смеюца», «а мне хочеца вотки». Есть гипотеза, согласно которой превращения русского языка в сети обусловлены не столько практическими потребностями упрощения кода, сколько игровыми условиями виртуального пространства. Иначе говоря, многим сетянам важно не увеличить проходимость информации, а как можно громче заявить о себе в сети. Существует целая сеть контркультурных серверов, например «Сервер неадыкватной культуры» (www.down.ru), где подобный язык общения является и самоцелью, и методом развлечения.
Новояз в миру
Появившись в сети, новояз постепенно просачивается в реальное общество, начиная то враждовать с ним, то неожиданно приживаться, причем в самых необычных проявлениях. Этот процесс социализации нового языка хорошо иллюстрирует данный фрагмент фидошного творчества, с изрядной долей юмора повествующий о взаимоотношениях «некомпьютеризированной» жены со своим мужем-программистом (с сохранением стиля оригинала): «Я научилась заходить в Интернет, когда ты отправлялся на работу и освобождал телефон. Там действительно столько всего интересного. Особенно Аська. Такая интересная девчонка, хотя все время представляется разными именами. Я выучила твои любимые компьютерные ругательства. Помнишь, как меня выгнали с работы за то, что я сказала начальнику: «Ты, ламер глюкавый, пингуй по pоутингу, пока я тебя не пропатчила»?»
/\uTEPATYPA B CETu
Столь радикальные изменения в языке не могли не отразиться на его производных, в частности на литературе. Новые технические условия привели к появлению новых, доселе неизвестных жанров сетературы (так принято называть сетевую литературу). Например, достаточно игровой жанр так называемой ASCII-литературы, где для симуляции кириллицы используются только ASCII-символы (латинские буквы, цифры, и спецзнаки, например прямые и обратные слэши), как в названии этой главки. Вот, например, цитата из ASCII-рассказа «CMEPTb XACAHA»: «YTPO, TAET PACCBET // KAK CTPAHHO EXATb TAK PAHO HA METPO // HET TYPKY XACAHY TAM MECTA // HET EMY MECTA B TPAMBAE...» Ведущий радиопрограммы об Интернете «Седьмой континент» поэт Алексей Цветков охарактеризовал многогранное явление сетературы таким образом: «Безразмерность виртуального пространства и привычка проводить время в сети в режиме ни к чему не обязывающего «побухтели — разошлись» отменяют принятую в бумажных масс-медиа редактуру или корректуру. В результате продукция сетературы — расшифрованная стенограмма реального или воображаемого устного диалога. Режим максимального приближения к устной речи поддерживает у читателя доверие к публикуемому тексту». Однако новое смысловое пространство осваивают не только фанаты Интернета, но и представители вполне традиционных масс-медиа и шоу-бизнеса. И вот Мумий Тролль поет, что «улыбки остались только из скобок», а Б. Г. (не тот, который Билл Гейтс), сочиняя про любовь, рифмует «болит» с «delete» и употребляет компьютерные термины в фигуральном смысле, в качестве образа: «Стирай свой файл, выкинь свой винчестер в кусты».
В целом можно отметить, что в культурном пространстве происходят определенные изменения, пока, правда, не столь значительные. Хотя в будущем, скорее всего, классический русский язык еще больше ассимилирует постоянно развивающийся сетевой диалект.
Ссылки по теме: Рома Воронежский, «Краткий словарь программиста» (www.haha.ru/misc1.htm); словарь смайликов (www.goldfish.newmail.ru/smile.htm); словарь ламера (www. chat.ru/~cr_ild/misc3.htm); словарь компьютерного сленга (www.nptus.ru/~students/stud/pricols/slang.html); Малая энциклопедия компьютерных существ (www.chat.ru/~cr_ild/misc2. htm). Последний ресурс смахивает на полную ахинею: новояз во всей красе в одном из своих радикальных проявлений — фидошном.
АНДРЕЙ ЧЕРНОВ
|