14 октября в галерее Monmartre открылась персональная выставка Георгия Лиховида. В экспозиции представлены эмали и живопись самого художника, его жены Ольги Лиховид и дочерей.
Работы Лиховида, в этом году получившего звание заслуженного художника России, находятся в Музее современного искусства в Москве, Музее юмора и сатиры в Болгарии, галерее «Касабланка» в Польше, Ростовском музее изобразительных искусств и частных коллекциях в России и за рубежом. Выставка в галерее Monmartre совпала с тридцатилетием творческой деятельности художника. Она поражает насыщенностью, яркими красками и нестандартным подходом автора ко многим привычным технологиям и материалам.
Работы Лиховида сочетают традиции авангарда, иконописи и народного искусства. Сюжеты его эмалей всегда полуреальны, полуфантастичны, но удивительно поэтичны: египетские кошки-божества, целые серии, посвященные ракушкам и рыбам, и, конечно же, женщины. Впрочем, внимания заслуживают не только работы, но и оригинальное оформление каждой из них.
— Рама является для эмали неотъемлемой частью произведения, — объясняет Георгий Лиховид. — Эмаль смотрится лишь тогда, когда она оформлена. Поэтому рамы для своих работ я делаю сам: комбинирую дерево, кожу, металл и другие самые разнообразные материалы.
— Георгий Лиховид раздвигает рамки достаточно узкого прикладного искусства декоративной эмали, — считает искусствовед Ольга Кривцова. — Эмали Лиховида очень разные: есть и графически изысканные, и стилизованные под восточное искусство, и почти натурные — портреты, натюрморты. Но все они энергетически сильны, полны жизнеутверждающего начала. Кроме того, их отличает высочайший уровень технического мастерства.
Достигнув успеха в одном виде искусства, Георгий Лиховид не собирается почивать на лаврах, а пробует обращаться к новым формам и материалам. Последние творческие поиски художника иллюстрирует, пожалуй, самая необычная часть экспозиции — работы по стеклу, а точнее, высокохудожественно расплавленные и сплющенные бутылки самых разнообразных форм и цветов.
— Пока это всего лишь эксперимент, — рассказывает художник. — Я бы хотел соединить эмаль и стекло, поэтому между делом стал работать над бутылочным стеклом. Что из этого получится — из суеверных соображений загадывать пока не хочу. Елена Ларская
|