Вера СЕДЫХ
На “Осеннем вернисаже” в ЦВК на пл. Минина 190 авторов из разных городов области представили 350 произведений различных видов и жанров: живопись, графику, скульптуру, декоративно-прикладное и народное искусство.
Выставка посвящена Дню города. Как нельзя более, уместно выглядят здесь два масштабных полотна, посвященных истории Н. Новгорода, городские пейзажи, а также несколько портретов нижегородцев. Но доминируют на выставке все же сельские пейзажи. По этому поводу довелось услышать высказывание одного из посетителей: “Если художнику нечего сказать в философском или социальном аспекте, он отправляется на пленэр писать пейзажи”.
Так мог сказать человек, ни разу в жизни не пленившийся пейзажной поэзией Фета, Тютчева, Баратынского, Есенина, Пастернака, Заболоцкого... Не отождествляющий вместе с Пастернаком природу, мир и тайник вселенной. Человек, для которого травяной покров — это всего лишь коврик для пикника, а не “платок, нарочно оброненный из небесных сфер с меткой Бога в уголке”. Недаром же Уолт Уитмен свою единственную книгу, которую писал всю жизнь, назвал “Листья травы”, ибо упрямо пробивающаяся повсюду трава стала символом вездесущей жизни.
Деревья для ворчливого посетителя выставки — дрова для камина, а не живые существа, “рожденные от брака неба и земли, соединяющие глубину и высоту, ибо питаются как соками земли, так и солнечным светом”. По признанию Гумилева, “деревьям, а не нам дано величье совершенства”.
Это величье совершенства окружающей нас природы и пытаются передать поэты в слове, художники — в живописи. Между прочим, пейзажи наших нижегородских художников пользуются большим спросом за рубежом. Это и не удивительно, ведь созерцание желтеющей нивы, лепечущего таинственную сагу студеного ключа, прячущейся в саду малиновой сливы под тенью сладостной зеленого листка как и во времена Лермонтова способно смирить душевную тревогу.
А тревожиться современному человеку даже в самых благополучных странах западного мира есть от чего: неблагополучная экология, международный терроризм, природные катаклизмы, шоковая терапия экономических реформ, плюс ко всему убыстряющиеся ритмы реальной действительности, которые перестали совпадать с ритмикой природы, духовной жизни, памяти, воображения...
Эти дифирамбы пейзажной живописи не означают, конечно, что любителям иных жанров нечего и посмотреть на выставке. Поклонников сюрреализма, несомненно, привлечет картина Елены Березиной “Музыка странствий”, где смешались в кучу экзотические рыбы, парусники, африканские божки, птицы альбатросы, кувшины с вином и даже... рояль. Но, утомившись созерцанием красивой пестроты и мешанины, посетители с удовольствием переводят взгляд на висящую рядом картину Б. Русских “Ранний снег”...
Хейзел Бартон приводят в восторг неизведанные подземные пещеры. Это чуть ли не единственные уголки нашей планеты, куда не ступала нога человека, где не чувствуется его присутствие, считает Хейзел. Но не думайте, что она — пресыщенная экзотическими развлечениями состоятельная дама и ищет экстрима. Хейзел — профессор Университета Северного Кентукки.
“Пещеры могут хранить в себе тайны, способные раскрыть секрет новых, эффективно действующих антибиотиков”, — говорит исследовательница. Только в США ежегодно около 2 миллионов человек получают различные инфекции. А около 90000 в результате этого умирают. Бактерии, провоцирующие, например, менингит или пневмонию, порой мутируют настолько, что ныне доступная человечеству терапия оказывается бессильной, признаются медики.
Бартон направила свои усилия на поиски бактерий, которые бы помогли справиться со смертельно опасными болезнями. Во время своего первого спуска в пещеру Джек Бредли она нашла 111 новых видов бактерий. Правда, многие медики относятся довольно скептически к деятельности Хейзел и не верят, что это принесет результаты. Но это не смущает исследовательницу. В своей лаборатории она уже идентифицировала 24 новых микроорганизма с антибактериальными свойствами и сейчас занимается тем, что сравнивает их с антибиотиком тетрациклином.
Вообще, направление, которым занимается Хейзел Бартон, сейчас получило довольно широкое распространение. Ученые ищут образцы для подобных исследований в кратерах вулканов, подземных источниках, глубинах океана. Однако Хейзел — единственная, кто спускается за этим в пещеры. Впрочем, для нее это не просто профессия, а настоящее призвание!
Еще будучи подростком, она лазила в пещеры в окрестностях Бристоля — Хейзел родом из Англии — и была единственной девушкой, выбравшей в университете спелеологию как спортивную дисциплину. “Мама хотела, чтобы я стала секретарем, — говорит исследовательница. — А спелеологию она просто возненавидела, когда я вернулась однажды домой вся в грязи”.
В 93-м году Хейзел приехала в США проводить исследования, чтобы получить степень доктора микробиологических наук в Университете Колорадо. Там-то она и нашла ученых-единомышленников. Сегодня она одна из немногих, у кого еще есть и сертификат на занятие таким опасным видом деятельности, как подводная спелеология. В 2003 году Университет Кентукки предложил Хейзел на его базе заняться исследовательской деятельностью. Отказаться было невозможно — для Хейзел была создана именная лаборатория, которая обошлась в $38 миллионов. Сегодня от своей работы исследовательница получает огромное удовольствие. Наверное, астронавты, впервые высадившиеся на Луну, испытывали такие же ощущения, как и я, когда нахожу новые формы жизни в тех местах, куда никогда не ступала нога человека, признается Хейзел.
По материалам программы
“Деньги, деньги...”
Ирины БЕЛОВОЙ.