Русское «соглашение» против английского «консенсуса»

Фото Р.ЯровицынаНеобходимость проведения реформы русского языка, по мнению филологов-русистов, назрела уже давно. С 1956 года, когда были утверждены правила орфографии и пунктуации, действующие и по сей день, русский язык заметно изменился: «принял» множество новых слов и «забыл» некоторые старые. И вот летом прошедшего года специалисты Института русского языка им. В.Виноградова завершили разработку проекта нового «Свода правил русского правописания». Его авторы ориентировались не на перелом или изменение структуры русского языка, а на упрощение и упорядочение трудных правил.

Предлагается устранить некоторые исключения (например, слова «брошюра» и «парашют» писать в соответствии с их произношением, с буквой «у»). Писать сложные слова с первой частью «пол-» единообразно – всегда через дефис; одно «н» в словах, образованных от глаголов несовершенного вида и не содержащих приставки; составные прилагательные через дефис или слитно не по смысловому принципу, а по формальному – наличие или отсутствие суффикса прилагательного в первой части составного слова; с окончанием «е» вместо «и» формы слов на -ий и -ия, имеющих односложную основу; одну согласную перед суффиксом -к(а) в уменьшительных и фамильярных формах личных имен типа Алка, Кирилка (от Алла, Кирилл).

В вопросах употребления прописной буквы правила, наконец, освобождены от идеологических и политических установок и ограничений, характерных для советского времени. Предлагается большая свобода и вариативность в расставлении знаков препинания, в правилах переноса.

Если проект утвердят, преобразования станут вводиться постепенно: в течение двух-трех лет можно будет пользоваться как новыми, так и старыми нормами правописания.

Кроме всего прочего, подготовлен законопроект «О русском языке», который, между прочим, должен распространяться и на «иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории РФ». В нем изложен порядок применения, охраны, регулирования и развития русского языка. В частности, за нарушение языковых норм предусматривается административная и даже уголовная ответственность. Регулировать предполагается все, что связано с госдеятельностью, публичными выступлениями, научным языком. Однако художественная литература в этот список не попадает, поскольку там «свои нормативы». Словом, лингвистическая цензура, согласно проекту, будет применяться «изборочно», но крылышки иностранным словам подрежет, охоту употреблять вульгаризмы и жаргонизмы отобьет.

Полные тексты законопроектов нельзя найти пока даже в Internet. И это не удивительно, ведь они распространяется с грифом ДВП (для внутреннего пользования). Впрочем, чиновники обещали, что эти документы все же будут опубликованы без каких-либо сокращений в ряде изданий для обсуждения их общественностью. Не дожидаясь этого момента, я решила поговорить на тему реформирования русского языка со словесниками лицея № 3 Александрой Викторовной Квасовой (она же председатель методобъединения педагогов русского языка и литературы) и Евгенией Трофимовной Ниркиной.

А.К.: Сейчас ведутся разговоры о том, что наш язык очень сложный. Он сложен не только для иностранцев, но и для всех граждан России. Практически в каждом правиле русского языка есть свои исключения – запомнить их любой человек не в состоянии. Хоть и с трудом, но мы овладеваем английским, немецким, испанским языками, а свой родной выучить не можем.

Если говорить о том, с какими проблемами сталкиваются учителя русского языка... Дети берут знания в школе, от взрослых людей, сверстников, но очень редко обращаются к справочной, специальной литературе, словарям. И постепенно их речь приобретает иной, искаженный вид. Наша задача – научить детей не только правильно говорить, но и пользоваться теми источникам, которые дают нам образец, нормы правильного произношения, написания.

– Но ведь школьники в большинстве своем об этом не задумываются.

Е.Н.: Надо целенаправленно приучать детей к использованию такой литературы с начальной школы. Иногда родители помогают своим чадам, например, писать сочинения и идут по пути меньшего сопротивления: я тебе подскажу, какое слово надо вставить в предложение, только отстань от меня. А слово-то оказывается не по возрасту: ребенок не знает, что оно значит. И школьник повторяет его, как попугай, не вникая в значение. Безусловно, хорошо, когда родители идут навстречу детям. Но надо бы заглянуть вместе с ребенком в толковый, орфографический словари, словарь синонимов.

– При подготовке законопроектов о языке на одном из круглых столов в Москве говорилось о захламлении «великого и могучего» иностранными словами. На ваш взгляд, стоит ли заострять на этой проблеме внимание и впадать в панику: язык-то постоянно развивается, видоизменяется?

Е.Н.: В начале 20 века Бердяев высказал мнение, что язык – живой организм, а когда начинается совершенно бездумное вторжение в него, то, как любое живое существо, он может не выдержать и погибнуть. Это чревато тем, что погибнет и нация-носитель языка. Ведь язык – выражение духа, нравственной высоты народа. А сегодня действительно происходит бездумное захламление нашего языка. Многие иностранные слова, по крайней мере, в обыденной речи вполне можно заменить русскими синонимами. Почему бы не оставить заимствованные слова для использования только в узкой сфере: в политических переговорах, дипломатических документах, деловых бумагах?

А.К.: Словарь иностранных слов последнего издания увеличен аж на тысячу слов. А ведь некоторые из них вполне можно заменить русскоязычными синонимами. Чем русские «соглашение» и «консультация» хуже английских «консенсус» и «консалтинг»?

Е.Н.: Язык – это отражение твоего внутреннего мира, проявление личностных качеств. Каков твой язык, таков и ты. Поэтому и психологи, наверное, должны пошире взглянуть на проблемы языка.

А.К.: Проблемы с психикой налицо, когда человек не может выразить свои мысли не то что литературным, но даже русским языком. Достаточно вспомнить, как наши дети, начиная с детского сада, выражают чувство радости или восторга диким «йес!» или «вау!», как будто бы в русском языке нет подходящих слов и выражений. И в телевизионных передачах, которые они смотрят, ведущие зачастую употребляют в своей речи сленг.

– В таком случае, может быть, и хорошо, что проект нового постановления предусматривает уголовную и административную ответственность за нарушение норм русского языка, в частности, за употребление вульгаризмов?

Е.Н.: Уровень культуры речи не поднимешь угрозами наказания. Человек должен, прежде всего, научиться уважать, ценить свою культуру и родной язык. Нужно проводить пропаганду норм русского языка и агитацию за их соблюдение. Подключать к этому не только школу, но и средства массовой информации, различные общественные организации, может быть, ту же самую церковь. К сожалению, работники СМИ слишком часто – допускают использование в своей речи сленга. А мы все это впитываем в себя, особенно молодежь у взрослых с годами вырабатывается хоть какой-то языковой иммунитет.

А.К.: Рекламные ролики воспринимаются часто как фон, но то, что мы слышим, накрепко оседает в нашем мозгу. Ребенок услышал в рекламе: «черезвычайно чайный вкус». Запомнил и написал потом приставку «чрез» в этом слове с ошибкой.

Е.Н.: Современный школьник большую часть информации получает через СМИ, Internet, потому и меньше читает. Задача школы – заставить детей обращаться к классике, то есть образцовой речи, где есть высота нравственности.

А.К.: Оттого, что подростки мало читают, литературные тексты они воспринимают чаще всего буквально: в их голове не возникает ассоциаций. А дальше – возникают проблемы с подбором синонимов, и письменные работы потому хуже.

Е.Н.: Да и читают-то они чаще всего поверхностно, лишь для того, чтобы уловить сюжет, не вдумываются, не всматриваются и не вслушиваются в слово. Поэтому мы всегда советуем: читайте вслух, независимо от возраста – эта методика работает безотказно.

Мария Посыпай