|
Русские связи знаменитой Коко Шанель не столь известны, зато более глубоки. Еще в молодости она была дружна с русскими художниками и балетными танцовщиками. О ее бурном романе с Великим князем Дмитрием Павловичем (тем самым, что участвовал в убийстве Распутина) говорила вся Европа. Именно тогда, в начале 20-х, Шанель сделала первые "русские" платья с вышивками и шубами. К тому же времени относится и появление знаменитых духов "Шанель № 2", которые считаются самым "русским" ароматом в истории парфюмерии. Их автор, знаменитый Эрнест Бо, был из семьи давно обрусевших французов и до октября 1917 года служил в Москве на фабрике Ралле (нынешняя фабрика "Свобода"). В основу революционно нового аромата Эрнест Бо, по его признанию, пытался положить почти не воспроизводимый аромат удивительной свежести рек и озер Севера России, оставшегося в его памяти навсегда.
Не менее революционным был показ Дома Шанель на Первом Московском фестивале моды в 1967 году. Во-первых, это было действительно впервые - выезд коллекций за пределы Франции. Во-вторых, выбрать для своего выездного дебюта непонятную и холодную страну за железным занавесом - поступок, достаточно смелый и для мужчины. Впрочем, несмотря на многие свидетельства "очевидцев", сама Коко в Россию не поехала. Тем не менее показ Дома Шанель стал сенсацией фестиваля и незабываемым впечатлением для молодых еще тогда Вячеслава Зайцева, Ирины Крутиковой, Александра Игманда, участвовавших в организации показов и впервые получивших возможность "держать в руках костюмы божественной Коко".
А на рабочем столе в парижской квартире Шанель по сей день стоит палех-ская шкатулка, датированная 1964 годом - очевидно, памятный знак от кого-то из побывавших тогда в Москве.
Прошли годы, и к рубежу веков Москва стала одной из самых модных столиц мира. Сюда один за другим стали совершать паломничество (с последующим открытием фирменных бутиков или просто с туристским любопытством) культовые фигуры модного бизнеса: Вивьен Вествуд, Миучча Прада, знаменитые топ-модели Клаудиа Шиффер, Наоми Кэмпбелл. В 2002 году "подвиг" Шанель решился повторить любимец деловых женщин всего мира Джорджио Армани. Москва стала единственным местом за пределами Милана, где Армани лично представил свою коллекцию, заодно открыв бутик в Третьяковском проезде.
Таким образом, крутым российским модникам не нужно сегодня выезжать за границу, гоняясь за последними модными писками - модели из новых коллекций поступают в продажу в московские бутики одновременно со всеми европейскими столицами. Но вовсе не это является показателем Большого Модного Прорыва. Куда важнее для нас то, что достаточно ощутимо прослеживается и обратная тенденция - в Европу прорубив окно, мы не только принимаем через него гостей, но и сами пользуемся им достаточно смело.
Начиная с громкого прецедента семилетней давности, когда наша соотечественница Елена Назарова возглавила один из старейших парижских домов моды "Жак Фат", русские дизайнеры стали активно осваивать западный модный рынок, поступая на работу в модные дома - стажерами, стилистами или просто "неграми" - нарабатывать свежие идеи для маэстро. Сегодня многие из них, устав быть безвестными и безымянными творцами, вернулись домой и стараются наладит свое дело. Немногим удалось схватить удачу за хвост, но такие есть. Например, творческий дуэт из Екатеринбурга, Васильев и Середин, сегодня являются действительными членами Палаты Высокой моды в Париже, дважды в году демонстрируя кутюрные композиции под собственной маркой.
Куда труднее добиться настоящего успеха на родине. Несмотря на то, что "на слуху" сегодня много имен, большая часть модельеров получила "широкую известность в узких кругах", отшивая свои коллекции дома, на бытовой швейной машинке. Впрочем, как всегда, успех приходит лишь к самым талантливым и самым упертым. Игоря Чапурина уже не удовлетворяет работа в собственном Модном доме и в самых громких театральных постановках. На последнем Миланском мебельном салоне он представил коллекцию эксклюзивной мебели "Chapurin Casa". Татьяна Парфенова, сделавшая имя своему Дому на изумительных по цвету и технике вышивках по шифону, получила эксклюзивный заказ на производство аксессуаров с вышивкой, "цитирующей" фрагменты шедевров Эрмитажа. Виктория Андриянова и дуэт Бунакова-Хохлов вышли в финал конкурса на новую форму "Аэрофлота". Еще один дуэт, "Нина Донис", продает свою одежду в лондонском магазине "Liberty". А дизайнер Владимир Зубец уже несколько лет возглавляет творческий коллектив фирмы "Пнинтер", которая шьет одежду для нас с вами - и я считаю его творчество наиболее реализованным.
Ну конечно, совсем отдельно нужно говорить о русских моделях. Менеджеры всех международных агентств взахлеб расписывают их скромность, их работоспособность, особо утонченную красоту и обязательно то самое, чисто русское, непостижимое, но все же ясно читаемое в этих прекрасных русских глазах.
Среди наиболее успешных и состоявшихся в модельном бизнесе наберется не менее полусотни русских имен. Правда, лишь единицам из них удалось так же удачно устроить свою личную судьбу: ведь в период наибольшей востребованности девушки не имеют не только выходных - даже личного часа, чтобы выспаться или перекусить. Поэтому их избранники находятся, чаще всего, в тех же агентствах и бюро, где работают они сами. Так случилось с прекрасной Наталией Семановой, так же все произошло и у Наталии Водяновой (на снимке внизу справа), которую крупнейшие журналы называют "самой красивой девушкой на земле". Она является женой французского баронета Джастина Портмана и трехлетнего сына Лукаса, живет в Штатах.
Сегодня о Водяновой и двух других русских моделях - Евгении Володиной и Анне Вялицыной - говорят как о трех наших самых громких победах в мировом модельном бизнесе. На их счету - обложки журналов, рекламные кампании, многотысячные гонорары и полные обожания взгляды поклонников. Однако мода на лица не менее переменчива, чем мода в одежде. Девушки, не имеющие даже дня для передышки, без съемок и показов, на следующий сезон могут оказаться напрочь забытыми. Каждая втайне готовит себя к такому повороту, как к временной неудаче, стараются найти иные пути для своей последующей карьеры. И это неожиданное мужество, это страстное желание выжить в жестоком модном бизнесе - еще одна "русская" черта, которая не может не вызвать уважения.
Между прочим, когда редакторы журнала "L'OFFICIEL" придумали опросить полтора десятка известнейших людей международного фэшн-бизнеса, то на просьбу назвать три вещи, которые чаще всего приходят им в голову при слове "Россия" чаще всего получали ответы: "красивые люди", "широта души", "безбрежные просторы", "сильный характер", "удаль, размах"... И ни одной балалайки! Вот и напрашивается подозрение: а не сами ли мы поддерживаем существование этого матрешечно-лубочного "экспортного" имиджа? Может быть, оставим "водку и селедку" для внутреннего пользования - наподобие английской овсянки - и приступим к формированию нового образа - благо он уже, как выясняется, сложился в общих чертах. Лично мне это лицо России нравится гораздо больше. И я уверена: оно в самом деле соответствует действительности.
Елена КАРА.
№
38, 2003 год |