Елки нашего детства

Новый год – праздник, любимый всеми. В детстве и юности в новогоднюю ночь ждешь чудес. Повзрослев, придумываешь, как сделать этот праздник сказочным для собственных детей, а потом и внуков. Кто не любит особую предновогоднюю суету последних приготовлений к этому замечательному празднику?

В перестроечные годы, когда опустели полки продуктовых магазинов, когда съестное продавалось только по талонам, помню, знакомые женщины обменивались кулинарными рецептами, чтобы как-то выкрутиться и накрыть новогодний стол. Задержки зарплаты заставляли заблаговременно соображать, как исхитриться и купить детям непременные игрушки «от Деда Мороза» под елку. Мои малыши ложились в новогоднюю ночь спать, видимо, давая самим себе установку – не пропустить появление Деда Мороза. В самом деле, надо же, наконец, понять, кто положил под елку подарки.

На старой черно-белой фотографии сыну почти четыре года, он радостно обнимает пятилетнюю сестренку возле огромной елки – дождались, свершилось! Замерли от невыразимого счастья – оба в пижамках, ножки босые, головенки с растрепанными после сна волосами.

А наше собственное детство? Где оно скрылось, за каким поворотом? Где наши мальчики-зайчики в белых ситцевых шапочках с длинными ушами, проложенными картоном, чтобы топорщились? Где девочки-снежинки в белых марлевых юбочках?

У меня, помню, было шелковое белое платьице, на которое мама аккуратно нашивала снежинки, вырезанные из серебряной фольги. В глубине души я очень надеялась, что похожа на... Снегурочку.

На школьных елках наша первая учительница Тамара Васильевна часто переодевалась в костюм Деда Мороза, но я ее всегда узнавала по глазам.

Хороводы вокруг елки, дружные крики: «Елочка, зажгись!», запах хвои и мандаринов – все, что осталось в памяти.

Интересно, как взрослые солидные люди рассказывают о своем детстве.

Наш главный редактор Марлен Михайлович Гусев рос в послевоенные годы. Первое новогоднее воспоминание – ему четыре года, мама добыла где-то и сварила настоящий кисель – праздничное блюдо. Кисель густой-прегустой и необыкновенно вкусный, они стоят со старшим братом и едят его ложками.

А потом ему уже пять лет, папа – директор сельской школы – подарил Марленчику игрушечное ружье и взял с собой на елку. Кто-то громко читает стихи: «Вдруг охотник выбегает, прямо в зайчика стреляет – пиф-паф!». Я был охотником, выбежал со своим новым ружьем и выстрелил. Школьник, изображавший зайчика, упал, я подумал, что убил его и расплакался, помню, меня долго успокаивали. С тех пор я никогда не беру в руки ружья, признался Марлен Михайлович.

Глава местного самоуправления Геннадий Закирович Каратаев в детстве где только не жил! Его отец был военным летчиком. В Туркменистане они жили в Каракумах, город назывался Кизыл-Арват ( Красная Девица – в пер. с туркм.). Там мне исполнилось семь лет, я пошел в первый класс, рассказывает Геннадий Закирович. Елок в Туркменистане не было, на хребте Копетдаг росли пихты.

Геннадий Закирович вспомнил полутораметровую пихту, которую родители украсили мандаринами, грецкими орехами и шоколадными конфетами. Шоколадные конфеты в то время – роскошь и редкость – чудо!

Словом, подарки были на елке, помню, как мы их доставали и ели, смущенно признался Геннадий Закирович.

Депутат Маргарита Оганесовна Федотова вспомнила, как ее выбрали Снегурочкой, перед самым началом новогодней елки она увидела Деда Мороза и... узнала! Дедом Морозом была наряжена учительница, которую малышка Маргарита очень боялась. Словом, Снегурочку пришлось долго искать. Помню, все бегают, зовут меня, а я забилась в укромный уголок и никак не могу выйти, смеется М.Федотова.

Директор Телефонной компании Сарова Игорь Альбертович Грузин вспомнил, как под Новый год они с отцом на лыжах ходили в лес за елкой. Игорю было шесть лет. Снег в лесу был глубокий, идти трудно. Стемнело, у отца в руках был фонарик. Наконец выбрали елку, но малыш совсем выбился из сил. Мама Игоря долго вспоминала, как увидела мужа, выходящего из леса с сыном под мышкой. Одной рукой отец держал меня с лыжами и палками, а другой – елку, вспоминает И.Грузин. Но я хорошо помню, что в темном зимнем лесу чувствовал себя настоящим мужчиной.

Другая забавная новогодняя история приключилась, когда Игорю было всего три года. О ней он, конечно, знает по рассказам взрослых. Дед-фронтовик очень любил петь с внуком дуэтом. В репертуаре у них были две самые любимые песни – «Катюша» и «Три танкиста». И вот на елке Дед Мороз спросил, кто из ребят может рассказать какой-нибудь стишок или исполнить песенку. Игорь храбро шагнул вперед. Дед Мороз поставил малыша на стул и мальчик затянул... «Катюшу». Сначала все смеялись, а потом стали подтягивать.

Главный врач детской поликлиники, депутат Сергей Станиславович Козлов от неожиданной просьбы растерялся. А потом рассказал, что в детстве жил с родителями в Якутии – мама была геологом. Елки в тундре не растут, поэтому они с папой ходили за еловым стланником. Дома аккуратно нарезанные веточки вставляли в отверстия, высверленные в специальной палке – готовили елку.

Почему-то очень хорошо помнится, как сын Дима, не зажигая свет, шуршал упаковочной бумагой под елкой, пока мы спали. Он долго верил в Деда Мороза, до самой школы, рассказал С.Козлов.

Начальник ТЭЦ Сергей Игнатьевич Задачин вырос в семье военного, кочуя вместе с родителями с места на место. Вспомнил, как жили в Байкальске, на юге знаменитого озера. Зимы там были очень морозные и снежные. Ребятишки рыли туннели в снегу во дворе и играли в прятки. Офицерские семьи жили в деревянных
двухэтажных домах, похожих на саровские с улицы Победы. Дети бродили из квартиры в квартиру, изучая соседские елки – где больше игрушек? Народ в Байкальске добрый, приветливый. А Сергей обнаружил под елкой плюшевого заводного мишку, которого помнит до сих пор.

Директор школы № 20 Лорита Николаевна Кашинцова родом из Воронежа. Хорошо помнит дом своей бабушки – просторный деревянный, очень уютный русский дом, где жила их большая дружная семья. И елка была настоящая русская со старинными игрушками: птичками, колокольчиками, расписными шарами со сказочными картинками.

Шестилетняя Лорита под Новый год тяжело заболела. У нее было воспаление легких. Девочка лежала в комнате одна и смотрела в окно. И вдруг оно осветилось сказочным огнем, и за стеклом показались игрушечные Дед Мороз и Снегурочка. Чудо! Лорита вскочила и побежала к окну – игрушки и огонек исчезли, но вот она уже видит их в другом окне, потом третьем. Так и бегала по всему дому от окна к окну за Дедом Морозом и Снегурочкой. Почему-то рядом никого не было.

Она до сих пор помнит, как была тогда счастлива, как искренне верила, что Дед Мороз и Снегурочка самые настоящие и пришли с ней поиграть! Через много лет родственники признались, что чудо придумал и сотворил дядя-военный. Он надел огромные валенки и бегал в них по глубоким сугробам вокруг дома со свечой и игрушками в руках, чтобы порадовать ослабевшую после болезни племянницу. Лорита Николаевна испытала тогда глубокое разочарование – зачем ей все рассказали?

До сих пор в ее памяти живет родной воронежский дом, их добрая дружная семья, где все любили и понимали друг друга. И родом из детства поселилось в душе глубокое убеждение, что Новый год – это добрый семейный праздник.