«Грань удивления» — так называется вышедшая книга шести ростовских авторов, чьи стихотворные и прозаические тексты разрушают мир жестких форм и надуманных смыслов. Владимир Межера, Алексей Бородин, Осман Бинеев, Игорь Губенко, Валерий Уколов, Андрей Колоколов — на заре девяностых эти имена были известны всем, кто предпочитал постоянно издающимся книгам донских поэтов хрупкие листки самиздатовских текстов, тонкие книжечки в бумажной обложке, которые таили в себе бисерные россыпи смыслов и выдерживали тысячелетние наслоения культурных пластов, порой умещающиеся в одном четверостишии. Потом и этих изданий не стало, как прекратились и встречи с вышеупомянутыми поэтами на филфаке РГУ, на всяких фестивалях андеграунда и т. д., и т. п. Всем было как-то не до этого, но поэты продолжали писать стихи. У кого-то за свой счет выходили выпущенные полусамиздатовским способом книжки, кто-то и не прикладывал никаких усилий, чтобы быть прочитанным и понятым еще кем-то кроме самого себя (ведь последнее и есть цель и первопричина).
И вдруг всплеск интереса, какие-то движения, в воздухе опять витает похороненная почти десять лет назад идея общего сборника. Правда, за свой счет, правда, не типографским способом, правда, пока всего пятьдесят экземпляров, еще пятьдесят готовятся к печати. Но качество получилось хорошим, бумага белой, обложка с репродукцией картины Валерия Кошлякова «Мальчик» сделана в типографии, в общем, кто не знает, не скажет, что книга выпущена своими силами.
<
| |
 > |
| На обложке книги использована картина Валерия Кошлякова «Мальчик». |
Почему «Грань удивления»? Настоящая поэзия — всегда удивление миру, всегда взгляд ребенка, пусть испорченного раскапыванием многовекового культурного слоя, но умеющего, закопавшись в него по уши, увидеть небо над головой и сказать: «Буду синим небом. Трудно поверить, что под таким синим небом может быть что-то еще, кроме любви». Закавыченные слова — из энциклопедической подборки Владимира Межеры, открывающей неожиданные значения таких слов, как «жестокость», «шизофрения», «любовь», «бред» и т. д. Если бы энциклопедии составляли поэты, наше воображение стало бы куда богаче. Вот в чем, на взгляд Владимира Межеры, «Смысл поэзии»: «Современная поэзия — это система установления семантических связей во времени и пространстве (когда Орлеанская дева оказывается нью-йоркской девкой) и устранения связанных таким образом явлений из пространства и времени (когда Спасительница Франции, вместо того чтобы сгореть на костре своих неосуществленных желаний, уподобившись блуднице из Магдалы, встречает Спасителя). Если раньше поэзия занималась привнесением Вечного в этот мир, то теперь она это Вечное из него извлекает. Ибо мир этот Вечности недостоин...» Здесь же дана и поэтическая подборка этого интереснейшего ростовского поэта «Белые ночи богов». Поэзия невозможна без рефлексии, самокопания, познания себя — иначе стихи превратятся в обычное вымещение комплексов и страхов, в богатейший материал для психоаналитика и заразят читателя не «высокой болезнью», а обычной истерикой. У Межеры рефлексия самого высокого уровня. Рефлексия не только от имени себя, но и от имени всей культуры двадцатого века:
Как уничтожить миф?
Миф — это схема,
План тупика, в котором некто был.
Но выбрался, измазав кровью стены.
На запах крови ринулись скоты.
Чудовищные звери обитают ныне
В подвалах памяти. В такие дни,
Когда от разговора до измены —
Как от Освенцима до газовой плиты,
Когда коты боятся своей тени,
Эдип и Агамемнон вместе с теми,
Кто не боится больше темноты.
Ясность, прозрачность, чистота слога отличают стихи самого молодого автора сборника Алексея Бородина. Плавно льющийся стих вначале хитро уводит нас от сбивающегося смысла, и мы удивляемся немного позже, немного не поспевая за стихом, но от этого удивление только усиливается:
Что ты делаешь в этом подвале
Почему ты играешь на скрипке
Пальцы держат смычок
словно скрепки
Так же бережно и некрепко
Почему ты играешь на флейте
В неподвижном поломанном лифте
В самом центре разбитых развалин
Что ты делаешь в этом подвале
Почему занимаешься этим
Там где нет подходящих условий
Неужели ты не заметил:
Здесь граница культурного слоя
Не поют здесь зеленые птицы
Не летают как ласточки ноты
Постарайся сбежать из темницы
В царство роз и сплошной позолоты.
Поэты группы «Оборгис» — органического искусства — Колоколов, Уколов и Губенко удивили прежде всего теми стихами, в которых некие смысловые значения вдруг всплывают из непривычно эмоционального формотворчества и бессмысленная перестановка слогов в словах, эстетская игра вдруг выливается в простые до откровения библейские истины. Таково, к примеру, стихотворение «Обряд» Андрея Колоколова:
Глух слеп нем/ Слем глеп нух/ Нлум сеп глех/ Неп глем слух/ Хром кос нищ/ Хищ ном крос/ Нром хос кищ/ Крищ нос хом/ Наг бос туп/ Таг боп нус/ Бас туг ноп/ Нас суть БОГ...
А прозаические опыты Османа Бинеева — счастливое умение автора нарисовать заново карту мира, да так достоверно, что никто не заметит подмены и решит: все так и было начиная с дней творения.
Я думаю, в Ростове больше ста человек хотели бы прочитать этот сборник, чтобы заново удивиться миру, удивиться, как когда-то в детстве, забыв про границу культурного слоя и про географические карты. Правда, еще не ясно, где можно приобрести этот сборник. Авторы пока только пытаются пристроить «Грань удивления» на книжных точках. Так что ищите.
НАДЕЖДА ВОЛКОВА
|