С 12 по 16 марта в конгресс-холле прошел региональный семинар судебного департамента при Верховном суде РФ, посвященный проблемам связи судебных органов с общественностью. Пять дней пресс-секретари из 33 субъектов РФ искали способы, как сделать российское судопроизводство более доступным и открытым. А 15 марта организаторы собрали «круглый стол», на который помимо пресс-секретарей были приглашены представители судебного департамента, заместитель председателя Ростовского областного суда Владимир Золотых и собственно представители региональной прессы.
Камнем преткновения между прессой и судебной властью всегда была разница позиций и нежелание это официально признать. Не случилось этого и на семинаре. Очевидно, что судебная система смотрит на проблему с государственной позиции, пресса (исключая специализированные издания), как правило, смотрит на нее с точки зрения конкретного человека (как красноречиво заметил в пылу спора один из московских гостей — «распускает слюни»). И, приводя многочисленные примеры однобокости журналистских материалов, нежелания суда давать информацию, давления прессы на суд, ни одна из сторон так и не упомянула, что проблема эта неразрешима. Можно наладить контакт с прессой, можно обеспечить отражение точки зрения закона, но ликвидировать противоречие человек — государство пока не удавалось никому, разве что на словах.
Хотя к завершению круглого стола разговор удалось вернуть в конструктивное русло простым вопросом «а что, собственно, друг от друга хотите?». Нужно отметить, что и в критике журналистского корпуса затронули достаточно важные проблемы. Дойдя до беседы о громких процессах, судьи наконец-таки объяснили, в чем причина их недовольства тем, что о преступлениях часто сообщают либо до начала суда, либо во время. Даже если это сделано максимально корректно и объективно, есть положение, которое определяет, что присяжные заседатели не должны быть осведомлены об обстоятельствах уголовного дела до начала суда. В случае, если пресса делает из этого общественный прецедент, найти соответствующих беспристрастных присяжных становится довольно проблематично.
Проблем много, но все сводятся к тому, что судопроизводство недовольно «дефицитом доверия», а СМИ — закрытостью судебной системы. При том, что у каждой стороны существуют совершенно различные задачи, работа по налаживанию взаимоотношений предстоит большая и долгая, не решаемая одним «круглым столом». И, возможно, пресс-службам судебного департамента, как, впрочем, и аналогичным подразделениям других местных структур, предстоит на практике освоить и усвоить основной принцип имиджевой политики: чтобы положительно выглядеть в глазах народа, нельзя трубить по газетам и телевидению об успехах, а недостатки оставлять на уровне слухов и неофициальной информации. Но принцип этот у большинства региональных служб по связям с общественностью, к сожалению, вызывает лишь устное согласие, не выливающееся во что-то осязаемое на практике. Впрочем, это вполне объяснимо, если представить себе проблемы пресс-секретаря какой-либо государственной структуры (по крайней мере, местного уровня), пытающегося объяснить своему начальнику, зачем нужно сообщать «эту гадость» о его ведомстве. Антон Кобец.
|