После спектакля мы побывали в гостях у режиссера Виктора Тимофеевича Арсеньева и его супруги, актрисы Эммы Ивановны Арсеньевой.
В.Арсеньев: Когда была выбрана для постановки инсценировка романа "Жизнь впереди", сразу стало ясно, что потребуется хороший специалист по пластике. И это удача, что в ГИТИСе порекомендовали именно Сергиевского. Выяснилось, что я его видел на сцене..
- В каком именно театре, в каком спектакле?
- В "Отелло" он играл Яго на сцене "Независимого театра Аллы Сигаловой". Поэтому когда осенью мы с ним встретились, то я понял, что он достаточно чуткий в творчестве человек. Мы приготовили ему наброски - "кашу", то есть сцены с использованием пластических движений. А он эти идеи потом уже разрабатывал, уточнял, оставлял как есть или вносил что-то свое. Например, задумана у нас была сцена рождения человека. Андрей Сергиевский нашел решение, как ее сделать.
- Потрясающая, надо сказать, сцена!
- Андрей много поработал с ребятами. Танец, станок, танец, правка... Они трудились с утра до вечера, иногда без выходных. И актеры им восторгались: "Вот это человек! Вот бы он еще к нам приехал".
- Приедет?
- Это зависит не только от его или моего желания. У него есть основная работа, планы его театра.
- Виктор Тимофеевич, после спектакля я услышала реплику-отзыв о премьре: "Удивительно легкий и неглупый спектакль". То есть мы привыкли к тому, что если постановка серьезная, то обязательно тяжелая, если легкая, то глуповатая, ну, в общем, легкая во всех отношениях. И, может быть, спектакль "Жизнь впереди" - тот самый редкий пример того, как надо делать на сцене серьезные вещи. Зритель, пришедший в театр, не должен мучительно жалеть о бесцельно потерянном времени, поглядывая на часы, и страдать за актера, который еще сам как следует не отстрадал на репетициях. Зрителю не важен процесс, важен результат. То есть ваш спектакль - качественная работа. Высокую зрительскую оценку он получает и за то, что главные роли исполняют совсем молодые актеры, чьи имена практически не знакомы нашему зрителю. Кто они?
- Они из Нижегородского театрального училища. Шегуров (в спектакле - Момо) проделал огромную работу над ролью, над собой. Он - трудоголик. Хотя молодых вроде бы хвалить опасно, но это справедливо - то, что я говорю. Кашев (Мойше) моложе Шегурова, ему только девятнадцать. Оба они живут жизнями своих героев: пробуют, предлагают свои идеи, думают по двадцать четыре часа в сутки над ролями. В общем, мыслящие и перспективные ребята.
- Эмма Ивановна, у вас в этом спектакле очень непростая роль, роль побитой жизнью женщины, вульгарной и удивительно нежной одновременно. Сложно было сыграть такой характер?
- Женщин, подобных мадам Розе, я уже играла. Я играла Анну в "Звездах на утреннем небе", Инну в "Мурлин Монро". Это отвергнутые обществом по роду профессии люди. Мне очень жаль таких женщин. Я люблю такие роли. Человек, способный разделить свою душу на своих приемных детей, меня восхищает. Мадам Роза описана в романе гениально. Огромная, шумная, она внутренне ранима и добра. Автор романа просто обожает старость, поэтому его пожилые герои, вроде бы отрицательные по некоторым своим поступкам, обаятельны. Жаль, что иногда наш зритель видит в моих героинях только белое и черное, только осуждает. И приятно, когда моих героинь понимают, плачут над их судьбами. Такое, кстати, было на нашей последней премьере.
- Здорово! Если у актеров, режиссера и зрителей найдено взаимопонимание, значит, Эмиль Ажар абсолютно прав: жизнь впереди! Будем вместе в это верить и надеяться на новые встречи с яркими мастерами сцены.