Вера СЕДЫХ
Галерея “Русский век” уже готовится к выставке, посвященной Дню города. Сенсацией для нижегородцев будут на этой выставке работы Елены Комаровой. Те, кому посчастливилось увидеть их первыми, в недоумении интересовались у владельца галереи Натальи Тюльниковой, что это за европейский город изображен на этих картинах. А прочитав на обороте названия и узнав от Натальи Владимировны историю создания этих полотен, приходили в полный восторг. На восклицания одного из посетителей, что это ничуть не хуже французских импрессионистов, Тюльникова совершенно резонно заметила: “А почему они должны быть хуже?”.
В самом деле, за 130 лет существования импрессионизма художники всех стран накопили огромный опыт работы на пленэре с передачей цветовоздушных эффектов, с игрой бликов на поверхности воды... А Елене Комаровой посчастливилось к тому же совершенствовать свое мастерство не только на родине импрессионистов — во Франции, но также и в Венеции, обогатившей художественное мышление многих поколений художников. В свое время в галерее “Русский век” экспонировались два цикла ее работ, посвященных Парижу и Венеции. И вот теперь настала очередь Нижнего Новгорода.
Чебоксарская художница была настолько очарована видами старого Нижнего на фотографиях Дмитриева и Карелина, что решила на их основе создать цикл живописных работ. И это ей в полной мере удалось.
Глядя на эти полотна, трудно поверить, что создавались они не на пленэре, как парижские и венецианские пейзажи, а в мастерской с черно-белых фотографий. Несмотря на огромное влияние импрессионистов, Комаровой удалось создать свой собственный язык выразительных средств, органично соединив несколько живописных течений от реализма до символизма. Особый интерес вызывает вид Нижнего с аркой, построенной в честь Николая II, которая сохранилась лишь на старых фотографиях, а теперь вот и на картине Елены Комаровой.
Наталья ХАЛЕЗОВА
Полтора месяца назад в Московском издательстве вышла книга нижегородского писателя Захара Прилепина “Патологии”. Повесть о войне, о любви, о людях.
Захар Прилепин — писатель, поэт, публицист. Он же Евгений Лавлинский, журналист, главный редактор аналитического портала “Агентство политических новостей—НН”. Только Евгений Лавлинский занимается местной, нижегородской политикой, Захар же выбрал искусство, литературу. Закончил филфак ННГУ им. Лобачевского. Член Национал-большевисткой партии. Один из любимых писателей — Эдуард Лимонов, один из любимых исторических персонажей — Степан Разин. Захар Прилепин — лауреат премии Бориса Соколова, издания “Литературная Россия”, премии “Вдохни Париж”, также вошел в число финалистов национальной премии (как утверждают, самой престижной в России) “Национальный бестселлер”. Совсем недавно был принят в Союз писателей. На пресс-конференции восхищение Захару Прилепину выражали московский поэт Геннадий Красников и писатель, глава нижегородского отделения Союза писателей России Валерий Шамшурин.
* * *
“Патологии” — это квинтэссенция двух чеченских кампаний, книга, изображающая человеческие страсти, — говорит Захар Прилепин, — задумывалась как книга о любви. Но впоследствии военная линия начала превалировать”.
Повесть “Патологии” — это резкая смена картин, эпизодов, ощущений. Здесь нет ажиотажа вокруг насилия, погони за жестокостью, так свойственной современным “художникам”. Автор не стремится изобразить убийство ради убийства. Да, это война, да, есть жертвы, но это — Жизнь. Хотите — не хотите, но она самая.
“Патологии” — это хроника пребывания в Чечне отряда спецназа из маленького российского городка. Ребята молодые, сильные, живые. Нужно отметить, что Захар Прилепин был участником контртеррористической операции в Чечне в составе ОМОН в 1996 и 1999 годах. Отсюда и материал для книги.
В обычное течение рабочих будней на войне (да, и на войне бывают будни) врывается смерть. Понимаешь, что даже на войне это шок для человеческой психики. К смерти нельзя привыкнуть. Ее можно только пережить. Но, в конце концов, рассудок не выдерживает. Действие сгущается, напряжение нарастает, чувства, смерти — их становится все больше и больше.
“Патологии” — психологически четко выстроенное произведение. Описание войны резко прерывается эпизодами, связанными с девушкой главного героя. Ненадолго наступает облегчение от воспоминаний. Трогательные отношения влюбленных, нежные, едва уловимые. Но чем дальше, тем болезненней ощущения, тем жестче правда. “Она любила, когда чувство кровоточит”. Так вот вся книга кровоточит.
Кульминация — штурм боевиками базы, где расположен спецназ. “В Чечне людей подставляли”, — считает Захар Прилепин. Описание превращается в поток сознания, сбивчивая передача событий и чувств на грани истерики. Уже непонятно, где реальность, где внутренние переживания. Вплетается любовь, перерастающая в патологию, в маниакальное желание докопаться до прошлого любимой, узнать правду (сколько же было мужчин? 26?). Как будто от этого станет легче. Трогательность, бережность, нежность превращается в пошлость, болезненность. Надрыв. И все это резко, сразу...
Общее восприятие: тяжело, даже жутко иногда, но невозможно не читать. Тянет. Удивительно, но “Патологии” читают женщины, причем очень охотно...
* * *
Захара Прилепина как писателя хвалят.
Геннадий Красников: “Это писатель 21 века. Новый образный язык, совершенно другое поколение. Коренное, деревенское происхождение (Захар родился в деревне Ильинка Рязанской области — автор) сочетается с интеллектуальностью, образованностью”. Поэт даже сравнивает Захара с Есениным (кстати, Прилепин тоже пишет стихи).
Высокопарность и сравнение с Великими свойственно и для Валерия Шамшурина: “Поздравляю нас всех с Захаром Прилепиным. Он меня потряс обнаженностью. Самое страшное в ”Патологиях" — это убийство души. Книга сочетает язык классической литературы и язык улицы. Книга — вызов современному мелкотемью”. Шамшурин сравнивает повесть Прилепина с “Севастопольскими рассказами” Толстого, находит что-то от Пушкина и Лермонтова. Громко сказано! Но им виднее.
* * *
Захар Прилепин сейчас работает над новым произведением. “У меня нет желания делать чеченскую тему пожизненной”, — подчеркнул Захар. В этом году в журнале “Новый мир” вышли два его рассказа о глубоких семейных взаимоотношениях. Готовится антология российских поэтов 21 века (за последние пять лет). Туда входит и поэзия Захара Прилепина. А книгу “Патологии” в Нижнем можно купить только в “Дирижабле”. Зато в Москве она продается на лотках. Вот так в нашем городе знают и читают нижегородских писателей. Только после столицы.
Как и многие жители планеты Земля, Эрик Андерсон с ужасом воспринял сообщение о катастрофе космического шаттла “Колумбия”. А после у Андерсона началась паника. Дело в том, что зарабатывает его компания, Space Adventures, на том, что посылает людей в космос.
Тридцатилетний аэрокосмический инженер с момента основания компании Space Adventures продал суборбитальных полетов уже примерно на $100 миллионов. Катастрофа “Колумбии” показалась ему концом индустрии космического туризма. Следующие несколько дней Андерсон провел у телефона, обзванивая клиентов. 30 из них уже к тому моменту внесли залог в $10000, чтобы зарезервировать себе места во время суборбитального путешествия, ну а еще с десяток перечислили порядка $20 миллионов в залог будущего восьмидневного путешествия на орбиту на российском корабле “Союз”. Никто не отказался от полета. Более того, появилось еще больше энтузиазма...
Согласно исследованиям транспортно-космической ассоциации НАСА, доходы от частного космического туризма в ближайшем будущем могут составлять до $20 миллиардов долларов в год. Но для этого придется усовершенствовать и технику — суборбитальные такси будут предназначены для частого использования. С нетерпением ожидают появления такого средства передвижения более сотни человек, готовых выложить от 10 до 98 тысяч долларов за полет. 26 клиентов Space Adventures даже полностью проплатили будущее суборбитальное путешествие, что гарантирует им самые лучшие места. Между тем, суборбитальный — значит полет над атмосферой, т. е. на высоте 62 миль над Землей, орбитальный же — более 250 миль. Туристы так далеко в ближайшие десять лет летать не будут. Пока же за $19000 можно краем глаза увидеть космос и изгиб Земли из кабины МИГ-25, а за $7000 — ненадолго побывать в состоянии невесомости. Ну а в космос Андерсон отправил пока двух туристов — Денниса Тито в 2001-м и Марка Шаттлуорта в 2002-м, которые провели неделю на международной космической станции. Последовать их примеру в обозримом будущем сможет, пожалуй, лишь Ричард Гарриотт, 43-летний миллионер, сын астронавта Скайлаб Оуэна Гарриотта. “Я был на Южном Полюсе, спускался на дно океана посмотреть на “Титаник”. Мое следующее направление — вверх”, — говорит миллионер.
По материалам программы “Деньги, деньги...”
Ирины БЕЛОВОЙ.