|
|
|
Пушкинская. Пожалуй, самая таинственная улица Ростова, бережно хранящая за толстыми стенами особняков романтичные и не очень истории сильных этого города; шикарный ростовский будуар, устланный шелком зелени и подсвеченный тихим светом фонарей. Особо хороша она зимой, укутанная белоснежным одеялом и убаюкиваемая медленно падающими снежинками. Можно только догадываться, сколько ненаписанных повестей и романов случилось здесь, с какой легкостью и удовольствием описал бы ее нравы тот, в честь кого она названа. Вся она немножко из сказки, немножко из сна, даже говорить о ней тянет высоким штилем. Пушкинская — это великосветская дама в кружевном пеньюаре. У этой улицы, безусловно, женская сущность. Изменчивая, капризная, умиротворяющая, навевающая покой и приятные мысли, притягивающая к себе купцов, негоциантов, градоначальников, а в более позднее время партийных боссов и интеллектуальную элиту, профессуру, которые бросали к ее ногам красивейшие особняки и архитектурные сооружения. Здесь не происходило каких-то громких исторических событий, ее не называли именами революционных деятелей, здесь не приживались памятники вождям. Она изначально была далека от всех этих переворотов и исторических драм, поскольку знала: какая бы власть ни была в этом городе, ее красота всегда будет в цене.
Неаристократичное прошлое.
Наверное, если бы эта улица могла, она бы забыла о своем прошлом. Оно не было бурным, скорее, оно было весьма прозаичным. А что может быть хуже для дамы, блистающей в обществе? Вплоть до 1885 года она утопает в грязи и носит имя Кузнецкой, а значит, далеко не голубая кровь течет в ее жилах. Назвали ее так, потому что здесь благодаря многочисленным родникам было много кузниц, а еще фабрика медных изделий. В 1857 году на Кузнецкой строят колокольный завод. За прекрасный тон колоколов он был удостоен золотой и серебряной медалей. О благоустройстве улицы городские власти как-то не задумываются. Уже когда она была Пушкинской (но еще не до кончиков ногтей), Свирский в книге «Картинки ростовской жизни» описал анекдотический случай: его случайно заехавший в Ростов приятель зашел на Пушкинскую и в ужасе бежал на вокзал, чтобы успеть на первый же поезд. «Пушкинской» улицу нарекают решением Городской думы. В это время в столице чествуют Пушкина и Лермонтова, их именами называют улицы и переулки. Одновременно в Ростове — по принципу: а чем мы хуже столицы, и у нас таких писателей знают — появляются Пушкинская, Лермонтовская (бывшая Навозная), Тургеневская (бывшая Сенная). И если переименование Кузнецкой происходит спокойно, то вокруг переименования Сенной возникает всероссийский скандал. Все тот же Свирский, пройдясь пару раз по новонареченной улице, обнаруживает, что она переполнена домами терпимости. Как же так, Тургенев известен как создатель чистейших женских образов, а тут такое издевательство, возмущается публицист. В дело вмешивается Российский литературный фонд, и в итоге Сенная остается Сенной, а имя Тургеневской присваивается Полицейской улице. Так что с великими русскими писателями отношения у ростовцев складывались непросто.
Пушкин мимо проезжал.
Известно, что поэт проезжал через Ростов и Нахичевань к Аксайской переправе, останавливался на почтовой станции. Много лет в Ростове живет прапрапраправнучка Пушкина по линии сына Александра — Инна Николаевская.
Уже в советское время в честь 160-летия поэта на углу с Ворошиловским проспектом воздвигается весьма романтичный бронзовый памятник поэту. Пожалуй, по качеству исполнения (авторы — московские скульптор и архитектор) он один из лучших в Ростове, которому фатально не везет на хорошие памятники. Бронзового поэта в народе полюбили. Здесь встречаются влюбленные парочки, проводятся литературные вечера, каждый год сюда приходят почтить память Пушкина. Архитектор Клейменов и скульптор Скнарин создают сферические декоративные светильники, сплетенные из сюжетов пушкинских произведений. Имя поэта имеет поистине магическую власть. На сегодняшний день Пушкинская — это гуманитарный центр Ростова: здесь и две крупнейших библиотеки, и здание филфака, и два музея изобразительных искусств, и Дом кино.
Улица для царей.
Первым, кто рассмотрел будущий бриллиант в невзрачном, сером, гадком утенке, был владелец табачной фабрики Кушнарев. Он на свои средства кладет начало цветущему зеленому бульвару рядом со своей фабрикой (угол Пушкинской и Таганрогского проспекта). Изначально бульвар протянулся от Таганрогского проспекта к Николаевскому переулку. В 1910 году на месте сгоревшей табачки вырастает роскошный «Гранд-отель» — лучшая гостиница купеческого Ростова. Именно здесь в августе 1914 года останавливается царская семья, едущая с Кавказа в Москву на конных экипажах. Еще раньше, в 1890 году, на углу Пушкинской и Островского переулка воздвигают особняк, в бельэтаже которого располагаются комнаты для августейших особ (на случай приезда в город государя и семьи). Пушкинская отвоевывает для себя престижную репутацию элитной спальни. В начале двадцатого века здесь селятся только очень богатые люди, купцы, миллионеры, градоначальники, почетные граждане города.
На углу с Николаевским переулком возносится дом градоначальника Ивана Зворыкина. В начале двадцатых годов его национализировали. В одном крыле поселились партработники, в другом разместилось общежитие советской партийной школы. Здесь же жил писатель и драматург Владимир Киршон, известный как создатель ростовской писательской организации. К нему захаживали Фадеев, читавший здесь «Разгром», Шолохов.
Причуда миллионера.
Рядом с Соборным переулком красуется дом, который ростовский миллионер Супрунов... привез из Италии. На такие выходки, наверное, способны были только наши купцы. Поехал Супрунов то ли в Неаполь, то ли в Геную и увидел чудесный особняк, облицованный мрамором и майоликой. «Какие угодно деньги заплачу, а увезу его в Ростов», — сказал себе миллионер. В итоге колонны демонтировали, стены распилили на блоки, крышу разобрали, и все это достояние на барже переправили к месту назначения. И сейчас, сильно переделанный после пожара и войны, этот дом находится по адресу: Пушкинская, 79.
Нынешний Музей ИЗО тоже имеет свою интересную историю. Управление Владикавказской железной дороги вело долгую, нудную тяжбу по отчуждению участка земли для железнодорожного строительства. В случае проигрыша управление понесло бы миллионные убытки. И тогда управление железной дороги делает заявление: «Кто из юристов поможет выиграть процесс, получит кроме денежного вознаграждения в придачу меблированный особняк, сооруженный по последней моде». В 1898 году выигравший дело адвокат Аполлон Петров получает ключи от нового дома. Что только не располагалось после революции в этом утонченном изысканном доме работы архитектора Дорошенко, строившего только для состоятельных торговцев и фабрикантов. И штаб Первой конной армии, и детская коммуна, и Дом работников просвещения, и даже физкультурное общество «Спартак». Музей ИЗО здесь с 1959 года. О том, насколько продумана и шикарна была здесь каждая деталь, говорит хотя бы тот факт, что по настоянию директора музея были закрашены росписи плафонов в залах — они отвлекали внимание посетителей от картин!
Рассказывают, что в шестидесятые годы сюда приезжала пожилая француженка с группой зарубежных туристов — близкая родственница того самого адвоката.
Вообще, историй взлетов и падений своих обитателей Пушкинская может рассказать столько, сколько, наверное, другим улицам и не снилось. Например, хозяин известного доходного дома Евы Шпильрейн в двадцатые годы жил в кладовке, находившейся под парадной лестницей, где в холоде и голоде и умер. Сама же Ева в годы гражданской войны эмигрировала.
Особняк в подарок жене.
В 1914 году известный ростовский миллионер и благотворитель Николай Парамонов построил на Пушкинской особняк по проекту молодого архитектора Леонида Эберга. О безупречном вкусе владельца свидетельствует строгость пропорций, единство объема и деталей, четко выдержанный неоклассический стиль. Сквозь ажурную литую решетку ограждения чинно прогуливающаяся по бульвару публика могла рассмотреть чугунные скамьи, цветочные и ковровые клумбы, сад с фонтаном, который имел бетонный бассейн сложнейшей конфигурации и переливающую чашу. Те, кому посчастливилось оказаться внутри, были заворожены центральным залом. Он освещался верхним светом через зенитный световой фонарь пирамидальной формы. Потолок был остеклен и украшен геометрическим рисунком. Зал выходил окнами на центральную открытую террасу, пространство которой создавали два ряда колоннад. Горельефы грифонов и маска горгоны Медузы украшали оконные ниши. По светским гостиным тут же разносится слух, что миллионер построил этот особняк в подарок горячо любимой жене. Но жить в этом доме счастливой семье оставалось недолго. 9 февраля 1918 года перед домом Парамонова, а точнее, перед штабом белой Добровольческой армии выстраиваются в последний раз 5 тысяч офицеров и юнкеров и под командованием Корнилова уходят за Дон, в степи. После этого здесь 74 дня продержался Ростово-Нахичеванский комитет. 8 мая того же года здание снова занимает белогвардейский штаб. За особняк идет борьба между основными силами гражданской войны, как будто он символизирует спокойствие, самодостаточность и надломленную красоту уходящей эпохи. Одни пытаются ее отвоевать, другие — навсегда уничтожить.
В августе 1918 года газета «Приазовский край» сообщает о пожаре в доме Парамонова. К 1923 году особняк восстанавливают и объявляют народной собственностью. В нем размещают то клуб строителей, то институт по переливанию крови, то краеведческий музей. Особняк сильно пострадал во время Великой Отечественной войны, но стены и часть колонн уцелели.
В 1947 году по ходатайству Ростовского государственного университета здание восстанавливают и передают под университетскую библиотеку. Постепенно южная часть бывшего сада застраивается гаражами, сараями, складами. Во время «войны с заборами» сносят красивую ограду. Двор особняка перестает существовать. Постепенно разрушаются колонны, особенно с южного, самого живописного фасада, облупливаются стены, ниши окон уродуют кондиционерами. Внутри под расписными потолками — выдача литературы, интернет-зал, книгохранилище, читальные и научные залы. Кричащее несоответствие формы и содержания. Неудобство от того, что как будто бы зашел в чужой дом без приглашения. Сказка для немногих, ставшая былью для всех, вызывает только грусть.
Другая ростовская библиотека — ДГПБ — ведет свою историю с 1884 года, когда городская управа воспользовалась случаем приобрести дешевое собрание книг, принадлежавшее Г. А. Фронштейн. Тогда было куплено 3 тысячи книг на сумму около 5 тысяч рублей. В 1886 году библиотека располагается в частных купеческих домах на Большой Садовой. Громаду нынешней публички строят больше двадцати лет. Сдано здание в мае 1994 года в праздник славянской письменности. Главный архитектор Занис недоволен получившимся результатом, а главный инженер Сидельковский так и не увидел свое детище. Внушительное, похожее на гигантский космический корабль здание неизменно привлекает толпы туристов, которые любят фотографироваться внутри донской достопримечательности, здесь ведется бурная культурная жизнь, областные власти всячески привечают литературный центр Ростова.
Дворянское гнездо.
Если в дореволюционные годы Пушкинская — улица состоятельных людей, которую не стыдно и царю показать, то в советские времена она превращается в улицу партийной элиты. Роскошные особняки занимает новая власть. В семидесятые годы архитектору Гражданпроекта Владилену Харанько поручают спроектировать дом, какого в Ростове еще не было, — элитный дом для обкома партии, будущие новоселы которого — Бондаренко, все секретари обкома партии, ростовская профессура и прочие уважаемые люди. «Тогда существовали очень жесткие нормативы, — рассказывает мне Владилен Владимирович, — нельзя было превышать установленные площади квартир, но проект этого дома рассматривался не градостроительным советом, а строительным отделом обкома партии. И если кухни было положено делать 5–6 кв. метров, то в этом доме они занимали 15–16 кв. метров, размер гостиных — 22–25 кв. метров и так далее. Конечно, облицовка была самой лучшей — паркет, кафель, высококачественная отделка стен. Впервые в Ростове была применена липецкая кладка, которую потом стали широко использовать при строительстве элитных домов по всей области. Аналогом этого дома был проект пятиэтажного дома в Прибалтике, конечно, сильно переработанный. Построили мы этот дом на углу Чехова и Пушкинской за два года — строительству была дана зеленая улица. Вселялись в него скромно, без помпы. По современным меркам, это самый обычный дом. Тогда в Ростове ничего подобного не было». В народе дом тут же метко и не без иронии назвали «дворянским гнездом». Немногим позже на Пушкинской, бывшей тогда транспортной магистралью, перекрывают движение. С тех пор большие и маленькие «дворянские гнезда» вырастают здесь постоянно, партийных боссов неспешно сменяют демократические чиновники и предприниматели. Как известно, именно на этой улице (на углу с пр. Семашко) проживает губернатор Владимир Чуб с семьей. А рядом с филфаком, напротив публички, спешно строится суперэлитный дом, цены на жилье в котором, говорят, рекордные для Ростова. Причем все квартиры уже выкуплены заранее.
Обитателям Пушкинской время от времени мешают спать по ночам горланящие песни и стихи нетрезвые студенты филфака и ростовские поэты, которые тоже считают эту улицу своей.
Алексей Бородин, поэт:
— Для меня Пушкинская — это улица, которая не совсем принадлежит Ростову, здесь граница между городом и каким-то иным миром, красивым, зеленым, неиндустриальным. На этой улице почти нет магазинов, кафе, здесь больше природы, чего-то деревенского. Поэты собирались и на филфаке, и в здании ДГПБ, и в Союзе писателей, и просто сидели на лавочках и читали стихи, ходили по аллеям. Эта улица абсолютно соответствует своему названию. Надежда Волкова
(В статье использованы факты из книги Л. Волошиновой «Пушкинская улица».
|