Бойцы невидимого фронта

14 июня – Всемирный день донора. Почему мы отмечаем этот день 14 июня? Потому, что более 100 лет назад в этот день родился Ландштейнер – австрийский ученый, открывший группы крови.

Я шла на станцию переливания крови, думала о предстоящей встрече с донорами и вдруг вспомнила старую историю.

Как-то летом по местному радио передавали страшное сообщение. В роддоме от потери крови умирала молодая женщина. Для ее спасения срочно требовалась донорская кровь первой группы с положительным резус-фактором.

Потом уже я узнала, что кровотечение в родах – вещь чрезвычайно опасная, женщина может погибнуть в считанные минуты. Раньше спасением было прямое переливание крови – от донора к реципиенту.

Вера Владимировна Николаева, заведующая станцией переливания крови (на фото), объяснила, что теперь такую процедуру не делают: опасно, а вдруг донор чем-нибудь болен? Кровь переливают только проверенную. Причем часто используют даже не кровь, а ее компоненты, например, плазму или эритроцитную массу.

Врачи – специалисты по крови – называются трансфузиологами. Иногда им приходится работать в самых экстремальных ситуациях, например, они помогают акушерам-гинекологам или реаниматологам. Их приглашают в операционные, если предполагается большая трансфузионная программа, попросту говоря, если пациент должен будет потерять много крови. Понятное дело, пациенты не знают в лицо своих спасителей – ни врачей-трансфузиологов, ни доноров, чью кровь им переливают.

Правильно подобрать кровь для переливания – это целое искусство. В отличие от нас, простых смертных, со школы помнящих про четыре основные группы крови да про резус-факторы, трансфузиологи различают до 200 групп крови. Неточно подобранная кровь, как минимум, ведет к потере иммунитета.

В.Пономарева, заместитель начальника ЦМСЧ-50 по детству, знакомая с проблемами акушерства не понаслышке, так отзывается о врачах-трансфузиологах: «Самое главное в их работе – надежность, а уж какой ценой она им достается...» «С начала 90-х годов в нашем городе не было ни одного трансфузионного осложнения», – рассказывает заведующая отделением переливания крови В.Николаева. Работать с кровью бывает опасно: пробирка может лопнуть в руке, например. В результате они с тревогой ждут собственных анализов: от множества гепатитов до сих пор нет надежной защиты. Но об этом Вера Владимировна говорит неохотно.

Надежно станция переливания крови работает, если имеется запас крови и ее компонентов: 15-16 литров крови каждой из основных групп и 140 литров плазмы.

Но за последние пять лет число доноров в Сарове резко сократилось: для нормального обеспечения городской больницы донорской кровью и ее компонентами необходимо иметь 1000-1200 доноров, а их в настоящее время всего 340 человек.

Может быть, люди стали прагматичнее, рассуждает В.Николаева, ведь количество доноров уменьшилось и по России в целом? Впрочем, специалисты отделения переливания крови считают, что печальное явление объясняется отсутствием заинтересованности частных предпринимателей в том, чтобы их работники были донорами. Отгулы и отпуска, предусмотренные законом в удобное для донора время, могут не совпадать с производственными планами частника. Если бы бизнесмены, поощряющие донорство, имели налоговые льготы, надо полагать, они бы повернулись к этой общественной необходимости лицом.

Доноры, с которыми мне удалось побеседовать, считают, что прописанные для них в законе льготы по большей части декларативны. Конечно, для жителей больших городов право бесплатного проезда в общественном транспорте – это серьезная поддержка семейного бюджета. Отгулы, которые можно присоединить к отпуску, – тоже вещь неплохая, как и отпуск в удобное для донора время. А вообще хорошо было бы приравнять льготы почетных доноров к тем, которыми пользуются депутаты ОЗС, например.

В Западной Европе статистика насчитывает 40-60 доноров на 1000 человек взрослого населения. Чем это объясняется? Вера Владимировна считает, что европейцев привлекает возможность бесплатного и качественного медицинского обследования, которое полагается пройти потенциальному донору. Ну, и социальные льготы. Для сравнения: в России тот же показатель выглядит как 14 доноров на тысячу населения, а у нас в Сарове и вовсе бледно: 6 человек на тысячу. Да если еще учесть 120 солдат-срочников, которые последние два года выручают город, так масштаб проблемы встанет во весь рост.

Не вредно ли донорство для здоровья, спросила я Николая Дмитриевича Анохина, который регулярно сдает кровь в течение последних 12 лет. Мой собеседник уверен, что «проливать кровь полезно»: это активизирует работу печени, не зря вся мировая история – это история войн. Начал сдавать кровь Николай Дмитриевич в 45 лет, до этого, признается, всегда считал, что у него слабенькое здоровье. Теперь не сомневается: он обычный человек, а значит – может помогать людям.

Другой мой собеседник просил не называть его фамилию. Он сдает кровь более 20 лет, после того как донорская кровь спасла жизнь сыну. Не вредно ли сдавать кровь, допытываюсь я. В.С. утверждает, что никаких отклонений в собственном здоровье за эти годы не заметил. Ничего опасного нет! На станции переливания крови работают отличные специалисты, многие из которых сами доноры. Кровь берут мастерски. Работают предельно аккуратно. В.С. им полностью доверяет: не раз убеждался, какого высокого класса специалисты наши трансфузиологи – сколько людей вытащили с того света! Его сын вырос, учится в военно-медицинской академии, тоже стал донором.

Людмила Федоровна Минькина работает на заводе «Авангард». Кровь сдает с 1995 года, тогда у кого-то заболел ребенок и по заводу бросили клич: нужна кровь. Вспомнила Людмила Федоровна свое студенчество. Они в Краснослободске сдавали кровь, чтобы съездить домой в отгулы. Сейчас сдает плазму, говорит, приятно сознавать, что помогает людям. Особенно ей запомнились два случая, когда ее кровь переливали 15-летней девочке и 6-летнему мальчику. Оба ребенка страдали заболеваниями крови. Мальчика удалось спасти.

Надо сказать, доноры, на первый взгляд, люди абсолютно не героические. Правда, о своих донорских значках говорят, что получают эти награды, как солдаты на войне, – за пролитую кровь, а не к праздникам или юбилейным датам. На вопрос, почему у нас так резко сократилось число доноров, отвечают честно и безыскусно: после сдачи крови страшно хочется есть, а денег на донорский обед отпускается столько, что мужики не наедаются. На частных предприятиях доноров не приветствуют. Донорам не платят «переменку».

Суетные мы люди – спонсорскую помощь окажем и ждем как минимум благодарности в газете. А внести в колдоговор пункты, поддерживающие доноров, нам слабо – забыли мудрость предков, утверждавших: все под Богом ходим. Вера Владимировна, например, и затрудняться не стала, когда я попросила ее рассказать об особо запомнившихся случаях из практики. Этой весной возле стадиона «Икар» был избит молодой парень. Когда его привезли на Маслиху, врачи обнаружили перелом основания черепа, из сломанного носа, не останавливаясь, текла кровь. Чтобы спасти ему жизнь, вызывали 46 доноров – вытянули.

А пару лет назад спасли молодую девушку от грозившей ей ампутации ноги. После бытовой травмы начался некроз, хирурги отмершую ткань иссекали, кровь не останавливалась, девушка могла умереть. Долго не удавалось подобрать донора. Первым человеком, чья кровь идеально ей подошла, оказался врач-травматолог С.Афанасьев. Так Сергей Викторович стал донором. А для девушки началась полоса везения: стали приходить доноры с подходящей кровью. И жизнь спасли, и ногу спасли – такое, конечно, не забывается.

Этой зимой спасли молодую роженицу, которой после появления на свет двойни перелили 24 литра плазмы.

Кровь бывает нужна ожоговым, людям с лучевой болезнью, да мало ли кому еще! Главное, от Нижнего мы расположены далеко, и в случае острой нужды рассчитывать можем только на себя. Вера Владимировна рассказала мне, что транспортировка плазмы или других компонентов крови – дело очень сложное: растрясешь бесценную жидкость, и будет она бесполезной – не заставит свертываться кровь человека, умирающего от ее потери. А равноценной альтернативы донорской крови пока, к сожалению, нет.

В 2006 году нашей службе крови исполнится 50 лет. «Живем на самообеспечении, да еще выручаем соседей по области», – вот так просто и подытожила свой рассказ Вера Владимировна Николаева, наш главный трансфузиолог, врач в четвертом поколении.

Веряскин Александр Павлович сдал кровь 122 раза, Савинкин Юрий Иванович – 120 раз, Большаков Андрей Борисович – 116, Шумилова Анна Васильевна – 114, Рясный Александр Евгеньевич – 110, Чеботарь Виктор Станиславович – 107, Логинов Алексей Васильевич – 79, Шашкин Владимир Николаевич – 74 раза.