Любовь земная…

– Золота­бриллиантов простая рабочая семья Вуколовых так и не нажила. Всех богатств – справный дом, что построен пятьдесят лет назад, да пенсия на двоих чуть больше четырех тысяч. А сокровища бесценные, так вот они: пятеро детей да пятеро внуков и три внучки, уже совсем взрослые. У старшего внука, Максима, наследники рода Вуколовых подрастают – Артем и Илья.

В зале торжественных церемоний саровского ЗАГСа собралась недавно вся многочисленная родня Вуколовых, чтобы поздравить Ивана Васильевича и Татьяну Александровну со славным юбилеем – шутка ли, 60 лет совместной жизни. Стихи и добрые пожелания, благодарные слова в их адрес с особой теплотой звучали в этот день. О жизненном пути бриллиантовой пары рассказала присутствующим начальник отдела ЗАГС Сарова Валентина Ивановна Долгова. С красивым, редким в наше время юбилеем чету Вуколовых пришел поздравить депутат городской думы Г.Чепанов. Присутствующие волновались, конечно, но больше всех – сами юбиляры. Шутка ли, порой и самим не верится, что прожили столько лет рука об руку и дотянули до 21­го века. Татьяна Александровна вспоминает, как бабушка старенькая все стращала их, детвору: «Вот как придет дветысячный год, так уж и свету конец!» А она вот 2006­й встретила. Говорят, жизнь коротка. Так­то оно так, а назад оглянешься – столько пережито всякого.

В молодости Иван и Татьяна были очень разными. Он – веселый, шумный, подвижный, она – тихая, ласковая. И хотя они одногодки – оба с 1927 года, но дни рождения у них как в вечном противостоянии застыли: у него – второго января, в суровую зимнюю стужу, у нее – второго июля, в летний солнечный день. Только ведь хорошо известно, что противоположности притягиваются. Главное – рядом оказаться, а там уж никакими силами не оторвать друг от друга. Где ты, единственная? Может быть, за тридевять земель, а может, совсем близко? Можно назвать это везением, счастливым случаем, а можно – судьбой, да только Ивану никуда ехать не пришлось. Его судьба – Татьяна – сама приехала к нему в Балыково, со всей большой семьей Тишкиных.

На любопытные вопросы детей: где с папой познакомились да как приглянулись друг другу – Татьяна, шутя, отвечала: «Да как же было не влюбиться в такого красавца. Как зайдет на наши посиделки в белом овчинном полушубке да светлых чёсанках (валенки, прошитые кожей. – Авт.), так сердце и замрет в груди. А встретились где? У бабы Груши, которая в бывшей монастырской келье жила. У нее мы тогда зимой собирались – любила она, когда молодежь вокруг. Да и парни ей пособят то дров принести, то воды натаскать. Мы, девчата, сидели тут же – вязали, вышивали».

Иван сразу выделил ее из всех, уж больно хороша была Татьяна Тишкина: гладко причесанные русые волосы, заплетенные в косу, спокойный взгляд ясных серых глаз. По семнадцать лет в ту пору им было, а взрослели тогда рано – война шла. Иван с пятнадцати лет на деревообрабатывающем комбинате сколачивал ящики под снаряды. Татьяна с шестнадцати трудилась на торфоразработках, а домой приезжала лишь на зиму. Вот зимой 1944­го и познакомились. Вскоре об этой дружбе узнали родные Ивана – мать и тетки. Узнали и одобрили его выбор. Татьяна им нравилась: хорошая девушка, статная, красивая, трудолюбивая, да и характер спокойный, рассудительный.

В ноябре 1945­го, после окончания сезонных работ пришли в дом к Тишкиным сваты и сговорились играть свадьбу уже в новом 1946 году. Утром 26 января Татьяна приоделась в самую красивую кофточку и юбку, да и жених принарядился. Собрались и пошли к сельсовету, туда и обратно – пешком. На обратном пути на безымянных пальцах красовались кольца, из монеток 20­копеечных сделанные, а Иван нес в руках свидетельство о браке под номером один.

В доме жениха тем временем уже собрались гости. Кстати, по обычаю того времени молодые за свадебный стол не садились, принимали гостей в другом, как правило, соседнем доме. Застилалась постель, на которую сажали молодоженов, гости приходили по очереди, поздравляли. Крестная, которая находилась рядом, принимала подарки. Вся эта церемония называлась «сыры пить».

На второй день утром родственники собирались «на блины» – сначала в доме новоиспеченного мужа, затем у родственников молодой жены. В этот день принято было гостям ряжеными приходить, песни и частушки петь.

И, как говорится в сказках, стали они жить­поживать… Молодая семья поселилась в русской избе семьи Вуколовых, где почетное место занимала печка, а в единственной комнате жила вся семья – бабушка, мать, отец, сыновья. Спать укладывались на полу, но молодым обеспечили прямо­таки царские условия – выделили угол, где они спали на деревянной кровати. В 1949 году появился долгожданный первенец – сын Василий. А затем с завидной регулярностью в их семье один за другим рождались дети. Через два года – Николай, в 1953­м – дочка Любочка. Тогда же и решили они дом себе новый ставить, в который и въехали в 1956 году. На радостях еще двоих дочек родили – Ниночку да Наденьку. Татьяна в те годы работу санитарки в медсанчасти оставила, посвятила себя только семье – хозяйство и дети малые требовали ежеминутного внимания и материнского тепла.

И от государства тогда вручили ей награду – «Медаль материнства» второй степени. Поначалу дивились: медаль за детей? Да разве ж она какой подвиг совершила?

В пять утра встать, печь натопить, еду приготовить. Сначала уходил на работу Иван, а уж затем дети в школу собирались. Кажется, она и до сих пор видит, как идут они друг за дружкой по зимней дорожке… мал мала меньше. После школы каждого надо встретить, накормить, дневники проверить. Затем дети рассаживались за большим столом, каждый в своем углу – уроки делали. Тишину нарушало лишь усердное сопение. Стихи учили вслух, а мама проверяла: правильно ли запомнил? В учебник не глядела – знала все стихи наизусть.

Конечно, тяжело было, если учесть, что в доме­то и каких­то особых удобств не было. Но ведь в те годы почти все так жили… Иван всю жизнь работал – начинал дровокладом на железной дороге, дрова в паровозную топку подбрасывал, затем стал помощником машиниста. Потом много лет работал слесарем на заводе «Коммунист», до самой пенсии трудился газоэлектросварщиком в УС­909. Кстати, и их дети почти все строительству жизнь отдали. Так и трудились каждый на своем месте, вместе – семья. Семь – Я.

И чего тут особенного? Да в общем ничего, если не считать того, как мало нынче таких вот обычных, крепких, больших семей, в которых дети не могут вспомнить родителей злыми, бранящимися, издерганными. Да, много и тяжело работали, да, уставали, и трудно было порой. Но детей смогли вырастить в атмосфере родительской любви и добра. И это послужило им самой надежной опорой в нашем «прекрасном и яростном» мире.