Кавказские мотивы

Сколько мне пришлось выслушать уговоров отказаться от идеи ехать в Карачаево-Черкесию – трудно представить! «Березовский ушел – там же митинги», – говорили одни. Другие: «В Боксанском ущелье сель». Третьи: «Нечего женщинам делать в горах, тем более на Северном Кавказе». Даже в Интернете вычитала жуткую повесть о вооруженных сванах, нападающих из-за скал. Да что Интернет! В поезде «Москва-Черкесск» сами местные жители настоятельно рекомендовали ни на шаг не отходить от своих спутников. Не знаю, как другие, но лично я не очень уверенно ступила на утренний перрон.

Здесь вам не равнина

Может быть, нам повезло, но на нашу группу, состоявшую из одиннадцати городских спортсменов-разрядников, никто не нападал. Более того, все встреченные нами кавказцы были на удивление доброжелательны. Пожилой карачаевец, водитель ГАЗели, доставившей нас в лагерь, по дороге сообщил мне, что красивее кавказских гор нет ничего на свете, что река Теберда, в отличие от Кубани, чиста, прозрачна и быстра и что карачаевцы и русские живут в массе своей дружно.

По разным сторонам дороги мелькают русские церкви и мусульманские мечети. Многие из них – только фундамент... Поселок Южный, в лучшие времена кормивший всю страну помидорами и огурцами, застыл в бездействии, и бесконечные ряды теплиц уже не гордость вызывают, а горькую улыбку. Бывший кирпичный завод, бывшая элект­ростанция, бывший поселок... А вот база отдыха зам. Чубайса и кандидата в президенты Джебраилова. Остров благополучия на фоне всеобщей бедности.

Доехали до пограничников, дальше нам предстоит больше восьми километров пройти вверх по горной тропе. Как это часто бывает в горах, долго поднимаешься, постепенно теряя интерес ко всему. Согретый одной-единственной мыслью, что когда ты, наконец, доберешься до ночлега, то сразу вытянешь ноги... И вдруг! Горы будто в награду разворачивают перед тобой неожиданную картину! Во всяком случае, со мной было именно так, когда я увидела Узункольскую поляну. Настоящие финские домики, бурная горная река, в темноте показавшаяся белой лентой. И амфитеатр Узункола, Чат-Баши и Трецубца. На Главном Кавказ­ском хребте – острые пики и башни скальных вершин – Кичкинекол, Фильтр, Замок, Двойняшка, Далар. Вернее, названия я узнала потом. А в первую минуту засмотрелась на панораму. Особенно на вершину Узункол. Удивительная гора, спокойная. Так и должны над ней осторожно включаться звезды, ровно освещая ее сине-розовые снежные полки. Красота неземная!

Группа москвичей из бывшего «Спартака», в числе которых была и я, попала на подходе к горе в жуткую горную грозу. В считанные секунды картинная долина, которой я поначалу залюбовалась, превратилась в нечто страшное. Вот уж когда я пожалела о лишних вещах и забытом плаще. Стена воды, колючий крупный град, чуть не по лицу чиркающие молнии. Но даже не это самое страшное. Самое страшное – на глазах раздувающиеся многочисленные реки, стекающие с гор, через которые нам предстояло перейти. Промедление смерти подобно! Еще чуть-чуть, и нам пришлось бы через них переплывать!

Купаться в горных речках в одежде и с полным рюкзаком – это еще далеко не полный набор горных впечатлений. «Чайник, он и в Африке чайник, а в горах нужно сразу быть профи», – заметил инструктор, распределяя нас по связкам на ледовых занятиях. «Прыгай» – сказал он мне указывая на трещину. (Не в нее, конечно, а через.) Прыгнула... А потом еще и еще. Только, прыгая, никак не могда отвязаться от малодушной мысли: «Если я упаду в эту бездонную сине-зеленую трещину, удержит ли он меня? Или одним инструктором, равно как и одним корреспондентом, будет меньше?»

Первая вершина, наверное, всем дается нелегко. Здесь я не стала исключением. Все было: и страх перед бесконечной «сыпухой», и жажда, и бессильное повисание на страховке. И вид двухпикового заснеженного Эльбруса, открывшийся с покоренной нами вершины!

Вчера и сегодня

Как там у Визбора: «Видно, плачет о чем-то природа в нашем лагере Узункол». К счастью, в наш приезд природа не была уж очень плаксивой. И сам лагерь так и остался в памяти – солнечный, ласковый. Чем же живет он в свои будни? «Высокогорный спортивно-оздоровительный центр «Узункол» входит теперь в АО «Аламат», никем не финансируется и живет за счет энтузиазма работников и приезжающей молодежи». Это слова Риммы Владимировны Кавуненко – начальника учебной части. Она рассказывает, что в прошлом году лагерь отпраздновал свой четвертый юбилей. Были времена, когда Узункол за пять смен по 20 дней посещало 500-600 человек. На популярные марш­руты выстраивались очереди. Вереницей ходили отряды новичков – 5-6 отделений минимум в десять человек.

Но в девяносто втором планово-путевочная система рухнула, и сейчас начальнику учебной части с трудом удается наводить порядки с «неорганизованными» альпинистами. Новичков мало, но главная проблема в недостатке инструкторов.

Двухтысячный в Америке объявлен годом женского альпинизма. Как я поняла, женщина и горы – вопрос больной и часто обсуждаемый. Что говорит по этому поводу специалист – мастер спорта, инструктор первой категории Римма Кавуненко?

– Без женщин горы много теряют. Мужчины – это сила и надежность, женщины – тепло и ласка. В сегодняшнем альпинизме женщин не так уж и много – около 10%. Традиционно это мужской вид спорта, и лично я против создания чисто женских команд. Все время думаю: кому и что они хотят доказать?

Раньше основной контингент альпинистов составляли студенты. Сейчас трудно назвать одним словом людей, которые имеют средства, желание и возможность приехать в горы хотя бы на одну смену. Чаще всего это старые альпинисты и их дети. Или «экстремальщики», среди которых попадаются довольно состоятельные люди. Лагерем «для богатых» считается элитный Безенги – один из немногочисленных действующих по сей день лагерей.

Альпинизм не умирает, а скорее перерождается в более современные «коммерческие» виды спорта: скалолазание и ледолазание. Поединок между человеком и горой вдохновит только самого спортсмена. А вот шоу на ледодроме – это уже зрелище для многих! Первый ледодром в России был возведен в Кирове в 1998 году. Тогда же состоялся первый чемпионат России по ледолазанию. Зрители-иностранцы восхищенно ахали, глядя, как наши спортсмены, повисая на одних кончиках «кошек», проходили крутые карнизы гигантской сосульки. И между прочим, иностранцы замечали, что у российского ледолазания большое будущее.

Так что в том или ином виде, но этот спорт будет жить. И кавказский лагерь тоже. До новых встреч!

И.Егорова