После
свадьбы мы отправились в горы. Друзья –
Коля и Лена – растревожили нам душу
рассказами о красоте горных вершин, о том,
что «лучше гор могут быть только горы».После
свадьбы мы отправились в горы. Друзья –
Коля и Лена – растревожили нам душу
рассказами о красоте горных вершин, о том,
что «лучше гор могут быть только горы».
И вот мы вчетвером – я с Сергеем и Коля с Леной – уже в пути. Коля – главный. Он разработал маршрут и запасся снаряжением. Наши друзья – люди бывалые, много горных тропинок исходили. А мы – новички. Муж утешил меня, пытаясь развеять опасения: «Будешь там по тропинкам ходить, это ж – «единичка» (маршрут первой категории сложности)».
И вот мы едем поездом, затем летим самолетом в Орджоникидзе, разделив поровну «железо», чтобы не платить за лишний багаж. На автовокзале мы познакомились с местным таксистом-юмористом, который, погрузив в машину все наши рюкзаки и посадив нас с Леной, заставил ребят толкать якобы не заводящуюся машину. Мужики толкнули, а он усмехнулся: «Ничего, сильные ребята», – и лихо тронул с места...
Вообще, осетины нам понравились: серьезные, рассудительные, доброжелательные к гостям.
Добрались мы до деревни, недалеко от Дзинаги, переночевали в палатке, а утром наш отряд отправился штурмовать Бараньи лбы, а затем Айхву (3500 м высотой).
Трудности у меня начались сразу. Трое моих попутчиков несли за плечами сшитые самостоятельно, но вполне удобные рюкзаки с кучей ремешков и металлической пластиной за спиной, а мне достался видавший виды «Ермак», поскольку ноша у меня, как у «чайника», была самой легкой. Сразу же тонкие лямки натерли плечи, и их пришлось оборачивать разным тряпьем. Рюкзак – гибрид мешка и раскладушки – мотался в разные стороны, занося меня на крутых поворотах.
Еще одной неприятной неожиданностью было открытие, что я панически боюсь высоты. Друзья топали по тропинкам возле крутых склонов и обрывов абсолютно без эмоций, а я заставляла мужа вести меня за руку.
Мы
запаслись марлевыми масками, перчатками и
очками от солнца, но не надели их сразу, и
солнце мгновенно сделало наши руки сине-коричневыми,
а лица – красными.
Мимо нас топали другие туристические группы. Вот мужики в «пятерку» пошли: снаряжение отменное, идут быстро и сами – спортивного вида, поджарые, не то что мы. Вот один отстал, тоже, видно – «чайник».
– Эй, парень, ты из какой группы?
– Теперь уже, наверное, из вашей!
Вот горные козлы. Ходят по горам, как по паркету. На туристов – ноль внимания: много тут всяких шляется!
Вот еще зверь – ласка. Прибежала, схватила остатки ужина и наутек... Знает места стоянок.
Кое-как добрались мы до своего перевала. Влезли. Осмотрелись. Красота! Кавказский хребет весь в снегу и от заката розовый. Сфотографировались. Стали читать записки, оставленные здесь другими группами. А перевал-то не наш! По ошибке в другую дырку влезли, карта-хребтовка неточной оказалась. Стали спускаться и застряли в ущелье. Внизу весь проход закрывала снежная пробка, под которую ныряла горная речка.
Пришлось в соседнее ущелье перебираться, чтобы спуститься в долину.
Тут самообладание меня покинуло совсем. По крутому травянистому склону я спускалась в «кошках», с ледорубом, да еще на пятой точке. Был сильный туман и шел мелкий дождь. Чтобы я не простудила жизненно важные органы, муж выдавал мне время от времени сухие брюки, пока они все не кончились.
Вот мы, наконец, спустились. Стоим, обнявшись попарно, довольные. А на мне уже вместо штанов – кофта: ноги в рукавах, воротник посередине болтается, а сверху веревочкой подвязано. Но вокруг – никого, кроме стада коров. А им мой внешний вид безразличен.
Спать ложимся вчетвером в один большой мешок из трех спальников – так теплее. Лежим. Тут я и говорю:
– Не пойду больше в горы! Фильмы ужасов лучше по телевизору смотреть!
– Да, на эротику у нас мало похоже, – констатирует муж. Мы засыпаем.
Утомленный моими капризами и грузом ответственности, Коля решил прервать поход.
В Орджоникидзе, который к нашему отъезду успел стать Владикавказом, нас обокрали цыгане, лишив денег и обратных билетов. Оставшаяся сумма была мала, и мы добирались домой почти автостопом, если так можно назвать путешествие по железной дороге.
В поезде «Баку – Москва» ко мне, неделю не мытой, пристал азербайджанец. Звал к себе в купе, «когда муж уснет», предлагал суммы денег, сравнимые с моей месячной зарплатой. С ним не пошла, но мужу заявила: «Я теперь себе цену знаю, и меньше, чем за столько, ко мне не подходи».
Так и прошел наш медовый месяц.
Cкалолазка
