|
|
|
Андрей Мирошниченко, заведующий отделом экономики «Независимой газеты»
|
 |
|
Мероприятие в Музтеатре 12 декабря напомнило мне почему-то вечер встречи выпускников. В самом деле, из 800 присутствующих человек триста-четыреста либо сами прошли через «Город N» и его окрестности, либо были связаны с ним узами дружбы. Сегодня это известные журналисты, предприниматели, чиновники, ученые — лучшие в Ростове. Конечно, тот факт, что мы отмечали вместо юбилея газеты десятилетие донского бизнеса, — это трюк, конъюнктурная подмена. Но если вдуматься, совсем не подмена. И цеховики, и фарцовщики в Ростове были всегда, но с появлением «Города N» в 1992 году зародился современный бизнес информационной эпохи. А главное — с помощью газеты бизнес осознал себя. Это сродни тому, как ребенок впервые понимает, что он есть и что он — личность. «Город N» стал для бизнеса рупором, зеркалом и системой координат. Многие сферы деловой активности быстро становились рынками именно потому, что в «Городе N» появились соответствующие разделы: «Компьютеры», «Банки», «Страхование» и т. п. Без информационной площадки, где бизнесмены могли оценить друг друга и конъюнктуру, становление рынков наверняка затянулось бы и вообще было бы неизвестно каким. Остается лишь патетически заявить, что деловой еженедельник «Город N» — важный градообразующий фактор в ряду немногих других, определяющих неповторимый облик современного Ростова.
Владимир Русанов, редактор регионального отдела ИД «КоммерсантЪ»
|
 |
|
На столе у главного редактора «Города N» Сергея Строителева — подшивка всех номеров газеты. С нулевого, пилотного, номера по самый что ни на есть юбилей. Это ни много ни мало 10 лет. И около 3000000 опубликованных строк. В журналистских блокнотах осталось в три раза больше. Сколько за этим опубликованным и «не для печати» осталось — никто никогда не сочтет. Греет, что не было строк, высосанных из пивной банки. Они появлялись из нашей жизни. 10 лет работы туго набиты реальностью, которая порой словно гротеск. Это подземелья старого Ростова, прокуренные следователи и дерзкие бандиты, потешное казачество и залетные рок-звезды, красотки модельных агентств, «неперестроившиеся» директора без заводов и заводы со стильными директорами-реформаторами, бизнесмены с их поделками из хлебного мякиша в камерах Кировского СИЗО и коммерсанты, научившиеся договариваться с властью, это баржи с зерном, уплывающие в никуда и блеск левбердоновских рестораций, страх радиации, волгодонские руины и рост экономики Дона, а еще развитие донского автомобилестроения… И штиль Тихого Дона.
Все это мелькало среди редакционных планерок по вторникам, гонораров, гревших больше душу, чем карман, разлитого коньяка по новогоднему ковролину редакции, застывших на самом интересном месте диктофонов и красных после верстки глаз верстальщиц. Кто-то однажды пожелал Сергею Строителеву дырки в потолке. Дырки от выросшей подшивки на его столе. Он строил и строит свою башню. Мы строили и строим свою. Фундамент нашей башни — на главном столе создателей N.
Лариса Винникова, корреспондент N
В этой газете нельзя работать и не любить тот мир, в котором ты живешь. Здесь не принято травить анекдоты в рабочее время, но при этом все журналисты отличаются веселым характером, оптимизмом. Мне приходилось слышать от коллег: «Ты работаешь в буржуйской газете, она пишет о буржуях», на что я отвечала: «А ты забыл, как мы стояли в очередях за мылом и молоком и доставали по блату туалетную бумагу? Именно эти люди сделали изобилие продуктов на рынке, и мы пользуемся результатами их труда. Зарабатывая деньги, они рисковали».
Кирилл Вишнепольский, web-обозреватель журнала «КоммерсантЪ-Власть»
Отчетливо помню, как в 1992 году директора новорожденных фирм неспокойно вглядывались в лица корреспондентов новорожденной газеты: эти нахальные мальчики явно знают, как делать бизнес, не дай бог, засмеют нас с нашими корявыми представлениями об экономике. Мальчики меж тем дрожали перед основателями загадочных ТОО и на ходу изобретали то, что потом назовут «деловой журналистикой». Тот же Ходорыч, обнаруживая у себя нехватку фундаментальных знаний, смело ссылался в материалах на высказывания Карлсона, Пришвина и других теоретиков бизнеса.
Ничего, все набрались опыта, у всех все получилось. Директора, десять лет назад ездившие в офис на троллейбусе, теперь могут купить себе потехи ради целый троллейбусный парк. Кстати, Ходорыч тоже неплохо зарабатывает. Так что — всем спасибо.
Ольга Курушина, редактор отдела «Политика» еженедельника «Город N»
|
 |
|
Моя трехлетняя дочь пребывает в глубокой уверенности, что «Город N» — это почти сказка, потому что «мама там работает на компьютере и катается на лифте». Я не буду ее разубеждать. Это и вправду отличное место. Например, здесь наше печатное слово полностью совпадает с внутриредакционным делом. Если мы пишем о чем-то хорошем, например о демократических ценностях, то дадим слово проигравшим левым и не пройдем мимо интриг-расколов среди близких нам «правояблочных». Это не из желания кого-нибудь раззадорить, а оттого, что мы — за мирное сосуществование большинства и всех остальных. В редакции большинство и меньшинство всегда живут мирно: некурящее большинство по праву сильного и более здорового всего на один час в течение долгого рабочего дня отнимает у слабовольных курильщиков их священное место — курилку: проветрить и показать, что есть и другие радости жизни — плюшками, например, побаловаться. 10 лет — это почти треть моей собственной жизни, очень много. Но, не боюсь признаться, это были хорошие годы, которые прошли рядом с очень талантливыми, веселыми и не по годам мудрыми людьми. Я люблю своих коллег и горжусь ими.
Татьяна Дудник, корреспондент N
Еще два года назад я была читателем этого издания, которое считала самым интересным в Ростовской области. В то время я работала экономистом, а сейчас пишу о деловой жизни других предприятий. Мне нравится знакомиться с интересными людьми, узнавать чей-то новый взгляд на мир. Трудно беседовать с недоверчивым человеком, который считает, что журналиста может интересовать только реклама. Прекрасно, когда встречаются открытые, жизнерадостные люди. С первой минуты телефонного разговора они идут на контакт. С ними приятно общаться и работать. Думаю, предприятиям с такими руководителями повезло. Им обеспечено внимание прессы, а значит, известность, интерес общества.
Надежда Волкова, завлит Ростовского молодежного театра, корреспондент N
|
 |
|
Когда я сижу на репетиции в родном Молодежном театре, где уже четвертый год работаю завлитом, и что-то записываю, сотрудники театра знают, что в данный момент я не завлит, а корреспондент газеты. «Вот, лазутчики из «Города N» секретную информацию собирают», — комментирует худрук Чигишев. Еще статус журналиста позволяет не только выслушивать вопросы художественного руководителя, но и задавать вопросы ему, что приятно. Правда, это чревато раздвоением личности, но мне такая жизнь нравится. Я пришла в «Город N» десять лет назад внештатным корреспондентом и сказала, что буду писать о культуре. Меня побаловали первые полгода возможностью писать эстетские тексты, а потом как-то без подготовки направили в ночной рейд (областная милиция устраивала облаву на браконьеров). О том, что я долгое время писала на криминальные темы и даже брала эксклюзивное интервью у Мусы Алмамедова (чем горжусь), мне не верит никто. Потом начало казаться, что я написала обо всем на свете и хожу по десятому кругу, очень захотелось чего-то нового, и как раз в этот момент мне предложили работу в театре — мысли точно материализуются. Я пришла в театр и нагло поставила условие: «Только из «Города N» я не уйду». С тех пор у меня две любимые работы, и в «Городе N» я пишу исключительно о том, что мне нравится: об истории Ростова, о его культуре, об удивительно талантливых и умных людях, которые здесь обитают. Мне нравится работать в этой газете, потому что в ней очень демократичная атмосфера, издание развивается и идет вперед, и есть прекрасная возможность расти вместе с ним.
Алексей Тимошенко, редактор отдела «Экономика» еженедельника «Город N»
|
 |
|
Я до сих пор удивляюсь, как так получилось, что газета, созданная студентами журфака РГУ, оказалась нужна такому городу, как Ростов. Однако, с другой стороны, это как раз и могло произойти в городе, где, боюсь, процентов 50 жилья — это самозастрой. Так что, подумаешь, одним самозастроем больше, одним меньше. С одной стороны — свобода, с другой — бить начнут — можно и не орать, никто не услышит. Вот и привыкли не орать: молча получил по лицу, вывернул карманы и ступай дальше. Нет, это я не об уличной преступности. Когда очередной аноним начинает рассказывать о том, как претерпевает от власть имущих, я всегда задаю один и тот же вопрос: «А вы в суд подавали?» Ну если люди не хотят защищать себя сами, то и пресса тут бессильна. «Так у них же все куплено», — говорят мне. А кто вам сказал? Вы хотя бы придите в суд и крикните: «Грабят!» — тогда и пресса подтянется. Глядишь, шапка на воре и загорится. Да и судьям соблазна меньше. Правда, принципиального спора может и не получиться, если у вас самозастрой. Ситуация у «Города N» и многих его читателей в этом смысле особенная: у нас самозастрой интеллектуальный. Его нельзя отнять по суду, как какую-нибудь подпольную баню. Этим летом, когда в арендуемом нами офисе шел ремонт, мы два месяца, как «Искра», выходили в домашних, конспиративных условиях, и ничего — никто, кажется, не заметил. От самозастроя в смысле стыдливого всовывания конвертиков надо уходить. Нужны честные и понятные для людей правила и красивые проекты будущего. Хочется верить, что август 1998 года действительно был нашим Аустерлицем. Мы уже, как Андрей Болконский, полежали, глядючи в бездонное небо, поняли, что надо любить и надо верить. Пора воплощать эту веру и любовь в дела, что, кстати, и делают многие наши читатели. Мы же по мере сил стараемся им в этом помогать.
Андрей Чернов, корреспондент N
Бизнес в России был еще при социализме. Кто-то организовывал подпольные швейные и обувные цехи, кто-то промышлял ремонтом телевизоров, извозом или обычной фарцовкой. Считалось, правда, что бизнесмены — на Западе, а у нас — рвачи, барыги и спекулянты. Позже в обиход вошли новые «термины» — кооператоры, братки, новые русские. Слова нынешние лишены отрицательного налета — предприниматель, бизнесмен, банкир. Все эти языковые «реформы» ярко иллюстрируют и этапы экономического развития страны, и отношение к предпринимательской деятельности большей части населения. Детство местного бизнеса заканчивается, наступает пора возмужания, и ростовским его уже не назовешь. Ведь он постепенно приобретает черты общероссийского и даже международного. Думается, что следующие десять лет, которые можно назвать временем глобализации местного бизнеса, будут еще более интересными и журналистам всегда будет о чем рассказать своим читателям.
Антон Кобец, корреспондент N
Когда донской бизнес и «Город N» только зарождались, лишь оптимисты верили в успешное будущее. Теперь мало кто решится отрицать: прогнозы оптимистов сбылись и существование делового мира и качественной прессы на Дону — факт. За несколько лет мне неоднократно приходилось слышать зловещие предсказания: «Город N» не выдержит, «Город N» сдает. Но время, которое самый лучший судья, показывает: издание не только не сдает, но и набирает обороты.
Андрей Бакеев, заместитель руководителя региональной корреспондентской сети ИД «КоммерсантЪ»
Скептики отмечали, что у «Города N» хорошая полиграфия, современный дизайн и интересная подача информации, но он не выдержит соперничества с монстрами периодики. Ошиблись! За свою десятилетнюю историю «Город N» стал зеркалом, в котором отражаются плюсы и минусы нового времени. И кузницей кадров: сегодня в столичных СМИ трудится достаточно много журналистов, проработавших в деловом еженедельнике не один год. Только в издательском доме «КоммерсантЪ» нас четверо.
Елена Строителева, собственный корреспондент газеты «Известия» по Ростовской области
|
 |
|
Редакция «Города N». Все только начинается. Создаются биржи, банки, пыхтят кооперативы. Но узнать о том, что происходит в экономике области, не так-то просто — для этого надо занять очередь к телефону: в офисе «Города N» молодые корреспонденты ведут борьбу за единственный телефонный аппарат. Зарождаются рынки, стартует приватизация, новостей много, и каждый из журналистов может и хочет сделать по сотне звонков. Но... больше одного номера одному человеку не набирать — так постановил коллектив. И корреспонденты становятся в очередь снова и снова... Редакция «Города N». Десять лет донскому бизнесу и газете. Есть что вспомнить. Собственность и рынки давно поделены, много пережито, есть опыт и идеи. «Если бы мы тогда, в 1990-х, знали то, что знаем сейчас», — улыбаются предприниматели. Газета тоже стала умнее. У каждого журналиста «Города N» теперь по мобильному телефону (очередь к единственному телефонному аппарату вспоминается с улыбкой). Жизнь уже не бурлит, но, как река, течет по намытому за эти десять лет руслу. Хочется надеяться, в правильном направлении.
Алексей Ходорыч, специальный корреспондент журнала «КоммерсантЪ-Деньги»
|
 |
|
Лучшие вещи в мире всегда очень простые. Простая музыка, к примеру «О, Сюзанна»; простые фильмы, к примеру «В джазе только девушки»; простой юмор, например Цукеров; простая одежда, например джинсы и футболка; простая выпивка, например водка; простая еда, например жареное мясо или яблоки. Идея создать деловое издание, в котором журналисты пытаются честно во всем разобраться и не берут взяток за скрытую рекламу, очень проста. Неудивительно, что результат — «Город N» — оказался настолько хорошим. Причем не только как факт ростовской действительности, но и просто как отличная школа журналистики. Я, как и многие, кто начинал работать в «Городе N» с самого начала, напропалую пропускал лекции на факультете журналистики РГУ — предпочитал учиться на практике. И не жалею об этом. Простая работа дает 100 очков вперед различным теориям и историям журналистики. В общем-то, устроиться на работу в любое всероссийское издание или на телеканал для того, кто работал в «Городе N», очень просто — достаточно одного желания, все остальное есть. «Город N» — отличное издание, а кто будет с этим спорить, пусть попытается сделать нечто подобное. Быть честным трудягой сложнее, чем ленивым взяточником. В этом-то все и дело.
Игорь Бураков, обозреватель N
На вступительных экзаменах в Ростовский университет я писал творческую работу в стилистике корреспондента журнала «Мурзилка». Как будто уже тогда предчувствовал, что впоследствии стану работать в самом серьезном и аналитичном, как теперь говорит губернатор, донском издании. Поначалу экономика Ростовской области встретила меня неприветливо. В кулуарах самого первого акционерного собрания Ростовсоцбанка столкнулся с Василием Васильевичем Высоковым, который не пожалел времени объяснить мне, что просто так, без разрешения акционеров, на подобные мероприятия не ходят.
Чуть раньше, зимой 1992-го, когда в нулевой номер «Города N» писал текст про еще не существовавшую в природе городскую программу приватизации довелось встретиться с неким шифрующимся господином, который брался за вознаграждение достать проект этой самой программы. О встрече условились по телефону. Но когда на нее явился 19-летний студент, господин, ничуть не шифруя своего презрения и разочарования, попросил, чтобы с ним все-таки встретились серьезные люди и пацанов больше не подсылали. Серьезных людей в ту пору «Городу N» взять было неоткуда, и сделка не состоялась. Правда, публикация про городскую программу приватизации все-таки вышла.
С тех пор многое переменилось. Сергей Андреевич Бидаш, регулярно читавший в «Городе N» публикации о «Тагмете», год назад был просто шокирован, когда узнал, что автор этих военных сводок и разведдонесений не знает технологии изготовления бесшовных труб (со сварными все ясно: свернул лист металла, заварил — вот тебе труба и готова). Оказывается, миф компетентности, разросшийся вокруг латинской буковки «N», уже не терпел даже намека на металлургическое (комбайновое, бройлерное и любое другое) невежество корреспондентов N. Поэтому бывший гендиректор «Тагмета», отложив на целый час свою войну с «Альфа групп», повел корреспондента N по тагметовским цехам, чтобы просветить его по части бесшовности. Оказалось, БЕСШОВНЫЕ ТРУБЫ В ТАГАНРОГЕ ВЫДАЛБЛИВАЮТ ИЗ ЖЕЛЕЗНЫХ БОЛВАНОК! Прямо как у Лескова, когда умирающий Левша сообщает, что АНГЛИЧАНЕ РУЖЬЯ КИРПИЧОМ НЕ ЧИСТЯТ!
Вот и Василий Васильевич Высоков накануне своего недавнего назначения президентом банка «Центр-инвест» настоятельно порекомендовал корреспонденту N то ли перечесть, то ли прочесть Лескова.
Так нога в ногу и прошагал донской бизнес вместе с «Городом N» минувшие десять лет от шоковой терапии к промышленному подъему. Назад дороги нет. Взбираемся выше.
Виктория Макаренко, корреспондент N
В одной южнороссийской области, богатой промышленными предприятиями, сельскохозяйственными угодьями и интеллектуальными ресурсами, жила деловая газета. Вначале, когда газета была еще молодой, она была скромной, как и весь бизнес той области. Но со временем известные политики и предприниматели стали хвалить газету за высокий уровень профессионализма ее журналистов, за объективность и наличие позиции. Впрочем, сама газета, как любой творческий организм, постоянно оказывалась неудовлетворенной достигнутым результатом. И вот однажды пришел к газете местный олигарх и спросил: «Сколько ты стоишь, газета? Я хочу тебя купить...» Газета решила, что олигарх шутит, и сама рассказала ему анекдот про барабан работы Страдивари. Но олигарх пришел во второй раз и спросил: «Сколько ты стоишь, газета? Я хочу тебя купить...» Газета насторожилась и назвала олигарху телефоны отдела рекламы. Олигарх затаился.
Николай Проценко, корреспондент N
Здесь я нашел то, чего не хватало раньше, — действие, практику. Вспоминаются слова замечательного философа Хосе Ортеги-и-Гассета: «Мы мыслим, для того чтобы жить, а не живем, чтобы мыслить». Уверен, что с этим согласятся читатели «Города N» — люди действия и дела. В новом году хотелось бы пожелать всем читателям и коллегам легкости в жизни, общении, делах, отдыхе — это сегодня мне представляется главным. Со своей стороны, обещаю даже о сложных вещах писать легко, чтобы наше серьезное издание читалось с удовольствием и интересом.
Людмила Кузнецова, начальник управления информации и связей с общественностью АПГ «Юг Руси»
Можно долго спорить, когда же все-таки зародился современный донской бизнес. Важно, что о существовании этого бизнеса, о его проблемах узнали именно благодаря «Городу N», с присущим ему юношеским максимализмом и глубоким экономическим анализом. «Город N» — это зеркало донской экономики, и если кому-то иногда не нравится свое отражение на страницах газеты, так зеркало здесь ни при чем. Для нас, бывших и нынешних журналистов «Города N», это своеобразная профессиональная планка, взяв которую уже не можешь работать хуже.
Елена Супонькина, корреспондент N
О «Городе N» я впервые услышала уже как о части новейшей истории ростовской журналистики. Наши университетские преподаватели с завидным постоянством рассказывали на лекциях всяческие мифы на тему «Как все начиналось». Поэтому городэновцев я тогда считала чуть ли не богами и, всякий раз проходя мимо, с завистью поглядывала на вывеску редакции. Так что первый день в качестве сотрудника газеты я помню как сейчас. Когда меня спросили, какое СМИ я представляю, я впервые с гордостью ответила: «Город N». Я по-прежнему произношу название своей газеты с той же гордостью, как и в первый раз. Уверена, что, несмотря на любые катаклизмы в нашей непредсказуемой стране, репутация газеты всегда останется неизменной. И новые сотрудники редакции будут с той же гордостью произносить слова: «Я — из “Города N”».
Екатерина Гордеева, шеф-редактор дневных новостей ТВС
10 лет. Впечатляет. Родись дитя — заканчивало бы начальную школу. Примись дерево — цвело бы весной, давало бы плоды летом, а осенью бы опадало листьями на землю. Будь дом построен — хозяева уж всерьез бы задумывались о капитальном ремонте... На самом деле теперь уже никто достоверно ничего и не вспомнит. То ли газету придумали, чтобы живописать нарождение бизнеса, то ли бизнес появился, чтобы давать газете пищу для исследований. В общем, десять лет выдались яркими. Еще через десять лет об этой первой десятке станут рассказывать байки. Через двадцать пять это вот самое первое десятилетие обрастет легендами. Через пятьдесят его упакуют в емкие учебники. А через сто все это станет эпосом, былью и тем, о чем говорят: «Все началось с...». Хотелось бы дожить. Есть, значит, к чему стремиться.
|