В выставочном зале «Эксперимент» с 18 января работает персональная выставка ростовского фотографа Олега Яшляна. Факт сам по себе достаточно необычный, так как редко кто из ростовских фотографов, тем более неименитых, отваживается на персональные выставки.
Тридцатипятилетнему фотографу не приходится специально бросать все дела и уходить на поиски необычной натуры — его вторая профессия сама способствует этому. Олег Яшлян — судомеханик, что и позволяет ему, путешествуя по всему миру, видеть его во всех ипостасях. Есть в работах фотохудожника одна характерная, можно сказать, левитановская деталь — отсутствие людей. «Герои» его фотографий — море, города, порты, но не люди.
В экспозиции участвуют работы двух периодов — до 90-го года и современные. Ранние можно определить как своеобразные поиски новых идей в окружающем нас рутинном мире. Обычные предметы, привычные виды за счет нестандартных ракурсов преображаются в новый необычный черно-белый мир. Фотограф открывает для своих зрителей факт, что целая Вселенная может таиться в самых банальных вещах — выключателе и стеклянном шарике.
В 2000 году на смену абстрактному конструированию приходят более реалистичные, но не менее любопытные сюжеты. Это фотографии-путевые заметки. Вся прибрежная Европа предстает через видение одного художника во всей своей эклектичности и разнообразии — от поросших плющом тихих средневековых улочек до портовой индустриальной какофонии. И, изучая фотографии, удивляешься, насколько может отличаться Турция от Албании и Франция от Италии — не только городским антуражем, но и небом и морем. Похоже, что они специально позируют Олегу Яшляну. Фотограф находит неординарные сюжеты в, казалось бы, таком затертом сочетании, как небо, море и солнце.
Не менее интересно выглядят и родные места. До последнего момента нельзя узнать в идиллическом пейзаже Кумжинскую рощу или Азовское море. Виды родных мест не столь документальны, сколь эмоциональны и выразительны. То есть если у посетителей выставки и не сложится объективное впечатление о конкретных географических местах, то мир самого художника им откроется сполна.
АНТОН КОБЕЦ
|