Нынешним летом 500 студентов из Ростовского госуниверситета путей сообщения пожелали провести июль-август в студотрядах (СО). Их могло быть и больше, если бы РГУПС сумел удовлетворить все заявки. В прошлом году в число счастливчиков попало вдвое меньше народу, в 1998 году было всего 150 студотрядовцев, в 1997-м — только 40.
Таким образом, начало набирать обороты это особое молодежное движение, бывшее когда-то массовым и умершее вместе с комсомолом. С 1992-го по 1997 год отряды вообще не существовали. Теперь бывшие комсомольские вожаки, а ныне руководители разных рангов, преподаватели, говорят о необходимости возродить традицию, в общем-то, очень даже неплохую, если снять с нее идеологическую «красную» шелуху.
Лучше всего налаживается работа отрядов в железнодорожных вузах страны. Как и почему — корреспонденту N рассказали Сергей Чернов, зампредседателя комиссии по молодежной политике центрального комитета профсоюза работников железнодорожного транспорта, он же председатель студпрофкома Московского госуниверситета путей сообщения, Василий Даньков, председатель студпрофкома РГУПСа, и его заместитель Ирина Корнева.
Годы 70-е и 80-е эти молодежные лидеры назвали самыми лучшими для студотрядов. Чем были хороши СО? Они давали студентам, во-первых, возможность заработать — до тысячи рублей за два месяца при стипендии 40 рублей и отсутствии в стране инфляции. Во-вторых, посмотреть страну и зарубежье, если ребята обслуживали поезда дальнего следования или ехали на строительство БАМа. В-третьих, это был первый практический опыт. Командиры отрядов, комиссары и бригадиры учились составлять договоры на выполнение работы, распределять зарплату в соответствии с коэффициентом трудового участия. Ведь, как известно, выпускники железнодорожного вуза — это руководители производств. И здесь же, в студотрядах, они узнавали особенности профессии проводника, рабочего — опыт «снизу» помогает человеку стать хорошим руководителем, убеждены собеседники N.
Как сказалось на отрасли отсутствие студотрядов с 1992-го по 1997 год? По словам Ирины Корневой, молодые специалисты стали приходить на производство «немножко не те». В них не было профессионального патриотизма, присущего железнодорожникам постарше, и не было опыта. РГУПС, например, не мог определить студентов даже на практику. Традицию студотрядов тогда быстренько переняли коммерческие структуры, набиравшие ребят из разных вузов на летние работы.
И тогда железнодорожные вузы, а их в стране десять, коллективно обратились к министру путей сообщения с просьбой исправить ситуацию. Преимущество их было в том, что все они остались в подчинении МПС, тогда как другие отраслевые министерства отказались от своих институтов и передали их Министерству образования. Министр путей сообщения пошел молодежи навстречу и обязал своих подчиненных на всех железных дорогах страны принимать проводниками в летний период только студентов профильных учебных заведений.
Строительным отрядам из тех же вузов пришлось посложнее. Работодателям выгоднее брать на работу шабашников, с которыми можно не заключать никаких договоров, или иногородних жителей, как в Москве, китайцев, как в Хабаровске, которым и платить можно поменьше.
Как раньше работали строительные отряды? Раньше заказчиком выступало государство (в лице всесоюзного штаба СО), выделяло объемы работ и деньги на зарплату. Сегодня на уровне страны нет подобных структур. В Ростовской области только нынешней весной появился комитет по молодежной политике.
Москвичи, как всегда, нашли для себя выход. Покровительствовать студентам взялся сам Лужков. По сути, он и есть заказчик. Мэрия выделяет строительным организациям объемы работ и деньги на зарплату только при том условии, если они возьмут на работу вузовскую молодежь. Студенты из Московского университета путей сообщения сейчас строят третье транспортное кольцо вокруг Москвы и зоопитомник близ столицы. Каждый из них получит от трех до шести тысяч рублей за месяц.
Собеседники N сказали, что им как наставникам молодежи не хватает законодательной базы, которая поддерживала бы студотряды на уровне страны. В любом случае, уверены они, это движение будет набирать темпы.
Самое притягательное в прошлой истории СО, считают они, — это массовость, еще ее называют причастностью к большому делу. А причастность к большому делу, такой уж у нас менталитет, россиянам просто жизненно необходима. Студотрядовцы, которым сейчас далеко за тридцать, вспоминают свою студенческую трудовую молодость только с теплотой.
Людмила Дьяченко
|