Неделю назад в Москве по инициативе Минатома состоялась российско-американская встреча, которая была посвящена переговорам о программе закрытых ядерных городов. В американскую делегацию вошли: Уильям Десмонт, которому поручен "запуск" этой программы, Жаннет Хауберт - сотрудница департамента энергетики, а также представитель посольства и юрист. Возглавляла делегацию сотрудница департамента экономики Роуз Готте-Мюллер.Минатом представлял помощник министра С.Крысов. От нашего города участвовали: зам. главы местного самоуправления В.Лавров, зам. руководителя центра международных связей А.Голубев, генеральный директор "ВНИИЭФ-Конверсия" В.Жигалов, а также представитель новых конверсионных производств. Возглавлял делегацию руководитель центра международных связей В.Рогачев. Он дал интервью для нашей газеты.
- В известном Принстонском университете в США работает крупная группа аналитиков, политологов, специалистов по Советскому Союзу и России. Они занимаются вопросами разоружения и дают советы своему правительству и различным ведомствам США. Это интеллектуалы чисто профессорского типа, к ним в Америке прислушиваются. Автором этой программы многие называют профессора Принстонскогго университета Кеннета Луонго.
В чем смысл идеи? Она проста. Год назад наряду со многими другими программами сотрудничества с Россией, которые уже существуют, американцы предложили еще одну. Она называлась "Программа закрытых ядерных городов". Программа ориентирована на 10 закрытых городов Российской Федерации, в том числе и на Саров. Она направлена на организацию в этих городах коммерческих гражданских производств, на организацию рабочих мест. Эти производства не будут связаны с оборонной тематикой. У американцев есть подобный опыт, когда они закрыли мощное плутониевое производство. И хотя у них капитализм, им тоже пришлось решать сложную социальную проблему - куда трудоустраивать людей? Они сделали своего рода конверсию, которую любят называть "зеленой лужайкой". Это когда после опасного военного производства остается чистое здание, зеленая лужайка, а вредное производство заменяется чем-то абсолютно мирным - производством кефира или теннисных ракеток. У нас город чистый, и сделать это не так уж сложно. Сложнее поверить в это.
- Зачем это надо американцам?
- Существует целый спектр мнений по этому поводу. Например, они хотят нас разоружить. И это, мягко говоря, не лишено оснований. Есть мнение, что американцы беспокоятся о бесконтрольном отъезде из России в "опасные страны" специалистов - носителей специфических технологий. И лучший вариант для спокойствия Америки, если эти специалисты по прежнему месту жительства начнут заниматься чем-то другим, вполне мирным и совершенно безопасным для Америки. А чтобы не было рецидивов возврата к атомному оружию, хорошо, чтобы все заросло "зелеными лужайками". Ни цехов, ни лабораторий, ни испытаний. Со своей стороны, они пытаются обеспечить договоры о сокращении ядерных вооружений. И здесь возникают вопросы о взаимоконтроле, а заодно - и программы подобного рода.
- Какие же специалисты занимаются такой конверсией - бизнесмены?
- Я лично среди организаторов этих "бархатных" программ не встречал ни одного человека, который бы был "чистым" бизнесменом. В основном это люди, работающие в департаментах в Вашингтоне, в национальных лабораториях. Как правило, они занимаются вопросами международной безопасности и вопросами нераспространения ядерного оружия. И все! Именно эти люди и занимались вопросами создания новых рабочих мест конверсионного направления. Может быть, у них не самый большой опыт в вопросах бизнеса и конверсии, но есть желание, и они активно эти прграммы "проталкивают".
- Координирует эту программу помощник министра С.Крысов. Уже проведено несколько предварительных встреч - и в США, и в Москве. Американцы до сих пор не представляют до конца, как будет работать эта программа, и задают много вопросов себе и нам. Создана рабочая группа, в нее входят представители различных департаментов, министерств, лабораторий. Имеется некая предварительная схема взаимодействия между американскими центрами и закрытыми городами. С.Кириенко и А.Гором подписаны коммюнике о поддержке этой инициативы. И, как нам сообщили американцы, у них зарезервировано 25-30 млн долларов, которые они на первом этапе готовы вложить в это мероприятие. По опыту других программ известно, что названные суммы полностью в Россию не придут. Как правило, больше половины денег остается или возвращается в США на поддержку и обеспечение работ по этой программе с их стороны.
Пока что я могу предложить только собственную интерпретацию того, как будет действовать эта программа. Через какую-то структуру (централизованную или городскую) деньги будут поступать в город. Этой структурой может быть и фонд поддержки конверсионных производств, который возглавляет В.Жигалов. По-видимому целесообразно, чтобы американские средства шли именно этим финансовым потоком на создание рабочих мест по предложению ВНИИЭФ. И это логично, так как прежде всего надо трудоустраивать квалифицированные рабочие и научные кадры института. (А не набирать на новые места новых людей.) Моя задача, чтобы в этой программе именно эта составляющая получила поддержку.
В организацию этих производств будут вложены и российские деньги, и это для американцев служит определенной гарантией, что их деньги не пропадут.
На последней встрече в Москве было подчеркнуто, что наш Саров наиболее подходит для этой программы: наличие инвестиционной зоны, фондов, готовность вложить средства, есть хорошие проекты, а также опыт налаживания международных связей. Все это получило хорошую оценку.
- Мы хотим прежде всего использовать любые возможности, если только они не затрагивают проблемы безопасности и режима. Мы находимся в рамках российских законов, и не нам их нарушать. Но если вектор наших интересов параллелен вектору интересов другой страны, мы должны внимательно посмотреть на предоставленные возможности и использовать их. Бывает, что стороны действуют из разных конечных побуждений, но на данном конкретном этапе их интересы чем-то близки.
Создание рабочих мест - очень сложный процесс. Но если вообще ничего не делать, все закончится полным крахом. И наш интерес такой: не нарушая требований безопасности, использовать любую возможность, чтобы облегчить здесь жизнь и создать конверсионные производства. Американские деньги - это не выход из ситуации, а маленькая толика, но и ее не надо упускать. Все выглядит, осторожно говоря, привлекательно, хотя непродуманных вопросов много.
- Однозначно ли воспринимается эта программа в нашем городе?
- Наверное, нет. Но к этому надо относиться с терпением. Те, кто понимает, что ситуация в городе архисложная и надо стягивать все доступные средства, относятся со спокойной надеждой. Никакой эйфории нет. Американских денег мало, и они "на раскрутку". Часть людей полагает, что это "происки врагов", и акцент делает на политические цели, которые при этом могут иметь США. Отсюда - сильное недоверие. С американской стороны тоже есть люди, которые не любят нас априори. Они заявляют: "Почему американские лаборатории сокращают свой штат, а с Россией заключаются контракты и деньги платят не нам, а русским?" Один к одному в Америке звучат обвинения и о "продаже секретов".
Мы хотим верить, что программа будет продвигаться и дальше. Руководитель американской делегации и представитель Минатома уже взаимодействуют с МИДом РФ по дальнейшей подготовке событий. Их развитие будет связано уже с саммитом Ельцин-Клинтон, который состоится в сентябре.
Противоречий масса - между людьми, между организациями и странами, но все равно надо жить, работать, находить общие точки. И верить, что страна, если не сегодня, то завтра выйдет из кризиса и тупиков. Если падать уже некуда, остается только подниматься.