Ректоры бьют тревогу

– Во­первых, речь идет о том, чтобы оформить вузы как предприятия, оказывающие услуги населению. В таком случае студент, заплативший за обучение иностранному языку и не освоивший его в течение определенного времени, вправе будет требовать с учебного заведения компенсацию. Но студент – это не клиент, а участник образовательного процесса! Поэтому подобные отношения абсолютно не допустимы.

Во­вторых, государство стремится снять с себя любую ответственность за вузы, мотивируя это тем, что те сами начали зарабатывать. То есть государство ратует теперь за переход системы высшего образования на большую самостоятельность.

И это рождает третью проблему. Полный или частичный уход государства из системы высшего образования даст «прекрасную» перспективу передачи собственности вуза в частные руки, причем «за три рубля». Вот три трудных вопроса, обсуждаемых Министерством экономического развития и торговли и Министерством финансов, между прочим, без участия Министерства образования и науки.

– Да. Много лет назад создание советов ректоров по всем регионам страны послужило ответом на тотальную приватизацию, возникшую в перестройку. Мы видим, что случилось с частью перешедшей в собственность промышленности. Некоторым образом катастрофа в высшем образовании грозила и вузам. Быстро созданные по всей стране советы ректоров жестко выступили против грядущего самоустранения государства от образовательного процесса и передачи его в частные руки.

Теперь Совет ректоров России – коллегиальный орган – доносит свои решения до правительства. С гордостью можно констатировать, что благодаря четким позициям Совета ректоров вузов ПФО у нас до сих пор не применяется ЕГЭ. Роман Григорьевич Стронгин был введен в комиссию Минэкономразвития, где он пытается отстоять интересы высшей школы. Нами разработана аналитическая записка с целым рядом поправок, которые надо представить Госдуме. Совет ректоров бьет тревогу – и это очень важно сейчас.

– В той реформе, которая обсуждается сейчас в Министерстве образования и науки, красной нитью проходит мысль о том, чтобы усилить интеграцию образования и науки. У нас эта система успешно применяется – в СарФТИ преподают ученые и специалисты ВНИИЭФ, студенты проходят практику на современнейших установках и приборах градообразующего предприятия.

Далеко не во всех вузах существует такая интеграция, а в Сарове она реально действует. Мы одни из первых в стране получили премию правительства за интеграционную деятельность. Более того, Саров определен как один из четырех национальных технопарков, которые создаются по решению президента. Все это вызвало живой интерес у ректорского корпуса ПФО. Они своими глазами увидели, как развивается опыт взаимодействия института и предприятия и как работают многосторонние договоры, заключенные нами с университетами страны. Так, например, сейчас у нас обучаются магистранты из МИФИ. После четырех лет обучения в московском вузе специализацию они проходят здесь.