«Синяя Борода» – 140 лет любвеобилия

Легкий, можно сказать, воздушный жанр оперетты в театре – это всегда улыбки и хорошее настроение публики. А что еще надо артисту? Главное, чтобы работа, нет! искусство актера будоражило мысль и чувства сидящих в зале. А что надо зрителю? Чтобы вечер будничного дня превратился в праздник, например, оффенбаховской оперетты.

«Рыцарь Синяя Борода» испытание временем выдержала. Со дня премьеры пьесы прошло 140 лет. Однако в России спектакль ставился мало. Шел, например, в Свердловском театре музыкальной комедии, в постановке принимали участие родители Ж.Жердер народный артист России Эдуард Жердер и заслуженная артистка России Римма Антонова. Жанна, можно сказать, родилась за кулисами и, впервые услышав эту оперетту в восемь лет, запомнила на всю жизнь: знает все партии этого спектакля. Потому-то, говорит Г.Васильев, работать над опереттой было легко: ее поставили меньше чем за месяц.

Жанна и Герард – артисты Московского театра оперетты. Но на его сцене «Синяя Борода» еще никогда не шла. А нынешнюю постановку одним из первых увидел наш, саровский зритель.

Г.В.: Мы сыграли «Синюю Бороду» на сцене Московского музыкального театра имени Н.И.Сац, потом в Вологде на сцене ДК железнодорожников и практически сразу же приехали к вам.

Спектакль еще совсем свежий, молодой, поэтому мы и волнуемся и ошибаемся. Но в то же время в этом есть определенная прелесть, потому что актеры работают непосредственно: настрой творческий, находятся новые слова, репризы. В оперетте, особенно Оффенбаха, это допустимо. Зал услышал репризу «я пастух Бутон и принц Сафир в одном лице – два в одном» и среагировал на нее.

Оффенбах писал оперетты как сатиру на Францию того времени и современную автору оперу. Вот мы и решили подредактировать текст – поставить спектакль, соответствующий нашему времени и нашей стране.

Г.В.: Режиссер – моя жена Жанна Жердер. Мы много лет работаем в жанре оперетты (я больше тридцати, Жанна больше десяти). Вот попробовали воплотить свои мысли и актерские приемы в спектакле. Ведь существует же термин актерской режиссуры.

Режиссер – руководитель производства, он командует. Например, может назначить репетицию в неудобное для актеров время. А поскольку наше предприятие было товарищеским, мы решили обойтись без командиров. Заранее все взвесили, оценили материал, долго работали над музыкальной редакцией оперетты. И репетировать начали только тогда, когда пришли к согласию в этом вопросе.

Все помнят сказку о Синей Бороде? Злодей одну за другой убивает своих жен. Вот и в оперетте Борода (Г.Васильев) не может найти себе идеальную жену до тех пор, пока не женится на пастушке Булотте (Ж.Жердер). Новобрачная проявляет такую силу характера, что рыцарю ничего не остается делать, как подчиниться силе чувств. В финале спектакля, как и любой другой оперетты, все герои довольны и счастливы. И Синяя Борода оказывается вовсе не таким извергом, как в первоисточнике. По определению Герарда, его герой просто-напросто любвеобильный. Впрочем, добавляет артист, конечно же Борода в оперетте злодей, но в комической форме.

Артисты Московского театра оперетты уже были в Сарове прошедшей осенью. Единственный концерт в «чудесном», по мнению Г.Васильева, городе, и ни минуты времени, чтобы посмотреть его. В этот раз москвичи играли спектакль три вечера подряд, и субботним днем им наконец-то удалось побывать на дальней и ближней пустынках Серафима Саровского. Впечатлений – море. Тем более, что Герард человек верующий.

Г.В.: У меня была тяжелая болезнь: воспаление поджелудочной железы. Семь лет я мучался: объездил все больницы Москвы. Но вот когда мы повели двухлетнего внука в храм крестить, я почувствовал, что мне тоже надо совершить это христианское таинство. Меня окрестили, и болезнь сразу же прошла. А уже через неделю я провел испытание... (улыбается). В вашем городе это, наверное, очень модное слово – «испытание». Мы с моими друзьями выпили по пол-литра самогона, закусывали солеными огурцами, луком, салом, и – чудо! у меня не было никаких приступов. И с тех пор еще ни разу...

Г.В.: Нам хорошо в Сарове. У вас прекрасный театр, чуткий, добрый зритель. От чего это происходит? От высокого образовательного ценза, от высокой культуры или оттого, что это святое место? Я думаю, что все взаимосвязано.

Г.В.: Да. Чем дальше от Москвы, тем чище земля, воздух и сами люди. Москвичи суетятся, им все некогда: они живут сегодняшним днем... не все, конечно, я не хочу никого обидеть. В провинции же жизнь степеннее, размереннее, и это совсем не значит, что люди меньше работают, меньше страдают, слабее чувствуют. Нет, наоборот: все острее и сильнее, все
по-настоящему. Кроме того, провинция не избалована гастролерами, и люди из глубинки искренни – мне как актеру это, конечно, дороже. Мы с удовольствием приедем к вам еще и еще раз. И с саровским отделом культуры у нас уже есть планы на будущее: концерты романсов Чайковского и Рахманинова, а также романсов русских композиторов на стихи Пушкина. Эти программы мы возили даже в Японию: почему бы не показать их и у вас.