Тогда в отделение по предупреждению правонарушений среди несовершеннолетних (ОППН) пришли женщина и мужчина. Они оказались бабушкой и дедушкой пропавших шестилетнего Руслана и пятилетней Алины Дударь. По словам бабушки, 4 января в 10 часов дети оделись и пошли гулять. В пять часов вечера их еще не было. Тогда-то пришлось обратиться к милиционерам. Дом № 10 по ул.Куйбышева, где проживала бабушка, обшарили полностью. Обошли соседей, чердаки и подвалы. Детей не было. На всякий случай заглянули в дедушкину квартиру по пер.Северному, 10. Однако жильцы дома их не видели, в подвалах и чердаках следов детей не обнаружили. Милиционеры направились к родителям, которые проживали в доме № 26 по ул.Куйбышева, в надежде, что там дети отыщутся. Не тут-то было. Приличных слов, чтобы хоть как-то описать дух, антураж и атмосферу дома, пожалуй, не найти. Поэтому скажем коротко – это был дом пьющих людей. Мама проснулась, когда милиционеры появились на пороге. Она еще хоть как-то передвигалась по квартире, а папа нет. Он лежал в постели. Устал. У него страшно болела голова. А если милиционеры ищут их детей, то их надо найти. Так сказал папа...

Заведующая круглосуточным садом № 24, где воспитывались Алина и Руслан, не спала. Об исчезновении детей она тоже узнала от милиционеров. Казалось бы, все, кто имел какое-то отношение к детям, были оповещены. Куда могли запропаститься дети? Ночь. Холодно. Да времена смутные.

В 22 часа по тревоге был поднят весь личный состав ОППН, патрульно-постовой службы, участковые инспектора. Теперь стали искать везде, где только можно. В соседние деревни только вот не заглянули.

Помог в поисках детей посторонний человек. Правда, эта женщина пожелала остаться неизвестной. Она и надоумила милиционеров посмотреть детей у прабабушки. Никто из родственников – ни отец, ни мать, ни бабушка, ни дедушка – про прабабушку и не вспомнил. А незнакомка знала о ее существовании.

На следующий день в 6 часов 30 минут Алина и Руслан отыскались у прабабушки в доме № 38 по ул.Силкина. Прабабушка, наверное, была единственным трезвенником в этой большой семье. Мама и папа Алины и Руслана – не работают, злоупотребляют алкоголем. Семья стоит на учете у участкового инспектора как неблагополучная. Бабушка и дедушка – не работают, злоупотребляют алкоголем. Оба стоят на учете у участкового инспектора как неблагополучные.

Поиски двух маленьких детей были наконец-то прекращены, и все облегченно вздохнули.

Теперь инспектора ОППН собираются передать материал об инциденте в комиссию по делам несовершеннолетних для принятия к родителям мер административного характера. Их могут оштрафовать или предупредить. Та или другая мера, на мой взгляд, – не мера, она как мертвому припарки. Не поможет. Лишить мать и отца родительских прав? А кому от этого станет лучше?! Так и будут эти дети, которых в городе не так уж и мало, жить и воспитываться в круглосуточном детском садике и находиться на содержании у государства. А их родители будут прожигать жизнь и считаться родителями. Неправильно? Абсолютно неправильно. Но сложившийся порядок вещей все-таки лучше, нежели видеть детей при живых родителях в детских домах. Из этого противоречия следует другой вопрос, тоже нерешенный. Почему рождение ребенка считается делом индивидуальным, а ответственность за рожденного ребенка – коллективная?