Каждый день, спускаясь в подземный переход в центре Ростова, заслышав объявление о возможных террористических актах, мы мыслями возвращаемся к Ростовской атомной станции. Во-первых, весть о ее скором пуске стала в области новостью 2000 года, во-вторых, до Волгодонска, где расположена станция, всего 240 км, а в-третьих, ходят слухи, будто бы из-за этих самых террористических угроз директор станции ночи не спал и решил загрузить топливо в реактор раньше положенного по закону срока. Даже с неустраненными замечаниями Госатомнадзора в природоохранной сфере, что делать категорически запрещено. Не завершены в соответствии с проектом работы по пруду-охладителю, не начато строительство полигона переработки и захоронения промышленных отходов, нет у атомщиков лицензии на использование недр и водопользование, нет водопровода, который бы обеспечил местное население водой в случае вредных выбросов в Цимлянское водохранилище.
В такой ситуации поспешные действия атомщиков отнюдь не усиливают позицию действующего губернатора перед региональными выборами, которые ожидаются на Дону в сентябре. Поэтому местные власти, против воли населения согласившиеся на пуск объекта, стараются сейчас сделать хорошую мину при плохой игре — дескать, надо добиться у Москвы льготных тарифов на электроэнергию, а также устранить недостатки по пожарной части и МЧС. Однако, и сама власть в успех такого предприятия, похоже, не слишком верит. Средства массовой информации, несколько приутихшие перед выборами, перешли на пораженческую стезю: дескать, вопрос о РоАЭС решен, сделать больше ничего нельзя, тем более что топливо в реактор загрузили. И уже совсем редко появляются материалы под рубрикой «Сопротивляются только «зеленые».
Последние же до сих пор считают, что еще не вечер. Постановление правительства о консервации объекта, принятое в 1992 году, никто не отменял. В 1999 году, в день взрыва жилого дома в Волгодонске (дом этот находится совсем близко к атомной станции), депутаты Законодательного Собрания Ростовской области подтвердили такие же решения своих коллег из облсовета начала девяностых. Ссылки на то, что РоАЭС строится согласно планам, прописанным в «Программе развития атомной энергетики на 1998–2005 гг.», экологи считают несостоятельными. Согласно Закону «Об использовании атомной энергии» федеральные целевые программы в области ядерной энергии должны утверждаться Федеральным Собранием РФ, чего сделано не было. Еще в бытность Ю. Скуратова генеральным прокурором, он направлял представление на имя В. Черномырдина о незаконности строительства объекта. Пальцы можно загибать до бесконечности — соблюдались бы законы, считают экологи. Они уверяют, что пуск РоАЭС невозможен из-за расположения ее непосредственно на берегу Цимлянского водохранилища, являющегося источником питьевого водоснабжения и орошаемого земледелия целого региона.
Атомщики настаивают на том, что наши реакторы — самые безопасные реакторы в мире, а атомная отрасль — самая передовая. И как-то не любят они вспоминать, что совсем недавно на станции в предпусковой спешке заживо сгорел старший электромонтер Сергей Бельский. До этого шестеро солдат охраны провалились в котлован, наполненный водой, и утонули. По рассказам волгодонцев, разного рода инциденты случаются на объекте довольно часто. Об устаревшем оборудовании говорят не только рабочие, но и депутаты Законодательного Собрания.
В тот день, когда Сергея Бельского доставили в больницу Ростова, в Волгодонске находился министр атомной энергетики Адамов. Проверял, как ведутся пусконаладочные работы... Интересно, доложили ли ему об «инциденте в электроцехе»? В последнее время не проходит дня, чтобы своими посещениями область не осчастливили Адамов, Чубайс, Греф и другие высокопоставленные гости. Не так давно отшумел визит самого президента. Как и ожидалось, первые вопросы населения — об атомной станции. Хотели спросить перед президентскими выборами, да не дождались тогда Владимира Владимировича, собрали ему 56 тыс. подписей, отвезли в Москву. И вот долгожданный ответ — мнение населения необходимо учитывать. Только выражено оно должно быть руководителями области. А последние нас отсылают в Москву. А Москва — к руководителям области. А последние — в Москву. Вот так и живем. Лишь бы не было войны и... атомной станции.
Ирина Перцева, г. Ростов-на-Дону, «Общественность Дона против РоАЭС».
Ирина Резникова, движение «За безъядерный Дон».
|