СКАНДАЛ В СТИЛЕ СТАРЫХ НЕДОБРЫХ ВРЕМЕН
Вот ведь как бывает: только что поругали центральную прессу за, мягко говоря, неточности в освещении сложных проблем ядерных центров - и тут же новый ляп. Да такой, который иначе как скандалом не назовешь. Именно под рубрикой “Скандал” в газете “Комсомольская правда” от 22 июля напечатана заметочка “Американский замок на русский атом”. В ней - со ссылкой на английскую газету “Санди таймс”, так что к нашим журналистам не придерешься - приводятся откровения Дж. Зиммермана, эксперта по ядерным проблемам посольства США в Москве. Он утверждает, что “для нас в России больше нет секретов. Мы повсюду!”. И далее следует целый столбик “доказательств” этого мощного тезиса.
Между тем в Сарове с 28 июля по 2 августа спокойно работал российско-американский семинар по проблемам учета и контроля (СУиК) делящихся материалов. Кто как не специалисты в этой области могут прокомментировать очередную околоядерную сенсацию?
Вначале мы побеседовали с доктором физико-математических наук С.Жихаревым. Он возглавляет лабораторию теоретического отделения РФЯЦ-ВНИИЭФ и уже несколько лет работает вместе с американскими коллегами над проблемой СУиК.
- Самый беглый взгляд на эту заметку уже позволяет увидеть несколько грубых фактических ошибок. Их наличие практически сводит на нет всю достоверность скандальных “обвинений”, сделанных журналистами “Комсомольской правды” - конечно, со ссылкой на зарубежные источники. - отметил Станислав Степанович. - Заметьте, что эти обвинения звучат в адрес российских специалистов-ядерщиков и соответствующих спецслужб, отвечающих за охрану государственных секретов. Отмечу те ошибки в заметке, которые говорят о незнании предмета обсуждения.
Вот, например, утверждение о том, что первая ядерная установка расположена у нас, в Арзамасе-16. Всем, кто интересуется атомными проблемами, известно, что первый ядерный реактор создан в институте им. Курчатова. Далее, никакие американские контрактники, безусловно, у нас не работают. К нам приезжают разные специалисты высокого класса для обсуждения научных проблем, в том числе связанных с учетом и контролем, их визит длится, как правило, не более нескольких дней. Безусловно, иностранные специалисты не имеют доступа ни к секретным, ни тем более к сверхсекретным объектам.
Никакой просьбы от России об изготовлении и установке “запоров”, как это написано в газете, к американцам не поступало. Речь шла о том, чтобы мы для обоюдной пользы могли обменяться нашим опытом в области хранения делящихся материалов. Знания, полученные в ходе совместной работы, используются для совершенствования систем учета и контроля как в России, так и в США, а также для работ по линии МАГАТЭ. В конечном счете целью нашей совместной программы является создание надежной системы для решения проблем нераспространения делящихся материалов и ядерных технологий. Такая работа поддерживается и правительством США, и Конгрессом. Даже простому американскому налогоплательщику понятно, что деньги, выделяемые на СУиК, обеспечивают и его, налогоплательщика, безопасность, и при этом не идут на усиление военного потенциала России. Эта программа - редкий случай, когда интересы наших стран совпадают полностью.
Что касается конкретных задач, уже несколько лет решаемых в ходе нашего сотрудничества, то у нас выработался во многом общий взгляд на технические проблемы обеспечения учета и контроля делящихся материалов. При этом в перспективе, причем недалекой, предполагается оснащение российских технических систем, используемых в этой области, только отечественным оборудованием (компьютеры не имеются в виду). Я хотел бы отметить, что эти системы могут быть использованы и для охраны других производств, требующих мер повышенной защиты.
Поблагодарив С.Жихарева за подробный ответ на наши вопросы, мы встретились с доктором Рональдом Огастсоном, координатором работ по СУиК с американской стороны. Он прежде всего отметил, что не видел статьи в “Санди таймс”, на которую ссылается “КП”. Британские газеты мало известны в США. В американских же изданиях подобной публикации со ссылкой на Дж. Зиммермана не появлялось.
Его имя немного известно д-ру Огастсону, но как специалиста по ядерной проблематике он его не знает. Он также подтвердил, что за все время пребывания в Сарове не побывал ни на одной закрытой площадке. И в их делегации из восьми человек нет ни одного, кто бы этим отличился.
Следующий наш вопрос был о наличии в институте им. Курчатова “специальных камер, напрямую подключенных к главному управлению американского ядерного центра в Лос-Аламосе”. Доктор Огастсон ответил, что в этом институте действительно имеется оборудование для прямой видеосвязи, но не с Лос-Аламосом, а с Сандийскими национальными лабораториями. Оно предназначено для того, чтобы в соответствии с одной из программ МАГАТЭ наши ученые могли оперативно обмениваться открытой научной информацией, проводить телеконференции. Для прямой слежки за обстановкой на территории Курчатовского института этот опытный образец оборудования принципиально не может быть использован.
Доктор Огастсон подчеркнул, что он высоко оценивает результаты нескольких лет совместной работы с российскими коллегами, которых он считает равноправными партнерами американской стороны, а вовсе не пассивными наблюдателями за установкой иноземных запоров на свои секретные объекты. Напротив, опыт и компетенция наших специалистов играют важную роль в создании систем защиты следующего поколения, применяемых на потенциально опасных объектах. Доктор Огастсон подтверждает, что наши специалисты и сегодня создают оборудование мирового уровня.
Доктор Огастсон считает, что подобные публикации - отголосок времен холодной войны. Доктор С. Жихарев уверен, что несмотря ни на какие провокационные выпады сотрудничество России и США в области систем учета и контроля делящихся материалов будет успешно развиваться. Собака лает, а караван идет.
Наталья Богуненко
Майя Солдатенкова