|
"Прошу не шевелиться"
Мы жили в то время в Ферганской области, муж работал фотографом, и вот какой случай произошел с ним в один прекрасный день. К нему в салон пришла фотографироваться очень интересная женщина; он усадил ее на стул, включил осветительные приборы. Проверив фотоаппарат, увидел, что в нем нет пленки. Он попросил её посидеть одну минутку, а сам пошел заряжать пленку.
В это время его позвали обедать. Разговорившись с кем-то из знакомых, он забыл про свою клиентку и ушел обедать. Когда прошел почти час, он вернулся в салон - и остолбенел. На стуле сидела всё та же женщина... Она просидела не шевелясь весь этот час. Мужу ничего не оставалось кроме как зарядить фотоаппарат и сказать ей:
- Прошу не шевелиться. Снимаю...
Сделав снимок, сказал ей:
- За фотографией приходите завтра.
Но эта женщина и по сей день не забрала её.
Премия на десять лет
Раньше зарплату выдавали вовремя. И аванс можно было выписать. Как-то выдали мне зарплату и премиальные, и я решила премиальные спрятать от мужа. Причем выдали их одними рублями. Спрятала их в рулон с обоями. И, конечно, забыла. Где мы их только ни искали... Нашла их через десять лет, уже после Гайдара и Кириенки. Один из них высылаю вам как сувенир. Рубль не деньги, говорили в то время, рубль - бумажка. Но зато с рублём не стыдно было зайти в магазин. А теперь?
Проучил...
А вот что приключилось с одним нашим знакомым. Как-то летним вечером возвращался он с работы, и, как говорят другие игроки, в это время уже "смеркалось". Во дворе сидели старушки и играли в карты. Одна из них возьми да спроси:
- Чё, Сашенька, с работы идешь?
А Саша в этот день был слегка навеселе, и что-то ему не понравилось в старушкином вопросе.
- Тебе-то какое дело? - ответил он бабуле. - Сидите тут, сплетни собираете, кто куда пошел, кто что сделал... Даю вам две минуты, чтобы разошлись по домам. Иначе всех вас перестреляю!
Старушка не унимается:
- Саша, иди спокойно домой. Мы без тебя знаем, когда нам домой идти...
- Ну, старые, я вас предупредил...
Пришел он домой, поужинал, потом спрашивает у жены:
- Посмотри, они там еще играют? - а сам смотрит на часы. Жена говорит:
- Да, играют...
- Ну, я им сейчас поиграю, - достаёт воздушное ружьё, заряжает его, открывает окно и говорит:
- Ну, что? Ваше время вышло. Я же говорил вам, что перестреляю всех, - и начал взводить курок.
Все старушки, как молодые, повскакивали с мест и рванули по домам, забыв даже про карты. А наутро к нему пришел двоюродный брат, живший в соседнем подъезде вместе с тёщей, которая вечером тоже резалась в карты на скамеечке. Пришел и говорит:
- Что же ты, Саша, так плохо стрелял? Надо было в мою тёщу метиться...
С тех пор, как только Саша проходил мимо скамеечки "под мухой", все старушки сразу расходились по домам.
Лодырь всегда выкрутится
Каждый год весной мы берём на поле землю под картошку, и в прошлом году тоже взяли. Всё лето мы её тяпали, окучивали - в общем, полоса у нас была ухоженная, чистая. Осенью всей семьей дружно собрались на пашню копать картошку. А соседи ни разу не были на своём участке, даже не тяпали, и он у них зарос до безобразия.
В тот день они тоже явились на пашню всей семьёй, и вот какую интересную картину пришлось нам наблюдать. Гора в том месте была крутая, и они копали свою картошку не с горы, как это все делают, а на гору. Когда мы докопали свою полосу, решили всё же спросить, почему они копают не по-русски.
Сосед посмотрел на нас, как на каких-то недотёп и тоном крупного, авторитетного специалиста изрёк: "А как бы вы копали, если бы осот вам в задницу упирался?" Трава у них на участке и вправду выше колен была, а осот - жутко колючий, вот и пришлось им копать в гору.
Драма в саду
Это случилось с нашим соседом по саду два года назад. Стал у деда Кузьмича урожай из его сада пропадать. Август, самый сезон сбора овощей, фруктов... Сосед наш - человек работящий, всё у него в саду растёт: и морковочка, и огурцы, и фрукты - не сад, а кладовая. Но вот пришел он однажды сливу собирать, а там уж и брать нечего. До него успели...
Стал Кузьмич думать, как остальное сберечь да воришек поймать. Для начала решил объявление повесить: "Просьба чужой урожай не брать. Сад охраняется!" Приходит на другой день: ворота открыты, объявления нет, лук подёрган. Рассердился Кузьмич: ну, думает, так дело дальше не пойдёт... "Пора начинать охоту", - решил Кузьмич, а охотник он бывалый, не раз на медведя хаживал.
Решил он капканы в саду расставить - хотя бы таким способом припугнуть стервецов. Расставил он свои ловушки, замаскировал, не до урожая уж ему, который собирать пора, забота у него - обидчиков выловить.
На другое утро раненько побежал Кузьмич в сад, капканы проверить. Бежит, волнуется - быстро, как никогда, на гору заскочил. Стал осматривать владения. Глядь, из одного капкана сапог резиновый торчит...
- Ах ты, чёрт! - осерчал старик, расстроился, что не успел на месте прихватить. А сапог-то взял: улика будет...
Решил Кузьмич дежурить в саду. Сбегал домой, ружьё свое старое взял, дробью зарядил, харчи кое-какие припас да водочки, чтоб не скучно было время коротать. Весь день просидел на солнцепёке, к вечеру сморило старика. Положил он ружьё в кусты и прилёг отдохнуть. Сколько спал, уж и не помнит. Вдруг среди ночи слышит голоса:
- Яблочки-то здесь какие хорошие!
- Да, такие всю зиму будут лежать, не испортятся...
- Неси мешки, я трясти буду!
Тут Кузьмич совсем ото сна отошел, для храбрости еще "беленького" глотнул. "Где наша не пропадала", - решил старик. В войну и не такое бывало... "Сейчас утрою вам фейерверк, на всю жизнь запомните мои яблочки!" И с каким-то звериным рёвом дед Кузьмич выломился из кустов. Забыв про то, что у него ещё оставались неубранные капканы, он смело пошёл вперед с ружьем наперевес.
Подняв ружье вверх, он пальнул из него пару раз. Стоящие под яблоней так и сели от страха и ужаса. Но тут Кузьмич попал в свой капкан, издал нечеловеческий вопль, а те двое, придя в себя, ринулись к забору и молниеносно перемахнули через него. Старик сделал им вдогонку еще один выстрел.
- Не стреляй! - послышались их крики из-за забора.
Но Кузьмич не унимался и, не обращая никакого внимания на капкан, бежал с ним дальше, продолжая палить из ружья.
- Догнал бы я их, - рассказывал он позже. - Конечно, догнал бы, если бы не капкан...
С тех пор по всей округе разошлась молва про храброго деда Кузьмича. И надпись - "Сад охраняется" - уже никто не срывает на его воротах.
Блондин по несчастью
Читая про то, как один мужик вымазался по пьянке чернилами, я вспомнила свой случай. Решили мы как-то с сестрой покрасить волосы в белый цвет. Развели краску. Она покрасила волосы мне, а я ей. Помыли головы, сидим, телевизор смотрим. В это время приходит мой зять Виктор, заметно, что в хорошем подпитии. Садится в кресло и засыпает. Сестра и говорит мне:
- Давай его тоже покрасим! Всё равно краска ещё осталась...
Ну и начали мы его красить. А он во сне поворачивает голову туда-сюда, что нам и надо. Завязали ему голову платком. Через какое-то время смыли краску. Волосы у него тоже стали ослепительно белые. А время было уже позднее, я ушла спать.
Наутро стали собираться с сестрой в больницу, надо было маму попроведать. И она рассказала мне, что было дальше.
Среди ночи зятёк проснулся, колосники горят, пошёл воду пить. Заходит в ванную, а там у них зеркало во всю стену, открывает кран, смотрит в зеркало - а дальше, как в песне: "Друг мой Витька стал седым..." Он сперва не понял, что случилось. Тупо смотрел в зеркало и даже забыл, зачем в ванную пошёл.
Глядя на себя в зеркало, подумал: мерещится. Намочил голову водой, прополоскал волосы... Нет, всё равно белый. Тогда он давай зеркало мыть, тереть, думая, что оно от паров испортилось. Мыл, мыл, всё впустую. И тогда он решил: ну, Виктор, ты и допился... за вечер седым стал!
Вот так мы его закодировали на четыре месяца.
Меломанка
Расскажу, как мои знакомые отдыхали однажды за городом. Поехали семьями, но без ребятишек - те разъехались кто к деду с бабушкой, кто в лагерь отдыха и т.д. На озере они отыскали красивое место на берегу, разбили лагерь и, отвлекаясь от повседневной суеты и забот, предались праздному времяпрепровождению.
Мужчины достали мангал и занялись приготовлением шашлыка. Женщины сервировали стол - с лёгкими закусками, зеленью, вином, фруктами. Всё было красиво, эстетично. После обеда мужчины решили поставить сеть на ночь, чтобы утром сварить ухи, а их прекрасная половина спустилась к берегу купаться.
В какой-то момент случилось так, что рядом с машинами не осталось никого. Мужчины выгребали на середину озера, женщины плескались, в одной из машин играла музыка, у всех было прекрасное настроение, и, как говорится, ничто не предвещало беды.
Отдыхающие как-то упустили из виду, что рядом была деревня, и поэтому нет ничего удивительного в том, что несколько коров случайно забрели на место пикничка. Их появления из-за игравшей музыки никто не заметил, а они тем временем спокойненько пожирали со стола чипсы, салаты, яблоки, арбузы.
Их заметили с лодки, стали дико орать жёнам, чтобы те прогнали коров. Конечно, они послушались мужей, бегут, кричат коровам, а тем хоть бы хны. Одна корова даже в машину голову засунула (двери были открыты) - из всех, наверное, самая продвинутая меломанка, ловила в салоне "музыкайф" или, может, просто рылась в сумках. Это было возмутительно...
Жена хозяина машины схватила толстый прут и не подумавши со всего маху огрела корову по ляжке. Та от боли и испуга сначала ломанулась вперед, сломав стойки и дверь, а потом от страха обратно. Две другие коровы перевернули стол с тем, что оставалось на нём, и после этого сиськасто-рогатая троица поспешно ретировалась.
Над праздником души сгустились тучи. Представьте картину: всё перевернуто и растоптано, машина изуродована... Немая сцена. Все стоят молча, у хозяина машины слёзы на глазах, и в это самое время играет музыка:
- Важней всего погода в доме, а остальное - ерунда!...
Хозяин машины невольно растягивает губы, выдавливает сквозь слёзы улыбку. А что ему остаётся делать? Не привязывать же камень на шею, чтобы спрыгнуть с ним из лодки на середине озера. Правильно же поётся, что всё можно исправить "с помощью зонта".
Шляпа
Одно время в Верх-Катунской гидрогеологической партии работал весьма колоритный мужик по имени Исаак. Был он холостой и периодически страдал жуткими запоями. Работали в этой партии вахтовым методом. Их бригада бурила тем летом скважину где-то возле Горно-Алтайска.
Исаак время от времени просил старшего мастера привезти ему лично хороший аванс. А тот хорошо знал слабость Исаака и денег не давал. "Вот сдадим скважину под "ключ", тогда и получишь расчет, тогда и отдохнёшь по-человечески", - отвечал ему мастер. И наконец долгожданный день получки настал. Старший мастер привёз расчёт.
Исааку выписали семьсот рублей - деньги по советским временам просто сумасшедшие для сельской местности. Первым делом Исаак отправился в городской универмаг, купил там хороший костюм-тройку, рубашку, стильный галстук, дорогие носки, туфли и серую, под цвет костюма, шляпу.
Во всём новеньком добрался до горно-алтайского автовокзала. Подошел к стоянке такси. Там скучали несколько таксистов-бийчан. "Плачу в двойном, - с места в карьер взял Исаак. - Мне до Бийска". - "А ты один?" - спросил его кто-то из таксистов. - "Да, я один, - важно подтвердил Исаак, - но мне нужны две "тачки": в первой поеду я, а во второй - моя шляпа".
Исаак снял шляпу и пригладил остатки волос на голове, затем культурно продолжил: "Плачу вдвойне, за восьмерых. Деньги есть. Полагаю, мы договорились?" Для убедительности Исаак показал таксистам пачку червонцев. Они, конечно, договорились. Исаак сел в одну "Волгу", а во второй согласно договору поехала серая шляпа.
Когда подъезжали к Верх-Катунскому, у Исаака закончился прихваченный с собою коньяк.
- Попрошу заехать в контору, - сказал Исаак. - Там, кстати, и магазин рядом. В нём практически нет народу, если не считать геологов. Затаримся...
И вот к конторе гидропартии подкатывают две "Волги", из первой важно выходит Исаак. Само собой, сбегаются рабочие, кладовщица тут как тут - интересная же ситуация!.. "А ты почему один, а на двух машинах?" - спрашивают у Исаака. Тот отвечает: "Во втором такси едет моя шляпа". И, чтобы все удостоверились, он небрежно подходит ко второй машине, берёт шляпу и надевает её. Немного постояв у машины, поговорив о чём-то с таксистом, он снимает шляпу, кладет её на прежнее место и говорит:
- Ну, до свидания, я поехал отдыхать в Бийск.
Исаак поочередно жмёт руки обалдевшим товарищам по работе перед внезапной разлукой и едет в магазин. Там он выбирает армянский коньяк и снова садится в такси.
- А теперь в Бийск, - говорит Исаак, - к ресторану "Поплавок"...
Вечерело. У ресторана Исаак добросовестно рассчитался с таксистами, они душевно пожелали ему приятного отдыха и уехали. Исаак вошёл в ресторан, заказал много самой разной выпивки и диковинных блюд на закуску. К нему тут же подсели два интеллигентного вида посетителя и завели непростой разговор об освоении космоса и внеземных цивилизациях.
- Пьём "северное сияние", - сказал Исаак. - Я угощаю.
...Светало. Исаак проснулся и диковатым взором осмотрелся по сторонам. Лежал он в каком-то глухом переулке под забором. Долго себя осматривал, не веря собственным глазам. На руке не было дорогих часов. На ногах - ничего, кроме дорогих носков. Ни костюма-тройки, ни рубашки, ни тем более шляпы, так красиво ехавшей в Бийск...
На нём были старенькие штанишки без ремня и ещё драный пиджачишко с огородного пугала, пропахший плесенью. Исаак сокрушенно стал шарить по карманам, но все они были без дна... Лишь в нагрудном кармане зипуна он обнаружил какую-то бумажку.
Исаак вытащил её - это была записка, а в неё заботливой рукой были завёрнуты три рубля ассигнацией и три копейки монетой. Вот что было написано в той записке: "Кореш! Согласись, всё пучком? Это тебе на трамвай три копейки, а три рубля - на бутылку. Похмеляйся!"
№
24, 2003 год |