Тема патриотизма всегда занимала особое место в российском общественном сознании. Спорили и спорят об этом правые и левые, западники и славянофилы, люди с двойным гражданством и те, кто вообще без оного. Что такое любовь к родине, и не проще ли, не естественнее ли чувствовать себя гражданином мира, памятуя, кстати, известное выражение англичан: «Патриотизм — последнее прибежище негодяев»? Но вот для П. С. Полякова (1902–1989) этих вопросов не существовало. Донской казак, потомственный дворянин, активный участник Белого движения, он в 1920 году навсегда покинул Родину. Но она, Родина, осталась в его сердце, и все книги Павла Сергеевича, выходившие в зарубежье, были посвящены, по сути, только ей — далекой донской земле, вскормившей и воспитавшей его, нежного, преданного своего сына. Автор нескольких поэтических сборников, романа «Смерть Тихого Дона», Поляков никогда не забывал своих корней. В его стихах — непреходящая, нестихающая боль о судьбе собратьев по сословию:
И пою я песни о дымке кизячном,
О родимой степи, чакане в прудах,
О скитаньях долгих, о тоске извечной,
О слезах кровавых на моих следах...
В текущем году Ростиздат выпустил однотомник поэзии Полякова «Господь казаков воскресит!» Знакомство с книгой открывает перед нами мастера весьма своеобразного, очень русского по духу, для которого творчество являлось глубоко личной исповедью, порой молитвой и одновременно настойчивым, страстным призывом к потомкам верить в грядущее возрождение казачества, «помнить веру отцов... и славу дедов своих никогда не забыть». На протяжении всей эмигрантской жизни у поэта не угасала надежда увидеть «...светлый восход над моею рекой и родительской ласки привет».
Немало у Полякова стихов о женщине — матери-казачке. Объединенные, они могли бы составить солидный по объему цикл, строки которого наполнены неподдельным восхищением физической и духовной красотой землячек.
Благословен Господь,
что в жизни неприветной
Вложил в сердца огонь
и влил живую кровь.
Благословен, что дал своим
донским казачкам
И стройный, гибкий стан,
и соболину бровь.
Поэт был убежденным антикоммунистом, и все же, хлебнув сполна на чужбине (ему довелось жить в Югославии, Чехословакии, а после войны — в Германии), он отнюдь не обольщался европейскими идеалами демократии. Вот короткое, но, думается, очень характерное стихотворение «Восток и Запад»:
Лобные места.
Сибирь. Гулаг. Погосты.
Свято-ленинская русская земля...
А на Западе
лишь жалкие прохвосты —
Кровью выданных
Торгующая тля.
Как раняще-современно звучат эти слова сегодня!
Павел Назарчук
|