(Продолжение. Начало в № 42—45, 47, 48)
Конечно, архитектура Роттердама, о которой много говорилось в предыдущем материале, не только доставляет эстетическое удовольствие жителям и гостям города. Она приносит городской казне неплохие деньги за счет туристов. Правда, эти деньги не идут ни в какое сравнение с теми деньгами, которые приносит городу и стране роттердамский порт (в 2002 году в порт вошло 29092 океанских судна и 133000 судов для плавания по внутренним водным путям) с ежегодным оборотом около 30 миллиардов долларов. Такая цифра выглядит неплохо даже в сравнении с цифрой ВВП страны, который — по паритету покупательной способности — равен почти 0,5 триллиона долларов (ВВП России равен примерно 0,7 триллиона долларов). А это значит, что на голландскую душу населения приходится неплохая сумма — почти 30000 долларов.
Вот что пишет об экономике Голландии
в своем постоянно обновляемом справочнике
(The
World Factbook) ЦРУ.
“Экономика Нидерландов — это процветающая и открытая экономика, значительная роль в которой отведена внешней торговле. Отличительными чертами этой экономики являются стабильные индустриальные отношения, умеренные безработица и инфляция, внушительное положительное сальдо по текущим счетам и важная роль в качестве европейского транспортного центра. Хорошо развиты такие отрасли промышленности, как пищевая, химическая, нефтеперерабатывающая и производство электрооборудования. В высокомеханизированном сельскохозяйственном секторе занято менее 4 проц. рабочей силы, но при этом сельское хозяйство дает столько продукции, что ее хватает не только для загрузки собственной пищевой промышленности, но и на экспорт. В 2001—2004 годах произошло значительное замедление экономического роста. Однако это случилось из-за глобального экономического кризиса, а в предшествующие этому периоду четыре года экономика Нидерландов ежегодно росла в среднем почти на 4 проц., что намного выше средней цифры по ЕС.... Людей, живущих ниже черты бедности, в Нидерландах нет...”.
Определение “процветающая” уместно в отношении экономики Голландии еще и потому, что страна является монополистом на мировом рынке торговли цветами.
В 16 КМ. ОТ АМСТЕРДАМА, на берегу озера расположено селение Аалсмеер (Aalsmeer). На окраине этого городка находится огромный комплекс, состоящий из нескольких больших теплиц и огромного здания, в котором каждодневно (кроме праздничных дней) проходит крупнейший в мире цветочный аукцион. Связанные с этим аукционом факты и цифры впечатляют. Необычно само здание, являющееся, согласно Книге рекордов Гиннесса, самым большим коммерческим зданием в мире. И то сказать — мало кто может соперничать в размерах с комплексом, на территории которого могут разместиться 165 футбольных полей. Вместо этих полей в комплексе размещены аукционные залы, диспетчерско-отгрузочный центр, экспедиторские конторы, службы, отвечающие за оформление таможенной документации и за защиту растений, банки и рестораны. Работает в комплексе около 10000 человек. Такие размеры и такой штат — это не самоцель, а средство, позволяющее каждый день эффективно продавать и отправлять в разные страны мира 21 миллион срезанных цветов и растений, поставляемых из 7000 питомников. За год оборот комплекса превышает 5 миллиардов цветов. Необычна и процедура, с помощью которой продаются цветы. Аукцион в Аалсмере называется “голландским аукционом с часами”. Но о нем чуть попозже.
Для того, чтобы увидеть все самое главное на аукционе, приходится жертвовать сном и брать билет на автобус, отходящий в Аалсмер из Амстердама в 6.20 утра. Правда, и в этом случае всего не охватишь. Не увидишь, например, как в полночь к комплексу сплошным потоком стекаются фургоны с цветами, привезенными из таких стран, как Кения, Израиль, Эквадор и Испания, а также из голландских теплиц. Не успеваешь застать и первые минуты аукциона, начинающегося в 6.30 утра. Видишь только, как огромные 16-колесные трейлеры, с яркими цветочными эмблемами на бортах выходят из ворот комплекса, направляясь в страны Западной Европы и в расположенный неподалеку аэропорт Схипхол. Специалисты цветочного бизнеса говорят о трех ключевых компонентах в торговле цветами. Это скорость, скорость и ... еще раз скорость.
Роза, доставленная самолетом из Кении ночью и проданная по часам Аалсмера в полдень, может быть упакована, загружена в фургон и готова к продаже в цветочном магазине Парижа к вечеру этого же дня. Около 10 проц. цветов посылается в США и Японию, а самолеты в аэропорту Схипхол не ждут.
По прибытию в комплекс можно взять напрокат аппарат, который — при нажатии соответствующей кнопки — объяснит вам на одном из семи языков, чем занимаются внизу люди, которых хорошо видно со своеобразной террасы в полмили длиной, подвешенной на высоте около 6 метров над помещениями, в которых располагаются цветоводы и покупатели цветов.
Внизу все пространство самого огромного зала сплошь заставлено большими трехэтажными тележками с ведрами роз, тюльпанов, лилий, орхидей, а также с растениями в горшках. В обычный рабочий день таких тележек набирается около 10000, а накануне Рождества, Дня влюбленных и 8-го марта — в два раза больше. И всю эту уйму тележек должны осмотреть инспекторы, проверяющие качество цветов на них. Они смотрят, не слишком ли рано или не слишком ли поздно срезаны цветы. Не видно ли признаков болезней. Одинаковой ли длины стебли цветов. Все дефекты отмечаются, а затем отображаются на гигантских электронных часах. Если у какой-то партии цветов обнаружено слишком много недостатков, ее отбраковывают для того, чтобы не уронить высокую репутацию Аалсмера. Заказы же на проданные партии цветов компонуются рабочими в синих куртках, создающими из соответствующих тележек целые поезда, которые затем увозятся мотороллерами. После этого цветы готовят к отгрузке и развозят по местам назначения. Темп работы просто бешеный, никто не прохлаждается. Работники комплекса для экономии времени передвигаются по территории на велосипедах. А уж брокерам передохнуть и совсем некогда.
Голландский аукцион с часами — это полная противоположность обычному аукциону. В обычном варианте цена постепенно растет и покупатели перебивают цену друг друга. Темп такого аукциона просто черепаший по сравнению с аукционом “а-ля Голландия”. А уж нервные нагрузки вообще несравнимы. Хотя на первый взгляд цветочный вариант кажется до смешного простым. На часах высвечивается максимальная цена, которая затем плавно снижается. Казалось бы — сплошной кайф: дождись, пока цена чуть ли не до нуля упадет, и жми себе спокойно кнопочку. На взгляд второй видишь, что брокеров в аукционном зале (таких здесь залов пять штук) почти триста человек, и у каждого палец на этой самой кнопочке, как у снайпера на спусковом крючке. В полной готовности то есть. А на взгляд третий понимаешь, что каждый из этих мужчин (женщин-брокеров во всем комплексе всего 25 человек из 1300) с открытыми ноутбуками и с сотовыми телефонами наготове обладает всей информацией в отношении рыночных цен на все виды цветов, интересующих их клиентов. И, самое главное, осознает, что в такой же прекрасной форме находятся все его конкуренты. Поэтому никто, конечно, не ждет снижения цен до нуля. Вся борьба начинается с уровня практически возможных цен. Чуть не успел с нажатием кнопки — и ты в ауте.
Так что брокер должен принимать решения моментально и обладать прекрасной реакцией. Нажал кнопку слишком рано — переплатил, не успел сделать движение пальцем — проиграл конкуренту. Наберешь слишком много переплат или проигрышей — останешься без хорошо оплачиваемого рабочего места. В общем, устойчивая нервная система брокеру просто жизненно необходима: ведь таких решений он принимает около 200—300 в день. Всего же в пяти аукционных залах ежедневно совершается более 10000 сделок. Неудивительно, что в залах этих топор можно вешать — так там накурено, а весь пол усеян бумажными стаканчиками из-под кофе. Подзаряжаться-то бедному организму нужно. Главная “подзарядка” наступает в 10 часов утра, когда по звонку все отправляются в разбросанные по всему зданию бары, где можно выпить еще кофейку, перекусить традиционной голландской селедкой, которую знатоки берут за хвост и отправляют в рот целиком, или съесть более обычный бутерброд. Там же можно посплетничать с коллегами.
ГОЛЛАНДЦЫ демонстрируют новаторство и предприимчивость в самых разных сферах человеческой деятельности. Взять, например, Джона де Мола, ставшего родоначальником такого уже известного сейчас явления, как реалити-шоу. Именно он придумал первое в мире реалити-шоу “Большой брат” и проявил огромную настойчивость в “проталкивании” своего детища. Лишь с большущим трудом “Большого брата” удалось пристроить на крошечный телеканал “Вероника”. Однако премьера, состоявшаяся 16 сентября 1999 года, имела оглушительный успех: 55 проц. голландцев не отходили от своих телевизоров. Два месяца спустя на ярмарке в Каннах продюсеры всего мира штурмовали представительство нидерландской компании “Endemol”, владевшей авторскими правами на этот продукт, для того, чтобы купить лицензию на данный формат. Деньги полились рекой. Американский телевизионный канал CBS заплатил 20 миллионов долларов за первый сезон и по 15 миллионов долларов за каждый последующий. Котировки акций компании Endemol выросли в 6 раз. Компания была продана испанскому телефонному гиганту Telefonica за 5,3 миллиарда долларов, из которых автору идеи досталась сумма в 1,3 миллиарда долларов. В результате 50-летний Джон де Мол сразу оказался на 321 строчке в списке самых богатых людей мира по версии журнала Forbes. На сегодняшний день “Большого брата” посмотрели 2 миллиарда человек в 27 странах мира.
Если голландцы что-то сочли для себя разумным и целесообразным, то не обращают внимания на протесты или пересуды других стран. Уж как их все европейские и заокеанские соседи корили за разрешение потреблять марихуану, а они настояли на своем. В результате — огромный поток туристов (а значит, и денег из карманов этих туристов), привлеченных возможностью легально покурить “травку”, а смертность от наркотиков в Голландии ниже, чем у соседей-критиканов. Правда, побочные эффекты от такого решения тоже имеются. Голландия является основным европейским производителем экстази и других синтетических наркотиков, а также крупнейшим поставщиком экстази в США.
В БРИТАНИИ только недавно открыли первый квартал красных фонарей (в Ливерпуле), и такая буря там поднялась. Одни радуются цивилизованному решению проблемы, а другие организовали движение “Местные жители против проституции”. А в Голландии “краснофонарное” движение уже давно поставлено на деловую основу. Жрицы любви здесь под защитой властей еще с 14-го века. А с 16-го века они исправно платят налоги. У голландских проституток есть свой профсоюз, выходные, больничные бюллетени, отпуска и даже премии по итогам работы за год.
В наше время девушки легкого поведения в Нидерландах заполняют в магистрате анкеты с указанием личных (в том числе и физических) данных и адреса рабочего места. Сверяя эти данные со справочными таблицами, инспектор вычисляет примерный доход девицы, делит его на два и с этой суммы назначает налог. Обычно он составляет от 500 до 2000 евро в месяц. А зарабатывают девушки от 3000 до 15000 евро в месяц. Ежегодно казна Нидерландов получает из этого источника доходов около 1 миллиарда долларов. По неофициальным данным, в одной Москве в три раза больше проституток, чем во всей Голландии. Правда, нашей государственной казне из этого источника ничего не перепадает.
Район Амстердама, в котором горят красные фонари, очень своеобразен. Находится он фактически в самом центре города, перемешан с китайским кварталом, в котором на каждом шагу зазывают тебя китайские и прочие азиатские заведения, иногда попадаются очень экзотические здания — например, в виде пагод. А в центре квартала находится самая “заслуженная” церковь Амстердама — Ауде Керк (Старая церковь). История церкви начинается c 13-го века, когда на кладбище, расположенном на песчаном берегу, была построена деревянная церковь. А дошедшее до наших времен строение было возведено в 14-ом веке. В процессе своего разрастания здание превратилось в роскошную базилику с уцелевшими даже после Альтерации позолоченными потолками и витражами. В 1724 году в Ауде Керк был установлен Большой орган. Корпус органа изготовлен из дуба, у него восемь колоколов и 54 позолоченные трубы. Вокруг органа расположены сделанные из мрамора и дерева скульптуры по библейским сюжетам.
Вечерами же возле этого храма находиться крайне неуютно, так как на всех его углах и на ближайших улочках появляется много подозрительных личностей. Но в целом никого в Амстердаме такое соседство благочестия и греха не смущает.
(Продолжение следует.)