Радиация - это не заразное... в отличие от паники
24 июня директор РФЯЦ-ВНИИЭФ Р.Илькаев встретился с журналистами городских СМИ и ответил на вопросы, касающиеся происшествия на восьмой площадке. В этот же день состоялись похороны А.Захарова, погибшего от переоблучения.
Неделя потребовалась для устранения аварийной ситуации на стенде критических сборок. В течение этого времени горожане напряженно следили за развитием событий вокруг злополучного каземата, ловили радио- и телесообщения. Если выступавшие по городскому радио пытались разъяснить, что ситуация не представляет опасности для населения Сарова и всех сотрудников института, которые непосредственно не работают с данной установкой, то по центральным СМИ людей пугали радиоактивным выбросом. Рассуждали о том, что, дескать, уже пора посылать в РФЯЦ-ВНИИЭФ международных наблюдателей. Масла в огонь подливал и "беспроволочный телеграф" - слухи. И горожане начали закрывать форточки и ждать эвакуации.
При встрече с журналистами директор РФЯЦ-ВНИИЭФ первым делом потратил время на то, чтобы "на пальцах" объяснить им, что такое критическая сборка. Видимо для того, чтобы заранее отсечь надоевший вопрос о том, не вредна ли эта авария для жителей Сарова. Но избежать этого Радию Ивановичу не удалось. И не потому, что журналисты такие непонятливые. Что поделать, ведь люди постоянно звонят и задают этот вопрос. Хорошо было бы подобный "урок физики" провести по "К-16" сразу для всех горожан. Может тогда удалось бы избежать паники. Впрочем, вряд ли. Ведь советам "знающих людей" всегда доверяют больше, чем разъяснениям специалистов.
Илькаев рассказал, что данный стенд был построен еще в 40-е годы и до сих пор используется для исследования систем при переводе их в критическое состояние. (Попутно отметил, что в США от этих стендов отказались по причине опасности подобных экспериментов.) В опыте используется система из сферических медных оболочек, внутри которой находится уран. Обычно в ходе опыта она разваливается. Здесь же произошел довольно редкий случай. Из-за недостаточной энергии система не распалась, а превратилась в постоянно действующий стабильный источник нейтронов мощностью порядка 0,5 кВт. Вся масса источника была сосредоточена внутри него, в атмосферу ничего не распылялось. В данном случае это и невозможно. Поэтому директор института назвал ситуацию инцидентом, а не чрезвычайным, в смысле радиационной обстановки, происшествием.
Все другие имеющиеся в институте реакторы - импульсные. В них все процессы происходят автоматизированно. И только на таких стендах сам человек сводит полуоболочки в единое целое. Где тонко, там и рвется. По мнению Р.Илькаева, авария случилась из-за ошибки в тех расчетах, которыми располагал Александр Захаров. Ошибка эта стоила ему жизни. Наличие второго сотрудника ничего бы не изменило, поскольку он был только помощником. Радий Иванович охарактеризовал Захарова как высококвалифицированного сотрудника, лидера во многих направлениях исследований.
На вопрос о том, выполнялся ли данный эксперимент в рамках основной оборонной тематики, либо в рамках МНТЦ или других международных проектов, Илькаев ответил, что эта работа ни в каких планах не фигурировала и потому не требовала никакого специального контроля. Беда в том, что специалисты такого, достаточно высокого, ранга могут работать самостоятельно.
Что же касается технического состояния рабочей установки и самого каземата, то здесь, по словам директора института - полный порядок. Здание - мощный железобетонный саркофаг - как раз и предназначено для проведения таких работ, рассчитано на радиационные нагрузки, способно выдержать взрыв до 100 кг взрывчатки. Другое дело, что были нарушены правила работы. Так же как и в предыдущем происшествии с утечкой кадмия. По мнению Илькаева, причина обоих происшествий - "чрезмерная активность некоторых сотрудников, не подкрепленная заботой о технике безопасности".
Но отныне активность будет санкционированной. Илькаев пообещал, что кардинально ужесточит правила обращения с делящимися материалами, а также правила проведения опасных экспериментов. Разрешение на эти работы можно будет получить только после прохождения тщательной независимой экспертизы (технология, используемая при проведении ядерных испытаний). Тогда нельзя будет получить делящиеся материалы без соответствующей санкции. А пока подготовлен приказ о приостановлении всех работ на реакторах института вплоть до принятия новых, более строгих правил.
Работающий нейтронный источник может оставаться стабильным сколь угодно долго, с течением времени с ним ничего не происходит. Но поскольку жители города сильно нервничали, сотрудники института торопились как можно скорее ликвидировать аварийную ситуацию, работали даже ночью. В атмосфере такой нервозности и спешки от механического обрыва троса пострадали еще два сотрудника. Один из них, заместитель главного инженера Г.Ходалев, был госпитализирован в глазное отделение больницы.
Радий Иванович высоко оценил работу специалистов института, которые участвовали в устранении аварии. Они очень оперативно предложили несколько различных проектов, как это сделать. И даже если бы не получился вариант демонтажа критической сборки при помощи "радиоуправляемой присоски", наготове были другие методы.
Был задан вопрос о том, повлиял ли решающим образом на ситуацию приезд в город 19 июня делегации, возглавляемой министром по чрезвычайным ситуациям С.Шойгу. Радий Иванович высказал убежденность, что с такой аварией мы могли бы вполне справиться самостоятельно. Однако быстрый отклик МЧС и стремление помочь произвели на директора института самое благоприятное впечатление. Очень полезным оказался привезенный гостями робот, разработанный сотрудниками Баумановского Технического университета.
Погибшего сотрудника, к сожалению, не вернуть. На вопрос о том, какая материальная поддержка будет оказана его семье, директор института ответить затруднился. Это еще не обсуждалось. Вопрос этот, конечно, деликатный, но отнюдь не праздный. И главное - непроработанный. А ведь несчастный случай на таком опасном производстве может случиться с каждым сотрудником.
24 июня закончили свою работу члены комиссии Минатома, созданной для расследования случившегося инцидента. С их выводами вы сможете ознакомиться в наших ближайших номерах. Но точка в этом деле не поставлена. Радий Илькаев заверил, что с данным трагическим случаем еще предстоит разобраться. А поскольку имело место явное нарушение технологической дисциплины, найдутся и виноватые. Впереди - создание и работа "внутренней" комиссии из специалистов РФЯЦ-ВНИИЭФ.
Подготовила Б.Курякина