Наверное, прав был заместитель премьер-министра российского правительства Александр Жуков, когда говорил, что пугается народ слова “реформа”. Хотя и его предложение заменить это слово на словосочетание “изменения к лучшему” ассоциируется или с революцией 1917 года (цели там тоже были самыми благими), или с дантовским адом, на входе в который начертано: “Благими намерениями вымощена дорога в ад”.
Видимо, поэтому между правительством России и теми, кем оно руководит, все больше растет пропасть. Не верит народ в добрые намерения власть предержащих и в изменения к лучшему. Особенно это понятно человеку, который каждый день с народом общается и знает об их чаяниях.
На стене кабинета директора ДЕЗ Сормовского района, депутата гордумы Нижнего Новгорода Николая Шумилкова висит огромная карта. Сормовский район на ней, как на ладони: видно каждую улицу и каждый дом. И надо сказать, что район этот не маленький, хотя и считается в городе одним из лучших по обслуживанию жилья. В прошлом году Николай Михайлович выиграл суд у Минфина России по иску возмещения 12 млн рублей по законам “О социальной защите инвалидов” и “О ветеранах”. Арбитражный суд различных инстанций трижды подтверждал это решение. Однако живых денег ДЕЗ так и не получил.
— Оказывается, исполнять решение суда Минфину не пристало, — говорит он. — И теперь мы изобретаем схемы, как рассчитаться с кредиторами. Нам удалось 8,5 млн рублей отдать в зачет по номиналу коммунальным предприятиям, освободившись тем самым от долгов. На очереди еще один суд — на 5,1 млн рублей. И мы все же надеемся получить по решению суда и живые деньги.
— В свете последних изменений жилищного законодательства что волнует жителей? Как они восприняли уменьшение строк в платежной квитанции?
— Я свое мнение выражал еще на комиссии по городскому хозяйству и в департаменте жилья. Неправильно слепо копировать госстроевские указания. Они носят рекомендательный характер, поскольку федерация не навязывает, как формировать квитанцию. Сложилась практика предоставления жилищно-коммунальных услуг как расчет платы за лифт и вывоз мусора с человека... В словах жителей есть логика: по российским меркам первый этаж не престижен (хотя в Германии он самый дорогой), а ему еще приходится платить за лифт, которым он не пользуется. Не надо делать резких движений, поскольку слишком велика социальная напряженность в обществе. Причем напряженность идет не только от малоимущих групп населения, таких, как бюджетники, инвалиды, ветераны, а от среднего класса, который умеет зарабатывать, и зарабатывает. Он озабочен перспективами, которые складываются в стране.
— На “круглом столе” по тарифам вы говорили о перегибе в сторону энергетики...
— На 70—80 процентов квитанция по оплате за квартиру состоит из тепла, горячей воды, канализации, т. е. энергетики. В Германии, к примеру, с точностью до наоборот. Мы были на конференции по проблемам экологии в Цюрихе и поинтересовались, сколько стоит оплата трехкомнатной квартиры. Оказалось, три тысячи швейцарских франков. Это без оплаты коммунальных услуг. Стоимость коммунальных услуг там в десять раз меньше — 200—300 франков. Соотношение — один к десяти. В России причина постоянных увеличений тарифов в энергетике в том, что фактически монополия передана в частные руки, чего делать нельзя. И хотя РАО “ЕЭС” считается государственной компанией, но играет по правилам частной компании. То же с РАО “Газпром”. И уже анекдоты складывают: РАО “Газпром” ищет квартал для покупки своему сотруднику. Они не знают, куда деньги девать, а учителя не знают, на что жить. Явный перегиб.
— Что из платежной квитанции достается ДЕЗу?
— Остальные 20—30 процентов. Чисто ДЕЗовская строка — плата за ремонт. В строку “за техническое обслуживание” входит очень многое: и вывоз твердых бытовых отходов, и обслуживание лифтов, и избавление дома от крыс, и мелкий текущий ремонт, и замена газовых плит, оборудования, и зарплата работников ЖЭКа, и налоги предприятия... Если раньше квартплата была освобождена от НДС, то сейчас мы платим государству 18 процентов от суммы. А еще правительство изымает по федеральным законам “О социальной защите инвалидов” и “О ветеранах” до 30 процентов от суммы льгот.
Мы уже один суд у Минфина России выиграли на 12,6 млн руб., и сейчас еще судимся. Хочу поблагодарить Арбитражный суд Нижегородской области и Волго-Вятский арбитражный суд за смелое и правильное решение в интересах жителей Нижегородской области. Мы доказали, что правы жилищные организации, у которых из оборота в силу неисполнения закона изъяли огромное количество средств. Год назад президент озвучил сумму долга ЖКХ России — 300 млрд рублей, а сейчас, наверное, уже больше.
— Что входит в ремонт жилья?
— Ремонт конструктивных элементов здания — кровли и инженерных систем, ремонт фасадов. Хорошо, что город изыскал в этом году значительно больше средств, чем в прошлом, на ремонт жилья. В бюджете на это выделено 210 млн рублей. Конечно, эта цифра вряд ли будет выполнена. Как обычно, спишут на дефицит бюджета. Но предполагается отремонтировать от 80 до 100 кровель, раньше было не более 15—20. Планируется заменить 45 лифтов в первую очередь и 25 лифтов во вторую очередь. Предусмотрены средства на регистрацию текущих изменений, которым занимается РТИ.
— Что это за изменения?
— Например, мы приняли дома машиностроительного завода. На бумаге там одна планировка, на деле — другая. И пока в таких домах не приватизировали квартиры, жители не подозревают, чем это грозит: как только начнут приватизировать, придется вносить много изменений в техпаспорт. Потребуется много средств и времени, хотя жители здесь не при чем. Уже два года в городском бюджете планируются на это средства. Жители не виноваты, что законодательство так изменилось. Раньше этого не требовалось.
— Каковы, на ваш взгляд, перспективы жилищно-коммунального хозяйства?
— Не совсем хорошие. Передавать все в частные руки категорически нельзя. Я уже говорил на заседании гордумы, что в Соединенных Штатах, которые нам частенько приводят в пример, идет процесс деприватизации ЖКХ. И прежде всего монопольных сфер — водоканала, электростанций и так далее. В Нью-Йорке муниципалитет берет эту сферу в свои руки и несет за нее ответственность. У нас говорят, что приватизация Теплоэнерго, Водоканала — это благо. Обман.
— А как же с инвестициями?
— Сказки про инвестиции те же, что про белого бычка. Никто не инвестирует без того, чтобы потом не получить прибыль. Бизнес работает только за прибыль. Если он вложит, то “откатает” на тарифах. Пример — Дзержинск. Там тарифы выше, зарплаты ниже. Инвестиции хороши не в монопольных сферах. Например, можно инвестировать в мазутные котельные, переведя их на газ. И за счет снижения себестоимости продукции окупить инвестиции. Национальная особенность же наших инвестиций в том, что инвестируем один миллион, поднимаем тариф, — собираем два миллиона.
В настоящее время государство не контролирует тарифы. Имея за плечами четырехлетний опыт работы в гордуме, я понимаю, что на уровне города тарифы регулировать невозможно. Увеличение тарифа — это политика не местных властей, а федеральных. Все спускается сверху. А увеличение стоимости электроэнергии бьет не только по жителям города, но и по коммунальным предприятиям. Они вынуждены повышать тарифы. А при действующих тарифах, я считаю, городские коммунальные предприятия способны окупать затраты без инвестиций. На болевые точки деньги выделяются из городского бюджета и адресной инвестиционной программы.
Частные инвестиции нужны для вложения их в современные технологии. Давайте разрешим инвесторам построить суперсовременное предприятие по переработке леса, чтобы не сырьем торговать, а мебелью, чтобы столы мы возили не из Финляндии, а — в Финляндию...
А у нас что получается... Сколько уже Чубайс наинвестировал? Любому школьнику ясно. Инфляция — 8—10 процентов. А РАО “ЕЭС” поднимает тариф на 25—30 процентов. Куда уходит разница в 15—20 процентов? Причем, поскольку предприятие расположено в разных субъектах федерации, формирование тарифа просчитать практически невозможно. И давно нужен закон, по которому предприятие платило бы налоги там, где расположены основные мощности, а не там, где оно зарегистрировано.
— Ваше отношение к новому Жилищному кодексу?
— Жилищный кодекс вступил в силу с первого марта. Народ пока не понял, что произошло. Но социальная напряженность однозначно будет нарастать. Один из недостатков кодекса — такие социальные законы должны проходить всенародное обсуждение. Этого сделано не было.
Кодекс нужен, но он сырой, поэтому ждем нормативные акты к нему. Что нового в части жилищно-коммунальной реформы? Права собственника подтверждены более четко, но и обязанности на него возложены. Жители этого еще не прочувствовали. Юристы положительно оценивают закон, хотя не прописано, что конкретно приватизировал человек. Но я его также оцениваю положительно, поскольку более широкие возможности предоставляются гражданам по выбору управляющей компании и самоуправлению.
Могу прогнозировать, что появится масса недобросовестных компаний типа “МММ”, “Хопер-инвест”, которые будут собирать плату и уходить. Властям надо быть очень внимательными в этом случае. Во-первых, не обязывать, а рекомендовать жителям выбор управляющей компании. Во-вторых, разрабатывать примерные формы договоров с управляющей компанией, чтобы как-то защитить граждан. К сожалению, это сложно, но можно. Надо, чтобы такие фирмы несли уголовную ответственность.
Хотя, думаю, что этот процесс не пойдет очень быстро, поскольку население не готово к самоуправлению. Оно считает, и часто правильно, что власть ответственна за все. Государство же показывает, что снимает с себя все обязанности. В частные руки предлагается отдать жилищно-коммунальный комплекс, образование, медицину. Правда, тогда не понятно, за что государству налоги платим?
— Останутся ли ДЕЗы в новой структуре?
— На первом этапе останутся. Хотя настроения в администрации города таковы, что должны быть исключительно частники. Это создаст конкуренцию. Но, думаю, серьезная конкуренция пока не возникнет. Это не колбаса, которую можно купить не в одном, так в другом магазине. Выбрать хорошую управляющую компанию сложнее. Тем более менять ее как перчатки...
ЖКХ не мобильно. Оно привязано к определенной территории. Например, ко мне обращались ЖСК из других районов для обслуживания их жилья, а нам экономически не выгодно обслуживать два дома в другом районе. На их территории работает другая компания. И к кому они еще пойдут, как не к ней? Хотя надо способствовать развитию конкуренции, но у нас не те правила игры. Законодательство не готово к тому, чтобы быстро развилась конкуренция. Я считаю, что надо идти по другой схеме. Заказчик жилищно-коммунальных услуг — жильцы. И надо работать на население.