Народные избранники, то бишь члены Государственной думы, силами фракции «Единая Россия» проголосовавшие за монетизацию льгот, в своих выступлениях продолжают в красках расписывать россиянам, какое светлое завтра нарисуется, когда закон вступит в силу. Правда, о себе, любимых, то есть о льготах госслужащим, к коим они относятся, при этом не рассказывают.
Действительно, почему народные избранники начали не с себя? И, если замена льгот на денежные компенсации так хороша для простых граждан, как нам рассказывают правительственные чиновники, то почему госслужащие избежали этой участи? Но когда я заглянула в Закон «О государственной гражданской службе РФ», подписанный в середине лета президентом, мне стало все понятно. За госслужащими и их семьями сохранены все натуральные льготы. Причем на неопределенный срок. Сделано это якобы «в целях обуздания коррупции». Так, по крайней мере, пиарили правительственные реформаторы. Аргумент еще тот, согласитесь? А уж на фоне отмены льгот у пенсионеров и инвалидов этот шаг не иначе как циничным не назовешь.
Итак, за государственными мужами сохранился весь набор благ: медобслуживание в спецполиклиниках по высшему разряду, отдых в санаториях и на курортах, персональный автомобиль с водителем, бесплатные перелеты и телефонные переговоры (включая мобильную связь), а также льготные пенсии. Сохраняются и районные коэффициенты к зарплатам, которые в результате монетизации льгот пропадают у бюджетников. Материальное положение госслужащих укрепилось, им увеличили зарплату и прописали в новом законе огромное количество надбавок к окладам за должность и классный чин. В результате ежемесячное денежное поощрение высших государственных чиновников составляет теперь несколько тысяч долларов. И стало понятно, почему широкой общественности об этом законе так мало говорили.
Возвращаясь с небес на землю, следует отметить, что пока абсолютно не ясен механизм «монетизации льгот». Ведь некоторые льготы являются, по сути, страховыми выплатами. К ним можно отнести предоставление бесплатных лекарств, зубопротезирование, протезирование, услуги, связанные с реабилитацией инвалидов. Эти вещи не могут быть заменены денежными компенсациями. Ведь одну и ту же группу инвалидности люди получают по разным основаниям. Потребности, например, у инвалида с нарушениями опорно-двигательного аппарата и душевнобольного принципиально разные. И оценить эти потребности в одну и ту же фиксированную сумму невозможно.
Как невозможно будет объяснить, когда реформа пойдет полным ходом, что в нынешнем виде она ущемит интересы большинства ветеранов и инвалидов. Безусловно, какая-то часть льготников выиграет. Например, сельские жители, которые только слышали о льготе на проезд в общественном транспорте. Таковых по стране наберется малое количество, потому что основное население России (70%) проживает в городах. И льготу на транспорт можно рассматривать как компенсацию за проживание в крупном городе. По подсчетам независимого депутата Госдумы О.Дмитриевой, если раньше москвичи платили за проездной 10% от размера минимальной пенсии, то сейчас его стоимость превышает этот порог. Поэтому беспокойство льготников-горожан весьма понятно.
Пострадают и те, кто подпадает под закон о ветеранах. Правда, только в местностях, где он исполняется в полной мере. По стране таких очагов не так уж и много, но для ветеранов, живущих в Сарове, этот вопрос насущен, так как наши власти обеспечивают все статьи этого закона уже на протяжении многих лет, отстаивая суммы на федеральном уровне. Теперь же его денежное наполнение под большим вопросом, потому что финансирование с федерального переведено на региональный уровень. А у Нижнего денег нет. Учитывая существующие между 89 субъектами РФ различия (из всех российских регионов и областей только двадцать являются донорами), вполне предсказуемо увеличение социального неравенства между россиянами в зависимости от их места проживания.
Но, может, следует исходить из вечной мудрости, все, что ни делается – к лучшему? Может, в самом факте замены льгот денежными выплатами ничего антисоциального и нет, а есть лишь наше неистребимое недоверие к государству? Увы... Право на приобретение бесплатных лекарств (несмотря на массу проблем и отсутствие четкого механизма) все-таки было.
О вводимом новшестве можно говорить и дальше, но очень хочется простого ответа на вопрос: почему так спешат с реформой, затрагивающей почти 40 миллионов граждан России? Где результаты масштабного исследования: сколько и какие льготы использует та или иная группа льготников – с учетом реального образа жизни? Где информация о том, как соотносится эта цифра для каждой группы с предлагаемыми суммами? Именно по результатам исследования и можно было бы вести осмысленный общественный диалог о том, благосостоянием какой группы населения власть жертвует, почему именно этой, а кто, напротив, это благосостояние повысит и из каких, собственно, источников? И каков, наконец, экономический смысл столь глобальных изменений, если в результате ничего существенного не изменится?
Имея дело с «человеческим материалом», нельзя увлекаться экспериментаторством. Хотя бы потому, что объект эксперимента не менее разумен, чем его субъект. И если отсутствует ясный диалог между властью и народом, то возникает растущее недоверие к государству. Не политическое, а житейское. Как к тем, кто любит вершить свои делишки за спиной у других.
Елена Мазанова