Наталья МИРОНОВА
На днях попыталась объяснить восьмилетней девочке, что такое война. Это так трудно... У нее есть дедушка, а у меня нет — он погиб на фронте. Как вечная память — пожелтевшие от времени и бабушкиных слез треугольники фронтовых писем. В каждой семье война оставила свой след. Столько лет прошло после победного салюта в мае 1945-го, затянулись раны, а память жива...
Нельзя переписать историю. Великая Отечественная война — часть нашей истории, истории России и каждого из нас. День Великой Победы — особый день. Наши отцы и деды выстояли в жесточайшей из войн, и воля к победе уже в крови народа-победителя. Есть надежда, что наше будущее будет достойно героического прошлого.
В День Победы мы чествуем ветеранов, славим живых и отдаем дань памяти погибшим. Мы желаем нашим старикам, заплатившим великую цену за победу, мира и чистого неба над головой. И почему-то становится больно оттого, что все реже вспоминают о тех, кто отвоевал Мир и Чистое Небо. Не в майские праздники, в будни...
Время неумолимо. Но еще есть время сказать СПАСИБО всем ветеранам, кто воевал на фронте и вел трудовую битву в тылу, всем, кто жил в военное время, кто помнит войну.
Спасибо всем, кто не забывает о них, наших стариках, так нуждающихся сейчас в заботе и поддержке.
От всей души поздравляем вас с 60-летием Великой Победы!
Мы, сегодня живущие на
нашей планете, обязаны именно вам тем,
что есть Великая Россия, есть будущее у
нашей страны.
Хочется найти много теплых слов благодарности за ваш Подвиг,
который вы
совершили 60 лет назад.
Помнить о нем будем всегда, и память эту передадим нашим
детям и внукам.
В эти солнечные майские дни желаем вам здоровья,
оптимизма и веры в то, что
никогда на нашей хрупкой Земле не случится подобная война.
Совет НАПП.
Сегодня в Минимуществе Нижегородской области состоится чествование
ветеранов
Великой Отечественной войны, здесь работавших.
С момента создания в Комитете по управлению госимуществом трудились
Виталий
Андреевич КАНЫГИН, Владимир Борисович ТРОФЕЕВ, Алексей Осипович ЧАННОВ
и
Александр Васильевич АЛЕКСЕЕВ. Сейчас все они на заслуженном отдыхе,
но
коллектив министерства старается не забывать их.
И в канун этого святого и
светлого праздника выражает всем ветеранам
величайшую признательность за их
мужество и самоотверженность,
за веру в победу, за терпение и любовь к Родине.
Министр имущественных отношений Д. Р. Фатыхов
вручит ветеранам ценные подарки от
министерства и губернатора области Г. М. Ходырева.
Низкий поклон и огромная благодарность всем ветеранам. Пусть всегда их окружают тепло и любовь близких людей.
Счастья, мира и добра!
Минимущество Нижегородской области.
Вера СЕДЫХ
Чтобы избавиться от брони, Василий АНТОШИН совершил преступление, когда узнал, что штрафников с КПЗ сразу отправляют на фронт. Именно этого он безуспешно и добивался несколько месяцев. Кроме желания бить фашистов была у Василия затаенная мечта писать батальные сцены, как Верещагин, но для этого надо было их видеть своими глазами. Вторым Верещагиным Антошину стать не удалось, но отличным сапером на фронте он стал, о чем свидетельствуют боевые награды: орден Отечественной войны первой степени, медали “За боевые заслуги”, “За победу над Германией”, “За взятие Кенигсберга” и “За победу над Японией”. Но этому предшествовала почти детективная история.
Отработав после седьмого класса два года в колхозе в селе Луканово Шатковского района, Василий Антошин подался в Горький, где окончил фабрично-заводское училище и с 1936 года стал работать фрезеровщиком на автозаводе. Когда началась финская война, его старший брат Илья ушел добровольцем на фронт, за ним отправился на войну с Германией младший брат Степан. А Василия с завода не отпускали как одного из лучших фрезеровщиков. Он один управлялся с тремя станками, и все задумки рационализаторов и изобретателей доверяли воплощать только ему. Но когда Антошин получил известие о смерти старшего брата под Ленинградом и письмо от Степана с Курской дуги о том, что немцы не дают им ни минуты передышки даже для того, чтобы поесть, твердо решил сбежать на фронт, чего бы ему это ни стоило. Помог осуществить это желание один случайный знакомый, промышлявший воровством овощей в совхозе “Доскино”. Однажды ночью он пригласил Василия с собой на “дело” и заверил, что за такое преступление его наверняка заберут в действующую армию прямо из КПЗ. Так оно и случилось, хотя следователь сразу раскусил, что Василий лох в этом деле, и требовал выдать сообщников — профессиональных воров. Но те ускользнули от милиции в трамвае, где Антошина взяли с поличным — с мешком капусты в руках при возвращении утром из совхоза. Но он знал только имя одного из сообщников. Чтобы освежить ему память, следователь отправил Василия на КПЗ, тем более что брони при нем не было, он специально ее с собой не взял. А в КПЗ штрафников уже ждали сотрудники Ждановского райвоенкомата.
Тем временем начальник инструментально-штампового корпуса узнал о грозящей Антошину мобилизации, и по его просьбе директору завода пришлось звонить в Москву. Соответствующие документы были выправлены. Прибежал начальник с этими бумагами на КПЗ, а новобранцев уже в две шеренги построили перед отправкой на фронт. Начальник кричит: “Антошин, выходи из строя, вот документы”. А тот только ручкой ему помахал: “Не вернусь я на завод, мое место на фронте”.
Месяц изучал он саперное дело в Ростове-Ярославском. Затем участвовал в освобождении Кенигсберга и Бранденбурга. Был ранен. После излечения в госпитале в составе отдельного штурмового инженерно-саперного батальона оказался на границе с Китаем, до которой 600 километров пришлось топать пешком через всю Монголию, преодолев пустыню и хребты Большого Хингана.
В Прибалтике и Германии нашим саперам приходилось делать по ночам проходы в минных полях для танков прямо под носом у немцев на нейтральной полосе. Или вместе с дивизионной разведкой “ходить за языками”, извиваясь ползком по глинистой местности и превращаясь от грязи в “болотные кочки”, так что даже под осветительными ракетами немцы не могли распознать в них людей.
В борьбе с японцами на китайской границе пришлось осваивать совсем другую тактику боя. Здесь саперам приходилось взрывать сопки, чтобы завалить речушки для прохода танков. По пути уничтожали японские заставы. Оказывая сопротивление нашим войскам, японцы исхитрялись так бесшумно, босиком, сквозь высокие заросли кукурузы подбираться к нашим танкам и прилеплять к ним магнитные мины с часовым механизмом, что для их обезвреживания приходилось сажать на броню каждого танка, кроме пяти пехотинцев, еще и по одному саперу.
Война для Антошина закончилась в Чань Чуне после освобождения Мукдена и Харбина. Затем батальон направили разбирать под Владивостоком китайскую железную дорогу. Здесь и демобилизовали Василия по запросу с автозавода. Его да еще одного баяниста после контузии. Три дня пытались они приобрести билеты на поезд, но все эшелоны были набиты битком. Тогда решились они на отчаянный шаг: подошли с баяном прямо к теплушкам. Солдаты, заслышав знакомые мелодии, тут же пригласили их в свой вагон. Через месяц Антошин был уже в Горьком. Но вернуться к станку ему было не суждено. Очередь в отдел кадров автозавода была огромная, а в пожарной части сразу же предложили хлебные карточки и место в общежитии. Насмотревшись, как гибнут люди на войне, фронтовик решил, что спасать их от огненных бедствий в мирное время — самая мужская профессия. Так он и стал пожарным. Четверть века тушил огонь и спасал людей. На пенсию вышел в 1971 году с должности камандира отделения.
Где бы ни работал Антошин, где бы ни служил, за какое бы дело ни брался, всегда выполнял его настолько добросовестно, что это его качество отмечалось во всех характеристиках, почетных грамотах, благодарностях и наградных листах, которых у ветерана войны и трудового фронта накопилась толстенная папка: кроме ордена Отечественной войны первой степени, 16 медалей и 32 благодарности. Будучи одним из лучших фрезеровщиков на автозаводе, он по десять суток не выходил из цеха, выполняя заказы фронта. Будучи сапером и получив ранение под Бранденбургом, не ушел с минного поля, пока не выполнил боевого задания. Став пожарным, боролся с огнем не на жизнь, а на смерть. Два раза вместе с кровлей проваливался на пепелище, но выдержал и это. Занесен в Книгу почета Управления пожарной охраны. Младшего брата воспитал таким, что из воинской части, где тот дослужился до полковника, пришла благодарность. Брат горько пошутил при этом: “Эту благодарность тебе бы надо было прислать, Василий, а не отцу, который бросил мать с шестью детьми на руках”.
Двух младших братьев и одну сестру Василий перетянул из села в Горький. И вторую жену себе в родном селе присмотрел, а с первой, городской, развелся сразу после демобилизации, так как она ему изменила. Зато с Александрой Васильевной душа в душу живут уже более полувека: троих дочерей воспитали, пять внуков, которые подарили им четырех правнуков. Жаль, ни у кого из них талант живописца, как у Василия Петровича, пока не проявился, зато на балалайке по его примеру с удовольствием играют все.
Говорят, что сапер ошибается только один раз. Антошин ни разу не ошибся на минном поле. Но мирная жизнь подбросила ему “мину замедленного действия”: коварная болезнь отняла у него ногу, но не сделала ветерана пессимистом. Перед нашим приходом Василий Петрович сидел у окна и рисовал дерево, птиц, возвестивших начало весны, свернувшуюся в клубочек кошку...
Писать маслом и акварелью деревенский парнишка учился, копируя картины великих русских живописцев. Достиг в этом такого мастерства, что с первого взгляда непрофессионалы не могут отличить копию от оригинала. Дома хранится лишь одна из них — многофигурная композиция “Охотники на привале”, все остальные раздарены родным и знакомым. Да еще портрет любимого поэта Пушкина (акварель) и любимой актрисы Фатеевой (масло) остались у него от всех работ. Появилась было в девятой пожарной части задумка организовать выставку работ ветерана, да где же их теперь все собрать. Что касается батальных сцен, то на войне саперу было не до рисования. Только в госпитале взялся Антошин за карандаш, набросав портрет своего соседа по койке — поляка Михася. Тот послал рисунок матери, а она в ответ: “Сынок, ты пишешь, что у тебя все хорошо, а я вижу по твоему портрету, что беда с тобой приключилась”. Так психологически верно изобразил художник-самоучка своего соседа, что тот признался ему: “Васыль, ты в самую душу мне заглянул”. Взгляд у Василия Петровича и сейчас, в 86 лет, такой же добрый и проницательный.
Ветеранам ФГУП “ОКБМ” посвящается
Владимир ЦВЕТКОВ
ФГУП “Опытное конструкторское бюро машиностроения им. И. И. Африкантова” (ОКБМ) было создано в 1947 г. на базе небольшого КБ Горьковского машиностроительного завода (бывший завод № 92 им. И. В. Сталина), много сделавшего в годы войны для победы. На этом заводе разрабатывались и выпускались знаменитые пушки ЗИС-2, ЗИС-3 и др., громившие фашистов на всех фронтах. Сегодня ОКБМ — это Федеральный научно-производственный центр, ведущее предприятие атомного машиностроения, успешно работающее как на российскую, так и на зарубежную атомную энергетику. А начиналась история этого предприятия в далекие послевоенные годы, когда перед страной во весь рост встала проблема создания атомной промышленности и атомной бомбы, которой было суждено сыграть роль оружия устрашения, надежно предотвратившего третью мировую войну и сделавшего нашу страну великой державой. В первых рядах создателей отечественной атомной промышленности были и участники ВОВ, работавшие в особом конструкторском бюро завода № 92 (ОКБ).
Бывший многие годы директором ОКБМ, а ныне научный руководитель предприятия академик Ф. М. Митенков сам ветеран ВОВ (в армии с 1942 по 1946 гг.) вспоминает, что военный опыт фронтовиков был самостоятельным фактором, который способствовал быстрому росту квалификации и авторитета специалистов, прошедших через горнило войны и появившихся в коллективе ОКБ после его создания. Они выделялись в коллективе своей ответственностью к поручаемым заданиям и настойчивостью при их выполнении, терпением и трудолюбием при преодолении трудностей и многими другими качествами, без которых в жизни не обойтись. Все эти качества, отмечает Ф. М. Митенков, весьма значимы в труде конструктора, технолога, производственника.
Отдает должное ветеранам войны и нынешний директор — генеральный конструктор ОКБМ В. И. Костин: “В кратчайшие сроки, — отмечает он, — в полуразрушенной и полуголодной стране они смогли создать мощную атомную промышленность и могучий атомный флот, которыми мы и сейчас по праву гордимся как своим национальным достоянием”.
Ниже приводятся некоторые выдержки из воспоминаний трех ветеранов ОКБМ.
Александр Александрович ЛИСЕНКОВ:
— Вначале был 10-й класс средней школы и мечта стать профессиональным военным. В моих руках аттестат с золотыми рамками, а это дает право поступить в любой вуз страны без экзаменов! В 1938 г. я стал студентом Ленинградского Ордена Красного Знамени Военно-механического института. Мирно и успешно шла учеба...
С 28 ноября 1941 г. по 28 января 1945 г. я участвовал в боях на шести фронтах, дважды был ранен, второй раз тяжело. Воинское звание — капитан. Род войск — артиллерия. За годы войны был на должностях наводчика орудия полковой артиллерии, командира огневого взвода артбатареи, старшего на батарее, командира батареи (76-миллиметровые пушки ЗИС-3 горьковского завода № 92) и др.
Здесь мне бы хотелось сделать маленькую остановку в своем рассказе. Упомянутая пушка ЗИС-3 после войны немцами была охарактеризована в таких терминах: “Это самая гениальная пушка второй мировой войны”. По боевым качествам ей не было равных. Меткость и дальность стрельбы, легкость приведения ее к бою, маневренность, дистанция прямого выстрела, многоцелевой набор унитарных патронов, эффективность подкалиберного снаряда против танков была выше всяких похвал, он пробивал любую броню. Танки немцев никогда не штурмовали батареи, составленные из орудий ЗИС-3. Вот небольшой пример. Однажды в Прибалтике я занимал почти круговую оборону, т. к. фронт и оба фланга были оголены. После того как я расстрелял немецкое самоходное орудие, на меня из леса двинулись 9 танков противника. Противостоять им я мог только одним орудием. В 100—150 метрах впереди моего орудия был ряд высоких кустов, танки остановились и спрятались за ними, открыв огонь по моему орудию. Но штурмовать его не решались! Я подбил 4 танка, не имея никаких потерь. Ночью немцы увозили свои подбитые танки, и я им в этом не мог помешать, т. к. накануне днем расстрелял почти весь свой боезапас снарядов. Вот такое техническое чудо-орудие сотворили наши инженеры-артиллеристы из КБ В. Г. Грабина!
В 1946 г. я снова стал студентом ЛВМИ. Диплом защитил на “отлично” и был распределен на работу в ОКБ Горьковского завода № 92. Коллектив ОКБ был очень молодым и находился в стадии формирования. Я стал инженером-расчетчиком, занимался вопросами прочности и долговечности разрабатываемых конструкций. В этом качестве довелось участвовать в разработке атомных реакторов для подводных лодок и энергетических реакторов на быстрых нейтронах. С 1962 г. я работал в должности начальника бюро, занимаясь расчетами конструкций на термическую усталость. Почти все изделия нам приходилось создавать впервые. Было нелегко, но всегда помогала фронтовая закалка.
Однажды сотрудник ОКБМ, ветеран Великой Отечественной войны А. Боголепов обратился ко мне с просьбой дать ему на время мое лучшее фото. 9 мая 1982 года он вручил мне его с такими стихами:
... Нас все меньше и меньше.
Мы уходим далече.
Это мы погасили
Бухенвальдские печи.
Наши роты редели.
Наши души седели.
Смерть погреться ходила
К нам в окопные щели.
Это эхо войны... Это память о ней.
Федор Иосифович ШЕПЕЛЕВ:
— ...В 1940 г. я поступил в Ленинградское авиационно-техническое военное училище им. К. Е. Ворошилова, а в августе 1941 г. был направлен в 202-й Скоростной бомбардировочный полк в г. Кенгисеп Ленинградского фронта авиамехаником. Затем был командирован в г. Ленинград на авиационный склад, который базировался недалеко от больших продовольственных складов. В сентябре 1941 г. эти склады были разбомблены и сожжены, началась блокада Ленинграда. Тяжелое это было время. Голодали. Мои товарищи старше 30 лет отекали, не могли ходить. Мой вес был 40 кг (вместо нормальных 68—70 кг). К счастью, в начале 1942 г. наша часть была эвакуирована в г. Череповец. В течение 4-х месяцев нам постепенно увеличивали норму довольствия, приводя в нормальное состояние. Затем был Волховский фронт, 14-я воздушная армия...
Моя трудовая деятельность в ОКБМ началась в мае 1947 г. Меня направили работать инженером-конструктором в отдел, который разрабатывал первый тяжеловодный реактор. В июле 1958 г. я был назначен на должность начальника бюро этого отдела.
За время работы в ОКБМ довелось участвовать в монтаже оборудования атомной силовой установки первого атомного ледокола “Ленин” на Адмиралтейском заводе в г. Ленинграде. Участвовал в переходе этого ледокола из г. Таллина в г. Мурманск, который занял 12 суток. Впереди нас шел ледокол “Капитан Воронин”. 1 мая 1960 г. утром мы вошли в пролив Каттегат, а днем вышли в Северное море. Над нами летали американские самолеты на небольшой высоте и сбрасывали на парашютах приборы для проведения анализа воды на радиоактивную следность ледокола, которые подбирал датский эсминец. Мы, конечно, были уверены, что никакой радиоактивности после ледокола не было.
В Северном море была сильная качка — до 6—7 баллов, а ледоколы к таким качкам не привычны. “Капитан Воронин” кувыркался как “Ванька-встанька”. Нос и корма нашего ледокола ходили вверх и вниз на 10 метров. Самочувствие было скверное. Спасались, отлеживаясь в каюте. “Капитан Воронин” не выдержал качки и был вынужден уйти в шхеры. Вместо него пришел наш эсминец, который так не качало, как ледокол. В порту г. Мурманска были торжественная встреча ледокола и митинг трудящихся. Потом несколько дней мы принимали экскурсии. В 1960 г. ледокол “Ленин” начал работать в Арктике. С начала навигации он вместе с другими ледоколами проводил караваны судов по Северному морскому пути. Я участвовал в отдельных походах в качестве гарантийного механика по атомной установке. Арктические моря имеют ледовые покрытия толщиной до 2-х метров, хотя в отдельных местах льда нет из-за теплых течений. Но в проливах Санникова, Велькицкого они нагромождаются до 4 метров высотой. Пробивать их очень тяжело. Приходилось застрявшие отдельные суда обкалывать вокруг и вытаскивать на буксире. В связи с этим резко снижалась скорость прохода через проливы.
Запомнились эпизоды встреч с белыми медведями и песцами. В течение 6 лет эксплуатации ледокола “Ленин” я был ответственным представителем от ОКБМ. Могу сказать, что наша энергетическая установка ни разу не подвела...
Владимир Михайлович КОВИН:
— В год начала войны я учился на первом курсе Пермского военно-механического техникума. После сдачи экзаменов студентов вместо летних каникул направили рабочими на оружейный завод им. Молотова в г. Пермь. Через неделю меня поставили к токарному станку на самостоятельную работу обтачивать — 152-миллиметровые снаряды. К началу учебного года часть студентов была отпущена с завода на учебу, другая часть, самостоятельно работающая, была оставлена работать на заводе. Я перевелся на вечернее отделение этого же техникума и продолжил работу токарем вплоть до 1943 года.
Весной 1943 года на Урале, в Свердловской, Пермской и Челябинской областях, формировался 30-й Уральский добровольческий танковый корпус. В марте 1943 года я добровольно пошел в армию и попал в этот корпус, в 299 минометный полк 20-миллиметровых минометов. К началу боев на Курской дуге (июль 1943 г.) наш корпус был на исходных позициях. Так в составе корпуса я дошел с боями до Берлина и Праги. Освобождением Праги закончилась для меня война. В боях на Курской дуге я был ранен. Награжден орденом Славы III степени, медалями “За боевые заслуги”, “За взятие Берлина”, “За освобождение Праги”.
После демобилизации продолжил учебу в Пермском военно-механическом техникуме. В 1949 году был направлен в Горький на завод № 92. Здесь началась моя трудовая деятельность. Запомнился такой эпизод. Мне поручили выполнить чертеж на втулку под заливку и чертеж рабочего колеса на мехобработку втулки после заливки. Надо сказать, что работали мы тогда (1949—1950 годы) почти по режиму военного времени, рабочий день заканчивался в 8—10 часов вечера почти ежедневно. Когда я выполнил чертежи и отдал их представителям цехов, время было около 11 часов вечера. И в этой спешке я допустил серьезную ошибку. Утром, когда пришел на работу, меня срочно вызвали в цех к станку, на котором было установлено рабочее колесо, а обрабатывать было нечего — втулка по моему чертежу в детали была выполнена в чистовых размерах. Так я впервые не умышленно сделал брак. За этот случай мне здорово попало. Грозились выгнать с работы, но, видимо, пожалели как молодого специалиста.
Прошел первый год, и мне стали доверять более сложные работы, направлять в командировки на другие предприятия для решения вопросов по диффузионным машинам, которые разрабатывались тогда нашим КБ. Работа была всегда срочная и очень ответственная. Мне был увеличен оклад, но повысились и требования. Работал и одновременно учился в московском заочном политехническом институте.
В 1960 году ОКБМ было привлечено к созданию первого энергетического реактора на быстрых нейтронах. С этой целью был сформирован новый конструкторский отдел, в котором мне доверили возглавить одно из бюро. Кроме проектирования мне пришлось участвовать в изготовлении оборудования для “быстрых” реакторов БН-350 и БН-600 на Горьковском и Подольском машиностроительных заводах, а затем в их монтаже на месте строительства. Этой работой было положено начало новому перспективному направлению в деятельности нашего предприятия...
Моя деятельность в ОКБМ закончилась в 1983 году. Но я до сих пор прихожу в стены родного предприятия на встречи ветеранов, посвященные Дню Победы. Желаю всем в канун этого праздника больших творческих успехов, сознательного и заинтересованного отношения к делу, личного счастья и всех благ!
* * *
Каждый год в канун Дня Победы ОКБМ открывает свои двери перед ветеранами Великой Отечественной войны и труда. Здесь они встречаются с руководством предприятия, узнают о нынешнем дне ОКБМ, успехах и трудностях в жизни родного предприятия. Они общаются друг с другом и с бывшими коллегами по работе, вспоминают былые годы, рассказывают о том, что их волнует. Получается, что для ветеранов ОКБМ День Победы — это праздник вдвойне. В этом году для них подготовлена книга воспоминаний ветеранов ВОВ, которая стала еще одним подарком к празднику 9 мая. В ней тесно переплетены производственные события и факты биографии сотрудников ОКБМ, передающие напряженную творческую атмосферу их работы в далекие послевоенные годы. “Читая эту книгу, — говорит директор предприятия, — понимаешь, что ветераны по-прежнему вместе с нами, олицетворяя славную историю нашей страны, связь времен и преемственность поколений. И от этого невольно чувствуешь себя сильнее и увереннее. Пожелаем же нашим ветеранам здоровья и оптимизма, благополучия и долгих лет жизни. Спасибо им за все!”
Владимир ЦВЕТКОВ
Коллективу ОАО “Горьковский металлургический завод” есть чем гордиться. За годы войны многие рабочие и инженерно-технические работники этого предприятия дважды награждались орденами и медалями (в 1943 и 1945 годах). Правительственные награды получили бывший тогда директором завода Ф. И. Мольков, главный инженер Л. Ф. Стругацкий, начальник сталеплавильного цеха Е. М. Замарахин, сталевары, вальцовщики, слесари. И за каждой наградой — эпопея трудового подвига.
Председатель профкома Алевтина Заусова провела меня в заводской музей, где отражена вся история предприятия. И мы подошли к стенду, с которого дохнуло на нас военное лихолетье.
— Расскажите о своем заводе, — обратился я к ней. — Как вы храните его историю, как бережете память военных лет?
— В нашем музее история всего завода со дня его основания, — начала рассказ Алевтина Вячеславовна. — Когда к нам привезли первый станок, как он был запущен, как строились цеха.
В 1915 году из Риги в Нижний Новгород был эвакуирован завод по производству инструмента фирмы Отто-Эрбе, основанный в 1887 году. С этого момента и начинается история ОАО “ГМЗ”. В 1916 году здесь работало 50 рабочих и 11 служащих. Оборудование состояло всего из 18 различных станков и одного двигателя в 60 лошадиных сил. По найденным в архиве черновым записям, в 1917 году была выпущена 2991 дюжина напильников, 33157 единиц разных пил и 1068 пудов различных машинных ножей.
Начав свою деятельность в Н. Новгороде с выпуска мизерного количества инструментов, завод к 1966 году превратился в крупное современное предприятие, снабжающее страну важнейшими видами продукции: товарными слитками и прокатом специальных марок стали. А по производству инструмента стал основным в СССР поставщиком таких изделий, как поперечные, рамные, дисковые, ленточные пилы по дереву, ленточные пилы по металлу, промышленные ножи для лесной, бумажной, кожевенной, металлургической и других отраслей народного хозяйства. Инструментальная продукция завода экспортировалась во многие социалистические страны, а также в Индию, Индонезию, Турцию, ОАР. Различных пил было выпущено в 235 раз больше, чем в 1917 году.
— С нашего завода, — продолжает предпрофкома, — на фронт ушли 106 человек, и никто из них не вернулся. А из тех фронтовиков, что пришли на предприятие в послевоенные годы, сейчас осталось 43 человека. Тружеников тыла — 637. На стенде, посвященном военному периоду (1941—1945 годы), вы видите фотографии и другие экспонаты. А в 1965 году у нас открылся свой памятник Победы, где указаны фамилии всех заводчан, которые не вернулись с войны. Отмечены на нем и все остальные наши фронтовики.
В годы Великой Отечественной войны ГМЗ снабжал оборонные заводы броневой, нержавеющей, жаропрочной сталью, металлом для ракет, быстро освоив их выпуск.
В связи с эвакуацией Зестафонского ферросплавного завода было организовано производство металлургического марганца и ферромолибдена. Этими важнейшими дефицитными материалами для легирования стали снабжались заводы Урала и Сибири. В организации производства и освоении выпуска важных сплавов активно участвовали Салапанов, Берлин, Павловская и многие другие. Завод освоил прокат для лонжеронов, ликвидировав угрозу прекращения выпуска военных автомашин на ГАЗе.
По его инициативе было организовано производство саперных и пехотных лопат, ножниц-кусачек для резки проволочных заграждений. Десятки дивизий и корпусов Красной Армии были снабжены пилами, ножовками, лопатами и другим инструментом, изготовленным на заводе. С их помощью сооружались оборонительные линии под Ельней, Москвой и Горьким.
За годы войны было изготовлено для армии более 3-х миллионов саперных и пехотных лопат, более 3-х миллионов пил и ножовок, 160000 штук ножниц-кусачек, сотни тысяч донышек для снарядов, много тысяч тонн броневой стали, десятки тысяч тонн металла для лонжеронов, тысячи тонн ферромолибдена и металлического марганца.
— На заводе, конечно, были созданы фронтовые бригады, как и на множестве других предприятий страны, — продолжает рассказ Алевтина Вячеславовна. — Работали тогда по 11 часов в смену, а в цехе № 1 было 90 проц. женщин.
К участникам войны у нас особое отношение. Мы им ежегодно предлагаем выезжать на нашу базу отдыха “Дубки”. И в этом году там отдохнуло уже восемь фронтовиков. К Дню Победы ежегодно делаем им подарки, выдаем денежные компенсации. А перед самым Днем Победы на территории завода обязательно проводятся митинги.
Для участников войны накрывается стол, и обязательно со ста граммами фронтовых, как у них принято. Помогают проводить торжества студенты нашего индустриально-коммерческого техникума. Ребята устраивают концерт, на котором звучат песни военных лет. И, конечно, наши фронтовики участвуют во всех районных и городских мероприятиях, посвященных Дню Победы.
На стенде под портретом женщины, от которой так и веет суровыми буднями войны, четыре медали: “За трудовое отличие”, “За трудовую доблесть”, еще раз “За трудовое отличие” и “За доблестной труд в Великой Отечественной войне”. Все они принадлежат Евдокии Федоровне Графовой. Председатель профкома рассказала еще об одной незаурядной личности — об Анне Николаевне Васильевой, единственной на заводе женщине Кавалере Ордена Славы.
Следующие стенды музея посвящены развитию завода. 22 человека награждены орденом Ленина. Основные вехи: 1925 год — пуск нового пилового цеха; 1935 год — выданы первые тонны стали и проката; 1954 год — освоены отливки и прокат трехслойной стали; 1961 год — пуск установки непрерывной разливки стали, пущен новый ножевый цех; 1965 год — закончено строительство установки по вакуумированию жидкой стали.
Завод — инициатор многих технических новшеств. Так, в 1951 году впервые в Горьковском экономическом районе мартеновская печь была переведена на водоиспарительное охлаждение — осуществлена автоматизация теплового режима на мартеновской печи, за ней установлен котел-утилизатор.
Впервые в Советском Союзе в 1952 году была механизирована завалка на электропечах старой конструкции. Этим опытом воспользовались заводы “Электросталь”, Златоустовский и другие.
Впервые в Советском Союзе на методических печах универсального стана была сооружена мощная установка для водоиспарительного охлаждения подовых брусьев. Это позволило провести реконструкцию печей с нижним подогревом при минимальном расходе воды. Только за счет испарительных систем получилась ежегодная экономия 16000 тонн угля.
С 1955 года выплавка нержавеющей стали производится полностью с применением кислорода.
Работа по водоиспарительному охлаждению методических печей была отмечена приказом министра и выдачей премии группе работников завода, а также предложением проектным институтам впредь при строительстве новых печей и реконструкции старых в обязательном порядке использовать опыт Горьковского металлургического завода.
Перед нами стенд: 1965—1970 годы. За пятилетку завод 17 раз выходил победителем социалистического соревнования между предприятиями МЧМ России. Обращаем внимание на портрет Валентины Николаевны Бирюковой, бывшего начальника ЦЗЛ, внедрявшей современные технологии. Следующие стенды посвящены годам перестройки. “А новые времена на ГМЗ связаны с генеральным директором Вячеславом Павловичем Камальдиновым, — рассказывает Алевтина Вячеславовна. — Был закуплен современный парк оборудования, и коллектив предприятия готовится сейчас к выпуску нового вида пилоножевой продукции. Намечается постройка нового сталепрокатного цеха. Но это уже далеко от военной темы.
— Как вы будете отмечать 60-летие Победы? — задаю основной вопрос председателю профкома.
— Программа мероприятий, связанных с этим великим праздником, была подготовлена на заводе еще в декабре прошлого года. Она включала в том числе и отдых фронтовиков в Дубках, причем с медицинским обслуживанием. Эта часть программы, как я уже говорила, реализуется успешно. В предпраздничные и праздничные дни представители цехов будут выезжать к нашим ветеранам-фронтовикам. Ведь им сейчас так не хватает общения. Они получат подарки и небольшую материальную поддержку. И все ветераны приглашены на митинг, который пройдет на территории завода. Будет работать фотограф, он выдаст им снимки после окончания митинга. Будет праздничный концерт учащихся техникума. Все вместе — и дети, и зрители будут дружно петь песни военных лет, что всегда, из года в год, это делают. Юбилейной программой помощь фронтовикам, конечно, не исчерпывается. Не только в этом году, но и в предыдущие, кто бы из них ни обращался за материальной поддержкой или, допустим, с просьбой сантехнику подремонтировать, завод всегда помогал. И будет помогать.
— И роль профсоюза здесь одна из основных?
— На нашем предприятии профсоюз никогда не закрывался и никогда не стоял в тени. А с приходом Вячеслава Павловича Камальдинова наша профсоюзная организация, можно сказать, расправила плечи. Почувствовала поддержку от работодателя. У нас принят коллективный договор. В нем отражены социальные гарантии, в том числе и дополнительные, как для молодежи, так и для людей более старшего поколения.
На ГМЗ выплачиваются денежные премии к юбилейным датам. Предоставляются дополнительные отпуска (помимо предусмотренных Трудовым кодексом, и эти дни оплачиваются) по случаю какой-то юбилейной даты, свадьбы, а также родителям первоклассников. Уходящим в армию даем материальную компенсацию, а при возвращении на завод выплачиваем подъемные в размере семи минимальных зарплат. У нас и охрана труда на высоте, и учеба. Профсоюз — неотъемлемая часть деятельности предприятия. 60 проц. работающих на ГМЗ — члены профсоюза. Каждый год празднуем День металлурга. Завод последние два года награждался переходящим штандартом губернатора Нижегородской области и отмечен как “лучший налогоплательщик”. Эти достижения ветераны-фронтовики целиком разделяют с нами. Их сила духа, их закалка должны передаваться из поколения в поколение работников Горьковского металлургического завода.