В прошлом году N рассказывал о ростовской команде «Р-Джаз», которая весьма успешно дебютировала во всероссийском ралли-рейде. Правда, занять призовые места тогда так и не удалось, но ростовчане на почти серийных «УАЗах» выигрывали у гонщиков на мощных иностранных джипах. Не последнюю роль в этом сыграло и трагическое обстоятельство: прямо во время ралли скончался один из пилотов команды, неоднократный чемпион всевозможных соревнований, гонщик с двадцатилетним стажем Владимир Цой. Но команда не пала духом и собралась на соревнования с обновленной технической базой и тремя экипажами. Первый выезд намечен на эту неделю. «Р-Джаз» собирается выступить во всех шести этапах всероссийского чемпионата. N встретился с костяком команды — ее основателями Александром Олейниковым, Михаилом Бартником и Андреем Реуком, чтобы узнать, каковы шансы ростовчан на успех в этом году.
N: — Как вы считаете, ваш дебют в автоспорте удался?
М.Б.: — Было тяжело, но машины вроде не разбили. Всего участвовали в четырех этапах, попробовали, как это. Из них три этапа чемпионата России — Ярославль, Калмыкия и Коломна. На первом этапе для новичков выглядели вполне прилично. На двух остальных были некоторые проблемы — машины ломались.
N: — Выходит, «УАЗ» не самая подходящая машина для ралли-рейдов?
М.Б.: — Машина сама по себе ничего не может — ей управляет человек. Нет таких машин, которые не ломаются на гонках — выходили из строя даже «Паджеро». Нужно найти взаимопонимание с машиной, чувствовать ее. У нас это пока не до конца получилось. На деле конкурировать с мощными джипами не так уж сложно. В условиях бездорожья мощность уже не на первом месте. С «Тойотами» и «Митсубиси» бывает такое, что колеса свистят, мотор ревет, а машина стоит на месте. Чем тяжелее трасса, тем больше шансов у «УАЗа».
N: — На чем будете выступать в этом году? Не разочаровались в «УАЗах»?
М.Б.: — В прошлом году у нас были три машины — одна учебная и две «боевые». В этом году мы выходим с тремя «боевыми», двумя учебными. Еще у нас есть секретное оружие — на стапелях стоит совершенно новая «Нива-2123», сейчас ее монтируют в Тольятти. Планируем на ней поучаствовать на этапе чемпионата мира, который будет проходить в России. Мы ее с трудом купили — их пока выпущено чуть более тысячи и стоит она 13 тысяч долларов. После всех доработок будет оцениваться в 30 тысяч.
N: — Как оцениваете свои шансы в этом году?
М.Б.: — Мы здорово подтянулись, получили колоссальный опыт в пилотировании, тренируемся два раза в неделю на Чалтырьской балке. Готовиться начали еще с октября прошлого года. Но всегда в последние два-три дня обнаруживается масса недоделанного. Сегодня была проблема — не могли найти грузовую машину, чтобы отвезти «УАЗы» в Санкт-Петербург. Раньше две машины возили, теперь прицеп побольше нужен. Поскольку машины «боевые», своим ходом им ездить противопоказано.
N: — Кто будет выступать за новую команду?
М.Б.: — Я занял место покойного Владимира Цоя, до этого я сидел у него в штурманском кресле. Из прибавлений — Сергей Суховенко и Игорь Шевчук, они тоже едут на «УАЗике», то есть будут выступать три экипажа. Бюджет выезда на чемпионат России в этом году у нас 240 тысяч рублей.
N: — А сколько можно выиграть?
М.Б.: — В прошлый раз выиграли ватные одеяла. Не в стоимости призов дело.
(В это время подъехали Александр Олейников и Андрей Реук.)
N: — Александр Владимирович, вы уже однажды стали родоначальником ростовского каратэ, по крайней мере сегодня этот вид спорта в Ростове ассоциируется с вашим именем. Как вы относитесь к тому, чтобы проделать то же самое с автоспортом, надо же кому-нибудь начинать?
А.О.: — Ну, не преувеличивайте. Я был одним из основателей (сегодня Александр Олейников президент ростовской ассоциации каратэ кекусинкай. — N). Пока мы команда единомышленников, которая занимается общим делом. Это, что называется, наша инициатива снизу. К тому же вид спорта специфичный: с одной стороны —дорогой, с другой — требует профессионального подхода. Не физкультура, другими словами. Так что выходить с инициативой какого-то официального признания рано — пока не соберется достаточного количества людей, которые хотят этим заниматься и могут себе это позволить.
N: — Но в Ростове, наверно, немало людей, которые могут себе это позволить?
А.О.: — Пока их недостаточно. Я знаю человек двадцать, а речь должна идти о сотнях. Пока все это на уровне клуба. Количество людей, готовых вкладывать деньги и заниматься этим, ограничено. После того как мы о себе заявили, нам позвонили несколько человек, но дальше звонков дело не пошло.
М.Б.: — С другой стороны, клуб расширился, превратился в юридическое лицо с директором и бухгалтером, появились новый экипаж, механики. А автоспорт никогда не станет массовым. Можно говорить только о том, что сейчас в Ростове формируется профессиональный спортивный клуб.
N: — Сколько нужно денег и что нужно уметь, чтобы в него вступить? И вообще, насколько вы открыты?
А.О.: — Есть два пути: человек приходит со своей машиной и берет на себя бремя содержания всего имущества, но можно попробовать себя и при отсутствии такой возможности.
М.Б.: — Для вступления собираемся разработать первый вариант — систему членских взносов. Здесь важно определиться: ты член профессиональной спортивной команды со своим автомобилем. Это не все могут себе позволить. Второй путь, которому мы будем очень рады, — просто стать членом клуба и принимать участие в тренировках. В перспективе мы можем даже приглашать пилотов и платить им за выступления за нашу команду.
А.О.: — Кроме того, у нас есть тренировочные машины, которые позволяют сделать учебную группу и дать возможность любому желающему водить машину в экстремальных условиях. Если будет получаться, то можно думать об участии в профессиональной команде.
N: — То есть обычный спорт, только гораздо дороже?
М.Б.: — Ну, как сказать. Автоспорт, конечно, дорогой вид спорта, но все же не самый. Взять тот же гольф: казалось бы, ничего особенного, а денег требует огромных.
А.Р.: — Мне кажется, что если каждый отец, перед тем как привести сына в ДОСААФ, привезет его на полигон проехать по кругу, это на всю оставшуюся жизнь станет осознанным и серьезным делом. Когда я приезжаю после гонки, у меня невероятное ощущение ответственности и понимания того, что происходит на наших дорогах. Я думаю, со временем вокруг профессионального ядра должна появиться школа — нормального чемпиона нужно растить с пеленок.
А.О.: — Я в последнее время даже стал пристегиваться в обычной машине, накувыркавшись в «УАЗах».
М.Б.: — Кстати, вспомнил историю про острые ощущения. Летом я ездил с сыном в Испанию и катался с ним на «американских горках». Там есть такая услуга: в самый пиковый момент тебя фотографируют с выпученными глазами. Смотрю на свою фотографию — обычное лицо, никаких эмоций. Второй раз попробовал на «хвосте дракона» — самая большая горка в Европе. Смотрю на фотографию — опять с обычным лицом сижу, ловлю свои очки. После этого понял: после наших «УАЗиков» на аттракционы мне путь заказан.
Антон Кобец
|