ВЛАСТЬ И БИЗНЕС
Елена ВОСТОКОВА
Во многом темпы и качество развития малого бизнеса в районах зависят от понимания проблем предпринимательства представителями местной власти. И каким бы несовершенным ни было федеральное законодательство, именно от действий органов местного самоуправления малый бизнес страдает больше всего. Постоянные читатели нашего еженедельника, наверное, знают, что в текущем году в районах области открывались дома малого бизнеса. В репортажах с открытия часто упоминались именно конфликтные ситуации между бизнесом и местной властью. Пожалуй, лишь в Тоншаевском районе глава местного самоуправления Анатолий Коновалов, увидев в малом бизнесе будущее района, пытается создавать условия для его развития.
Осенью, как планирует руководство областного фонда поддержки малого предпринимательства, работа по открытию домов малого бизнеса продолжится. А пока мы решили расспросить руководителя управления Федеральной антимонопольной службы по Нижегородской области Геннадия ГУДКОВА о самых распространенных административных барьерах, которые возникают перед представителями малого бизнеса.
— Нарушение закона “О конкуренции” со стороны чиновников сплошь и рядом. Возьмем, к примеру, самое известное строительство — возведение на площади Революции торгового центра. От представителей разного уровня власти мы слышим: железнодорожный вокзал — это ворота города, все должно быть красиво, поэтому мини-киоски, которые портят весь внешний вид, мы убираем. Имеют ли они на это право? Имеют. Если есть генеральный план застройки города, с которым знакомы сами чиновники и о котором предупреждены предприниматели. В соответствии с этим генеральным планом застройки должны быть и заключены договора с предпринимателями. Но в реальности дела обстоят совсем не так. Договора с предпринимателями заключаются бессрочные либо на очень короткий срок. Бывает и так: еще не закончился срок договора, а приходят к бизнесмену представители власти и требуют освободить земельный участок. Он уже деньги вложил, планы построил на пять лет... С этим никто не считается. Такие случаи повсеместны — когда чиновники совместно с представителями одного бизнеса ликвидируют другой.
К сожалению, предприниматели, торгующие на площади Революции, к нам не обращались. Они, наверное, уверены в том, что жаловаться бесполезно. Там такой уровень строительства... И мэр, и полпред выезжали на объект.
У нас, кстати, очень часто бывает так: наши специалисты уже приняли жалобу, начали ее рассматривать, а у предпринимателя начинаются осложнения с властью. И он нас “сдает” на полпути — забирает обращение. И, может быть, именно у этого предпринимателя та или иная проблема разрешится... Но общие тенденции сохранятся.
— Какова перспектива рассмотрения обращения в ваше управление?
— Мы рассматриваем заявление предпринимателя. Шлем уведомления органам власти о нарушении того или иного пункта закона. Если власть не предпринимает никаких действий, передаем дело в суд. Суд довольно часто поддерживает власть. В этом смысле у нас богатейший опыт.
— В конфликте, в котором оказались предприниматели на Советском рынке, суд оказался на стороне предпринимателей?
— Данная ситуация отличается тем, что большинство предпринимателей, торгующих на этом рынке, смогли объединиться. Практически все были недовольны повышением арендной платы и тем, как это было сделано. Они обратились к нам. Мы рассмотрели заявление: рынок остался, как известно, муниципальным, следовательно, арендную плату должны устанавливать муниципальные власти. Согласно уставу Нижнего Новгорода, должна ее утверждать городская Дума. Те же цены, которые были предложены предпринимателям, не были утверждены депутатами.
Мы написали письмо председателю городской Думы Карнилину с просьбой разобраться в ситуации. Прошло 4 месяца, с места ничего не сдвинулось. Кстати, некоторые депутаты через вашу газету намекнули предпринимателям на то, что городская Дума может принять еще большие арендные ставки... Предприниматели обращаются в суд. И судья предписал муниципальной власти в течение определенного срока разрешить ситуацию. Действия мэра в отношении предпринимателей, торгующих на Советском рынке, были признаны неправомочными. Но до сих пор городская Дума так и не рассмотрела арендную ставку для Советского рынка.
— За эти годы (вот уже больше 10 лет) количество жалоб на административные барьеры меняется? А их качество?
— Количество растет. Характер административных барьеров остается одним и тем же, по-прежнему барьеры создаются при лицензировании, аккредитации, при проведении конкурсов на закупки. Очень часто условия конкурсов таковы, что остается вписать фамилию одного лишь претендента. То есть конкурс под уже известного предпринимателя. Чиновники злоупотребляют при подписании бессрочных договоров аренды, при выделении земельных участков.
Возьмем, к примеру, межевание или приобретение земельных участков в собственность. Чтобы получить земельный участок в собственность, необходимо провести межевание земли, оформить паспорт на землю, на строительство. Как правило, у начальника района есть одна фирма, которая занимается межеванием. Хотя этим может заниматься и частная фирма. Отсюда такой разброс цен на межевание по области: от 600 руб. до четырех тысяч рублей.
При неизменном характере административных барьеров чиновники становятся более изощренными, используют более тонкие инструменты.
— Три года назад мы с вами говорили о таких искусственных барьерах, которые мешают здоровой конкуренции: машину с хлебом, произведенным в соседнем районе, просто не пускали. Сейчас как?
— Да, сейчас уже больше нет милицейского поста. Но динамика была такова: потом милиционеры стали спрашивать медицинские книжки, потом подключились местные санитарные врачи. А теперь... Вот последний пример.
Предпринимателю выделили земельный участок, он на нем установил мини-киоск. Договор был заключен на 4 года. До окончания договора к нему пришли и попросили убрать киоск с этого участка. Он не стал этого делать. Его предупредили: мы сами уберем. Так и сделали: привезли кран и увезли киоск в неизвестном направлении. Предприниматель его до сих пор найти не может. Оказывается, согласно генеральному городскому плану застройки здесь должно стоять что-то иное. Но прошло полгода, там так ничего и нет. По крайней мере, странно, что до заключения договора на 4 года чиновники не знали о генеральном плане застройки.
Подобного рода жалоб становится меньше, потому что жаловаться себе дороже. Чиновники этим пользуются. Вот канавинского предпринимателя убрали, полгода он ищет правды, разорился, кредиты не может возвратить.
— Когда мы с вами раньше разговаривали, чувствовался в ваших словах некий оптимизм, а сегодня...
— Рыночная экономика строится веками. А мы в рыночных условиях живем всего лишь лет 15. Мало еще времени прошло. Конечно, что-то внушает пессимизм сегодня. К примеру, у нас в России практически отсутствует мораль, нет у нас традиций, моральных принципов поведения на рынке.
Но вот мы с вами говорим об административных барьерах. А ведь это понятие сегодня тоже несколько поменялось, оно другого качества. Посмотрите, кто пришел сегодня во власть? Бизнес. Возьмите хоть губернатора, хоть мэров — нижегородского, арзамасского, кстовского. Все предприниматели. У них свои новые команды, в которых тоже есть предприниматели. И так фактически во всех областях. Уже, наверное, 70—80 проц. чиновников так или иначе были связаны с бизнесом. Да, раньше у чиновников, которые были партийны, номенклатурны, консервативны, с прямолинейными мозгами, забот о развитии малого бизнеса не было. Им сложно было вникнуть в рыночную экономику. Но сегодня совершенно другие чиновники. Из бизнеса. Теперь они занимаются развитием экономики области и города. И они сделают все, чтобы, во-первых, возместить издержки, которые они потратили на выборах. А, во-вторых, устранить с тех рынков, на которых они работали, своих конкурентов. Вот какая ситуация.
— Назовите районы, где главы районных администраций более или менее мудрые и развивают малый бизнес.
— Борский, Арзамасский, Павловский, Богородский, Навашинский, Выксунский. При этом количество жалоб — не показатель. В этих районах выстроены более цивилизованные отношения между властью и бизнесом. А другая крайность — Нижний Новгород, Дзержинск.
— Так исторически сложилось, что практически в каждом районе были, в некоторых есть и сейчас, так называемые бюджетообразующие предприятия. Ведь для рыночной экономики это не совсем верно? Если с этим предприятием что-либо случится, экономика района рухнет.
— В том, что в Навашино строят суда, а в Кстово занимаются нефтепереработкой, есть свои плюсы и минусы. Кстати, в некоторых американских штатах тоже есть такие крупные промышленные предприятия, которые составляют экономику того или иного штата. Но там уже развитой капитализм. А для переходного этапа, когда стабильности на рынке нет, иметь лишь одно предприятие, на котором бы работали 5 тысяч человек, рискованно. Я пять лет работал председателем чкаловского райисполкома и старался развивать многопрофильную, многоотраслевую экономику. Так сейчас выгоднее. Что востребовано рынком, то и надо развивать.
Пока мы должны создать условия для развития разного бизнеса — малого, среднего, крупного. Рынок сам отрегулирует, быть в том или ином районе одному крупному предприятию или нет.
Здесь есть еще вот какая опасность. Структуры московского бизнеса приобрели в ряде районов влияние на некоторые отрасли — птицеводство, мясомолочное производство и т. д. Хозяева, владельцы этих предприятий, находятся за пределами Нижегородской области. Некоторые главы и не знают, что права влияния на тот или иной бизнес ушли из района, а директора предприятий являются лишь наемными работниками у бизнеса московского. Таким образом из области уходит влияние на тот или иной бизнес. Это может отрицательно сказаться на экономике района, поэтому нужно уметь выстраивать отношения с новыми владельцами. Есть такие риски в Володарском, Павловском, Дивеевском, Балахнинском районах, где предприятия работают уже со стопроцентным московским капиталом. Сейчас есть риск того, что мукомольная промышленность уйдет из-под влияния нижегородских властей.
Что в области будет? Кто будет формировать зерновой рынок? Нефтепродукты уже ушли в Москву. И только “Лукойл” устанавливает порядок обращения товара здесь. Ничего в области не остается.
— Становимся придатком Москвы, вотчиной московской. И еще один вопрос не могу вам не задать: об инвестиционных взносах, которые платят предприниматели. Законны они или нет?
— Вопрос гораздо глубже и серьезней. Возьмем, к примеру, тех предпринимателей, которые сейчас хотят что-либо построить, допустим, жилой дом. Мы попросили мэрию дать нам информацию: кто сегодня хочет строить, на каких условиях. Потом обратились к самим застройщикам. Застройщики категорически отказываются дать нам какую-либо информацию. Говорят, что если они нам предоставят такую информацию, то не видать им вообще своего бизнеса, они могут стать банкротами. Потому что уже какие-то документы по тем или иным объектам ходят в мэрии, находятся на рассмотрении.
Таких застройщиков на сегодняшний день 120. Никто из них не получает больше 10 проц. земли под застройку в Нижнем Новгороде. Так что здесь нашей компетенции нет. А застройщики не хотят писать нам заявления. Значит, все нормально, цивилизованно? Пусть это отрегулирует сам рынок? Видимо, сегодня застройщикам нравится платить 28 проц. от издержек строительства одного квадратного метра в качестве инвестиционного взноса плюс 9 проц. за получение условий на согласование стройки с контрольными органами — пожарными, связистами. Они также платят 10 проц. за подключение к субъектам естественных монополий — вода, газ, электричество. И, таким образом, получается, что в стоимость одного квадратного метра включено 50 проц. издержек по барьерам! И все молчат! Почему? По двум причинам. Первая — потому что не хотят связываться. А вторая состоит в следующем: спрос на рынке есть на один квадратный метр стоимостью в 500—600 долларов. То есть на рынке эти предложения востребованы. А что касается строительства магазинов... Много ли нижегородских предпринимателей за это берется? Кто у нас сейчас строит?