Гуру валютного трейдинга доктор Александр ЭЛДЕР, материал о котором был опубликован в предыдущем номере “Курса Н”, провел в помещении театра Комедии мастер-класс по успешной работе на бирже. А. Элдер родился в Ленинграде, живет в США. Он директор собственной компании Financial Trading Inc. в Нью-Йорке. Успехи на валютном рынке сделали его человеком весьма состоятельным, что позволяет ему свободно передвигаться по всему миру и чувствовать себя непринужденно в любой обстановке. Об особой атмосфере российского общения грустит только будучи у себя дома, в Америке, где, по его словам, жизнь и бизнес более упорядочены. Любитель русской “баньки” — и в этом можно усмотреть какие-то исторические корни его биографии. Возможно, даже остатки российского менталитета. Призывает активно зарабатывать деньги, в чем, безусловно, прав. Талантливый человек, который живет так, как ему хочется. Только что выпустил книгу о своем путешествии по Новой Зеландии. В Нижний приехал в основном за тем, чтобы посетить квартиру-музей Андрея Сахарова.
— Доктор Элдер, расскажите, пожалуйста, как вы создавали свой бестселлер “Как играть и выигрывать на бирже”?
— Во-первых, я не знал, что это будет бестселлер. А писал я эту книжку путем битья головой об стену. Я сам учился трейдингу с большим трудом и совершал кучу ошибок. Читал все, что было о нем написано, и видел у авторов какие-то недостатки. Я писал книгу для себя и о себе — каким был 5 лет назад. Вышла она на английском языке в 1993 году, а начал я ее в 1989 году. Игра на бирже — это то, чем я занимаюсь профессионально. Приезд в Россию для меня просто экскурсия, повод вылезти из своей берлоги и посмотреть, как люди живут.
— Обычно те, кто консультирует бизнесменов, сами мало преуспевают в бизнесе. У вас, очевидно, совпадают как учение об успехе, так и его достижение? Вы следуете себе?
— Вы совершенно правы. Есть люди, которые пишут книжки, как делать деньги на рынках, и на самом деле их делают. Но таких очень мало. Большинство авторов не делают деньги в подтверждение своих теорий.
— Как создать свою механическую торговую систему?
— Я не специалист по механическим системам. Есть системные игроки, а есть так называемые “думающие”. По моему опыту, системные игроки успешны в большем проценте случаев. Но “думающие” более успешны для себя по деньгам. Я не люблю механические системы.
— Как вам удалось соединить психиатрию и биржевую игру?
— Я вырос в семье, где почему-то у многих мужчин было две профессии. Дядя, к примеру, был врач и адвокат. И всегда это считалось нормальным. Психиатрия меня интересовала с подросткового возраста. Но где-то к 35 годам я понял, что просек ее так, как мало кто, и знал, что я один из лучших психиатров в Нью-Йорке. Больше вершин в этой профессии для меня не осталось. Что делать дальше? Шлифовать, улучшать немножко свои знания и опыт, что-то добавлять к ним? В психиатрии я ощущал себя настолько же компетентным, насколько сейчас в трейдинге. И мне стало скучно.
— Как вам удалось разобраться в психологии толпы?
— Любая толпа опускается до уровня своего самого глупого члена или немножко ниже. Шотландский философ Маккей как-то сказал: “Люди сходят с ума в толпе, а приходят в себя поодиночке и очень медленно”. Толпа огрубляет человека. Любые страшные, тяжелые события всегда происходят в рамках толпы. Анализировать ее гораздо проще, чем отдельного человека. Он может изобрести какой-то фокус, а толпа примитивна.
— Ваша методика применима не только к биржевой игре, но, видимо, и ко всем массовым явлениям, допустим, митингам, демонстрациям.
— Демонстрации на рынке происходят или за меня, или против меня.
— Как психиатр вы уже не практикуете?
— Я занимаюсь психиатрией примерно четыре-пять часов в месяц.
— Какие индикаторы для вас самые важные?
— Я пользуюсь очень небольшим числом индикаторов. Подхожу к этому как к линейной винтовке, куда заходит пять патронов. Считаю, что трейдеру не нужно больше пяти индикаторов. У меня есть свой набор, который я люблю. Но это набор одного человека, и не значит, что он для всех. Есть люди, которые будут пользоваться другими индикаторами. Я просто хочу показать, что торговая система в принципе должна быть простой. Высокое образование, сложная система не помогают, а, наоборот, мешают трейдеру.
— Какой смысл в вашей системе именно трех экранов?
— Можно вести машину, глядя на дорогу только одним глазом. Но человек, который смотрит на нее тремя глазами, имеет определенное преимущество — глубина зрения уже другая. Система трех экранов заключается в том, что трейдер принимает решения, глядя на рынок в трех временных диапазонах. Для меня это один из абсолютно ключевых моментов подхода к биржевой игре.
— А почему три экрана, а не, допустим, пять?
— Слишком много.
— А два слишком мало?
— Двух может хватить. Одного точно мало.
— Некоторые аналитики говорят, что российский фондовый рынок настолько мал, что может в один прекрасный момент схлопнуться.
— Скорее, наоборот — он может надуться. Рынок маленький, на него приходят среднего размера игроки. Сейчас на Западе очень боятся российского рынка. В прессе, когда речь идет о России, на первой строке ЮКОС. Если дело решится более-менее нормально, то в российскую экономику пойдет приток средств.
Макроэкономика — не стихия А. Элдера. Он делает реальные деньги. И превосходно пишет об этом. Его хочется цитировать. Вот ряд блестящих эскизов.
Об интуиции: “Трейдер не имеет права на интуицию, пока он как минимум 1,5, а лучше 2 года успешно, прибыльно не проработает на рынке. Потому что обычно это не интуиция, а просто свербит чего-то. Интуиция — это право опытного трейдера”.
О среднем американском трейдере: “По статистике, это 50-летний женатый мужчина, бизнесмен либо человек свободной профессии, сделавший деньги и теперь избыток этих средств приносящий на финансовые рынки. Это социальный портрет. Но есть еще и другой. Допустим, мужику 50 лет. Он смотрит на себя и понимает: высокие профессиональные цели, которые были поставлены в молодости, им не достигнуты. Жена ему обрыдла, но на развод денег нет. С детьми контакт потерян, они с ним контактируют только когда им деньги нужны. Прекрасные девушки из журнала “Плейбой” так и остаются на фотографиях, они ему недоступны. Печальные мысли день за днем — и ничего, кроме работы. И вдруг человек узнает про финансовые рынки, набирает номер [компании] и говорит [дает поручение]: купи мне 5 йен. И вдруг рынок в цвете, йена идет вверх или вниз. Он жив! Но это гораздо менее популярный и известный портрет. Я считаю, что он верный”.
О трейдерах-женщинах: “Это гораздо более привлекательный портрет. Женщин на рынке гораздо меньше, хотя их число прибывает. Процент успешных трейдеров среди них ощутимо выше, чем среди мужиков. Общее у многих успешных женщин-трейдеров то, что в детстве у них были хорошие отношения с отцами, они не были отправлены на кухню — “мой посуду с мамой”, а им было как-то показано, что работать — это интересно”.
По словам А. Элдера, у него нет никакого желания писать беллетристику. И все-таки он великолепен в жанре биржевого романа. И не только. Его устные, как бы мимоходом рассказы — уже как бы художественная проза. Вот как, например, он вырисовывает детали своего возвращения домой из России: “Все! Наелся впечатлениями о России, пора обратно. Сажусь на самолет, лечу в Нью-Йорк, сажусь в Кеннеди — грязь, газеты летят через взлетное поле. Я — дома, мне хорошо, я приехал. Все организовано, квартира блестит, все чисто, тыр-пыр... Ах, как не хватает России, общения!”.
Частный инвестор Сергей Кузнецов уже давненько играет на ММВБ и РТС. А доступ на эти биржи ему предоставляет компания “Брокеркредитсервис”. Как утверждает сам Сергей, он больше самоучка, учился и по Элдеру. Почему стал клиентом БКС? Здесь, говорит он, гибкий график по комиссиям, достаточно хорошее предоставление отчетности и можно работать на нескольких рынках. В Российской торговой системе БКС дает возможность оставлять свои заявки, чего не скажешь о большинстве других компаний, которые работают только по своим котировкам. Сергею КУЗНЕЦОВУ я задал актуальный сегодня вопрос о создании собственной торговой системы.
— Я среднесрочный инвестор, — ответил он, — и нахожусь в позиции по определенной акции от полугода до полутора лет. Стараюсь как бы в соответствии с теорией волн Элиота найти бумагу, которая еще не совершила третьей волны, то есть находится где-то в состоянии второй. И пытаюсь получить прибыль за счет использования именно третьей волны. Причем акцию стараюсь выбирать на основе, как правило, каких-то фундаментальных показателей и технических характеристик.
— Какую же фишку вы в данный момент облюбовали?
— Я пока нахожусь больше в бумагах “Лукойла” и из этой позиции не вышел. Сейчас я наметил для себя еще одну перспективную акцию, которая тоже должна показать достаточно сильное движение. И если я продаю какую-то часть бумаг “Лукойла”, то, соответственно, покупаю другие фишки, применяя так называемый ротационный принцип. Какие-то успехи у меня есть. Если брать последние два-три года, то я прекрасно “прокатился” на “Лукойле”. Цена его бумаг выросла от 320 до 520 руб. Потом на РАО “ЕЭС” (от 3.50 до 6,50—7 руб.). Затем снова хорошо показал себя “Лукойл”. Я вошел в рынок, когда акции этой нефтяной компании стоили 520 руб. Сейчас их ценовой уровень поднялся до 1 тыс. руб. Обычно я беру плечо один к одному. Большее моя торговая система не позволяет использовать. Я открываюсь даже с меньшим плечом, и если игровая ситуация позволяет, то увеличиваю его.
— В вашей торговой системе пока не очень заметно влияние Элдера, хотя вы и впитали его методику. Или я не прав? Принципы теханализа одинаковы как для валютного, так и для фондового рынка. Может быть, вы пошли своим путем?
— Говорить о том, что я играю строго по Элдеру, наверное, нельзя. Элдер создал методику больше для интрадейщиков, людей, которые играют на более коротких колебаниях рынка. Краткосрочные инвесторы еще могут ее как-то использовать. Тем не менее Элдер, по большому счету, является для нас, российских трейдеров, как бы классиком. Он действительно прекрасный психолог и помогает правильно сориентироваться на игровом поле, открытыми глазами смотреть на рынок. Но всякая теория не абсолютна, и есть люди, которые играют против теории. И сама методика Элдера приводит к таким выводам.
Я не сторонник ни большого, ни малого числа индикаторов. В своей системе пытаюсь использовать, во-первых, теорию волн Элиота. Во-вторых, стараюсь просчитывать целевые уровни, чтобы определить, куда движется рынок. В этом случае начинаешь как бы уменьшать свой пакет и на каком-то откате входить в альтернативную бумагу. Строгое следование любой теории, с моей точки зрения, может привести к самым негативным последствиям. Любую идею нужно адаптировать под себя.
Конечно, знание классических теорий, таких, как у Элдера, совершенно необходимо профессиональному игроку, чтобы, может быть, где-то даже выступать и против них. Допустим, теория дивергенции Элдера дает отличный инструмент анализа, и ее применение настолько индивидуально, что надо постараться увидеть рынок глазами большинства участников, а принять решение, может быть, исходя уже из подсказок собственной торговой системы.
— В вашем портфеле есть акции нижегородских предприятий?
— Я стараюсь, как правило, покупать бумаги недооцененных предприятий, у которых есть перспектива роста. Как правило, через 1,5—2 года они дают доход, сравнимый с рынком высоколиквидных акций. Мы уже прошли тот период, когда в стране было дикое распыление денег и многие активы превращались в пыль. Сейчас экономика на подъеме, и интерес к эмитентам второго и третьего эшелона заметно растет. Это связано и с изменением оргструктуры компаний. Допустим, после решения Руспромавто сделать ГАЗ своей центральной фишкой, передав ему контрольные пакеты автобусных и других предприятий, акции Горьковского автозавода могут в ближайшие годы попасть в первый эшелон и начать торговаться наравне с самыми высоколиквидными бумагами. В этом не будет ничего удивительного.
— Вы постараетесь построить механическую торговую систему?
— В прямом виде нет. Многие трейдеры пытаются строить механические системы, и я положительно отношусь к их попыткам. Но основная проблема, с которой они сталкиваются, — быстрое изменение рынка. И механические системы приходится постоянно модернизировать. К тому же такая система в принципе должна исключать человека из процесса принятия решения, а это не соответствует моим представлениям о биржевой игре. На самом деле, техническая система должна давать какие-то сигналы. А окончательное решение остается за трейдером, который может пользоваться при этом и другими дополнительными источниками. Такой подход, считаю, дает более эффективный результат.
— Какие акции, на ваш взгляд, сейчас можно покупать?
— С моей точки зрения, в данный момент время для покупки бумаг как бы уже закончилось. По крайней мере, для инвесторов. А для спекулянтов оно, может быть, еще и продолжается. Можно пытаться играть на каких-то коррекционных движениях или на коротких позициях. Инвестору надо учитывать сезонные факторы. Весной, как правило, цены достигают своих максимумов. И сейчас покупать высоколиквидные бумаги надо, наверное, очень осторожно. Если говорить о втором и третьем эшелоне, то, вероятно, можно еще найти какие-то акции для покупки.
— Какие у вас ожидания?
— Я жду высоких цен, когда можно зафиксировать свою прибыль и на время выйти из рынка.