УСЛУГИ
Владимир ЦВЕТКОВ
В № 23 журнала “Деньги” (14.06—20.06.2004 г.) опубликован рейтинг крупнейших инвестиционных компаний России по объему операций с ценными бумагами, а также крупнейших операторов рынка акций, биржевых операторов и посредников на фондовом рынке. Подавляющее большинство фигурантов рейтингов — это, конечно, московские и петербургские компании. Но среди названий регионов можно увидеть Новосибирскую, Челябинскую, Свердловскую, Калининградскую, Пермскую, Омскую, Тюменскую, Самарскую и даже Тульскую, Курганскую, Воронежскую, Ярославскую области, город Орел, такие территории, как Ханты-Мансийский АО, Саха (Якутия), Татарстан, Приморский край, Башкортостан.
В то же время столицы ПФО вы не найдете ни в одном общероссийском рейтинге по итогам 2003 года. Даже среди крупнейших региональных инвестиционных компаний по объему операций с ценными бумагами нет ни одного представителя Н. Новгорода. Приволжский федеральный округ представляют четыре фирмы из Татарстана, три из Самарской области, две из Башкортостана и одна из Пензенской области.
Итоги первого квартала 2004 года не внесли в общероссийский рейтинг почти никаких изменений. На первом месте по-прежнему “Брокеркредитсервис” (Новосибирская область), а на втором ГК “Тройка Диалог” (Москва). “ВЭО-Открытие” (Москва) с третьего места переместилось на седьмое, уступив землякам из “Объединенной финансовой группы”. А “Вэб-инвест. ру” (С.-Петербург) с восьмого места поднялась на четвертое. В рейтинге указаны не обороты собственно компаний, а обороты их клиентов, которые самостоятельно управляют своими активами, используя при этом брокера как посредника для доступа к бирже.
А где же нижегородские компании, которые раньше как-то тревожили слух? — спросит читатель. С таким же вопросом корреспондент “Курса Н” обратился к начальнику отдела ценных бумаг Нижегородского филиала банка “Церих” Константину ДОМАНОВУ.
— Это не совсем рейтинг, а, скорей, таблица лидеров по оборотам на фондовых биржах России, в первую очередь, РТС и ММВБ, но посмотрим на то, что есть. Мы помним, что в Нижнем Новгороде в период приватизации было достаточно много инвестиционных компаний, и занимались они в основном в то время скупкой акций у населения для их дальнейшей перепродажи либо напрямую инвестору, либо в Москву. Начиная где-то с 2000 года, когда появились системы интернет-трейдинга — удаленного доступа к торговым площадкам ММВБ, а физлиц, владеющих акциями, стало мало (хотя уличная скупка в мизерных масштабах продолжается и сейчас), деятельность компаний подобного рода стала не такой прибыльной, как раньше. Они, конечно, существуют и продолжают заниматься скупкой, но предоставлять услуги интернет-трейдинга, то есть доступа на биржи — это совсем другой бизнес. И наши нижегородские компании просто вовремя, по всей видимости, не подсуетились и не успели войти в него.
Доступ к бирже организован через Интернет, и сейчас совершенно никакого значения не имеет местоположение компании, нет разницы, в каком регионе они находятся. Кто первый успел начать заниматься интернет-трейдингом, тот сейчас и является лидером по оборотам. И мы видим, что им на ММВБ стала новосибирская компания “Брокеркредитсервис”, которая одной из первых начала применять новую систему. В то же время классические инвестиционные компании российского масштаба, такие, как, скажем, “Тройка Диалог”, “Атон”, очень долго не хотели признавать интернет-трейдинг. Они привыкли работать с очень крупными клиентами, и подача заявок на торговую площадку всегда производилась, естественно, либо по телефону, либо при личном общении. И эти компании не хотели, по-видимому, распыляться на услуги для физических лиц или, может быть, маленьких фирм, которые стремились работать на фондовом рынке.
За счет этого компании из регионов, которые вовремя подсуетились и подключились к системе интернет-трейдинга, вышли в лидеры по оборотам. А к моменту, когда и “Тройка Диалог”, и “Атон”, и прочие монстры нашего рынка стали предоставлять эту услугу, естественно, основная масса клиентов уже разбежалась по другим всевозможным компаниям. Для меня наиболее известны “Брокеркредитсервис”, ВЭО “Открытие”, которое одним из первых с апреля 2000 года стало предоставлять услуги. Это, безусловно, компания “Вэб-инвест. ру”, возникшая немножко поздней, а также ИК “Финам”. Челябинская и пермская компании, занимающие 14 и 16 места в рейтинге, тоже, видимо, вовремя успели набрать определенное количество клиентов.
Дело в том, что брокерский бизнес достаточно затратный и оправдывать себя начинает только при определенном количестве клиентов и оборотов. Ведь брокер, предоставляющий такую услугу, живет не за счет того, что рынок вырос или упал, а за счет оборота своих клиентов. Чем больше обороты, тем больше его прибыль. И когда все эти компании прорвались на рынок, то первое, что они сделали, — стали выставлять демпинговые цены на свои услуги. Те же “Брокеркредитсервис”, “ВЭО-Открытие”, “Веб-инвест. ру” снизили уровень комиссии до минимально возможного, сводя практически к нулю уровень рентабельности. То есть при достаточно больших оборотах на бирже комиссия у некоторых компаний составляет одну сотую процента. В то время как до появления системы интернет-трейдинга стандартная комиссия составляла полпроцента с оборота. Практически цена упала в 500 раз. На самом деле, средняя цена комиссии составляет сейчас где-то от 0,5 до 0,1 проц. с оборота при работе через систему интернет-трейдинга.
Так что нет ничего удивительного в том, что нижегородские компании не представлены в опубликованном журналом “Деньги” рейтинге. Насколько мне известно, непосредственно брокерские услуги из местных финансовых институтов предоставляет только НБД-Банк. Может быть, есть кто-то еще, но мне это неизвестно. Зато достаточно широко на этом рынке представлены филиалы московских банков и инвестиционных компаний. Они совершенно спокойно завоевали региональный рынок, и появление на нем каких-то классических, чисто нижегородских компаний вряд ли особо целесообразно.
— Почему же наши компании опоздали? Из-за лени?
— Немножко не так. Когда это все появлялось, был 2000-й год. А тогда были первые выборы В. Путина, был всплеск активности на фондовом рынке после дефолта 1998 года, и тот год был отмечен активизацией скупки акций предприятий в Нижегородском регионе. Вспомните ЗМЗ в 2000 году. Был колоссальный рост бумаг этого предприятия, появилось огромное количество желающих их продать и огромное количество желающих их купить. То был период времени, когда все силы были брошены на скупку акций у населения. И это было гораздо выгодней и надежней. Тем более что как раз после дефолта в Нижегородском регионе было не очень много жаждущих продавать и покупать ценные бумаги через биржу. В такой ситуации наши компании, может быть, проявили определенную недальновидность, но тем не менее продолжали заниматься классическим на тот момент времени рынком акций.
А, скажем, новосибирский “Брокеркредитсервис” в это время активно искал клиентов по всей стране. И я это прекрасно помню. Его сотрудники звонили в Нижний, и мне тоже звонили с предложениями в 2000 году. И сейчас у компании достаточно большое количество мелких клиентов, которые дают большой оборот. Но когда мы смотрим на рейтинг чисто РТС, то там немножко другие лидеры. Там лидерами по обороту являются те компании, у которых приоритетом пользуются крупные клиенты, имеющие большие денежные средства.
— Вероятно, повлияло и географическое положение Н. Новгорода.
— Конечно. Московские компании близко, и поэтому не было необходимости в создании каких-то отдельных структур. Москве достаточно легко было открыть здесь любой филиальчик своих компаний, которые быстро захватили рынок. А после этого уже поздно было суетиться. У нас было достаточно много инвесткомпаний, они и сейчас есть, и, возможно, они активно работают на рынке.
— Но как-то уже не так заметно.
— Если учитывать строгую систему лицензирования, всевозможные проверки со стороны ФКЦБ, то нашим компаниям, оказывающим посреднические услуги, зачастую, может быть, проще использовать в качестве сопартнера кого-нибудь из тех, кто уже все это имеет, включая необходимые лицензии и соответствующее программное обеспечение. Нижегородцы вполне могут привлекать для них клиентов, скажем, за половину комиссии. Многие на это идут.
— Как вы считаете, можно ли компании, которые работают с мелким клиентом, отнести как бы к малому бизнесу фондового рынка?
— Здесь, скорей, деталь имиджевой политики. Например, нежелание “Тройки Диалог” работать со всеми мелкими клиентами. Не думаю, что здесь что-то в будущем изменится, и, допустим, тот же “Брокеркредитсервис” вдруг объявит, что клиентов с суммами меньше 50 тыс. долларов он принимать не будет. Нельзя назвать этот бизнес малым. Обороты большие, но ведь с них и прибыль идет.
— А, может быть, для поддержания, так сказать, имиджа столицы Поволжья стоило бы создать чисто нижегородскую компанию с большим оборотом акций?
— А зачем? Имиджа в этом, по большому счету, никакого нет. Это ведь не то, что компании, которые что-то инвестируют, как-то перераспределяют средства. Это просто компании, набравшие наибольшее количество активных клиентов по всей стране для работы на бирже. И от того, что, допустим, у меня больше клиентов, спекулянтов, Нижегородская область получила бы какой-то плюс? Да нет. Хотя, конечно, наш регион лет пять назад гремел на всю страну, а сейчас...
— Звучит как бы под сурдинку.
— Первая система интернет-трейдинга, которая появилась, была разработана Сибирской валютно-фондовой биржей. И до сих пор “Квик” — самая популярная и распространенная интернет-система торговли. Нижегородская валютно-фондовая биржа тоже побеспокоилась и создала систему интернет-трейдинга “ИТС”, отличающуюся от “Квика”. И здесь ей как раз, может быть, немножко не повезло в том, что не было у нас в тот момент такой же активной компании, как “БКС”, которая бы могла, используя эту систему, быстренько продвинуться на рынок и заодно закрепить разработку НВФБ, сделав ее не менее популярной. В результате господство закрепилось за “Квиком”. А раскрученную программу легче и поддерживать, и дополнять. Да, мы упустили в свое время создание такой компании в Нижегородском регионе. Что же, так получилось. Пытаться создавать ее сейчас? Можно. Но нужны очень большие финансовые вложения. А зачем? Гораздо проще, например, перекупить какую-нибудь из уже имеющихся. Это обойдется гораздо дешевле, чем создавать компанию с нуля, продвигать ее брэнд, привлекать клиентов.
— Теперь игровое поле общее, и любая ситуация мигом отражается на всех участниках. Кто свой, кто чужой — какая для рынка разница. После того, как Фрадков тормознул реформу РАО “ЕЭС”, в частности, продажу ОГК, а также либерализацию торговли акциями Газпрома, котировки компаний резко ушли вниз.
— Честно говоря, я ожидал большего. Падение цены по РАО “ЕЭС” составило порядка 10 проц. Это не так много, особенно если учесть, что падение произошло на пике роста. И сейчас цены на бумаги РАО всего лишь трехнедельной давности. Обычно после безрезультативных заседаний правительства страны касательно продолжения реформы энергохолдинга глубина падения котировок была 6—7 проц. Классический вариант. Я все-таки считаю, что потенциал снижения у акций РАО еще достаточно велик. Что касается бумаг Газпрома, то все равно и после снижения они находятся на достаточно высоких уровнях. Перед заседанием правительства Газпром вырос за пару дней на 10 проц., а сейчас обратно отыграл это увеличение. Цена за одну акцию была 66 руб., а теперь вернулась на 60 руб. Ну что в этом страшного? Ничего практически не произошло.
— Как рынок объясняет позицию правительства по отношению к реформе энергохолдинга? Верней, ее неопределенность.
— Кто чем. Данных нет, одни домыслы. Все это на уровне слухов и сплетен. На самом деле, как я думаю, реформа РАО — настолько серьезная процедура, что если сейчас допустить ошибку, то потом придется долго и болезненно за нее расплачиваться. Конечно, энергетика находится в таком состоянии, что ее необходимо реформировать, чем быстрей, тем лучше. Но какое-то время она и в сегодняшнем виде может просуществовать. А сделаешь неверный шаг — возможно, будет хуже. Ну кто хочет брать на себя ответственность? Так что реформа откладывается. И здесь вопрос не в акциях, не в спекулянтах, не в миноритариях, а действительно в том, что будет с электроэнергетикой.
— В. Путин одной фразой по поводу ЮКОСа сильно всколыхнул рынок, не дав ему уйти в летнюю спячку.
— Летняя стагнация, похоже, начинается. Обороты все-таки резко упали. Глобальных новостей, способных двинуть рынок вверх, вроде бы не предвидится. Цены на нефть пошли вниз, и достаточно прилично — с 40 долларов за баррель они опустились до 33. Так что ожидать большого притока выручки не приходится. И вниз рынку идти вроде бы особо не с чего. Ну, и операторы, в общем-то, фиксируют позицию и уходят в отпуска.
Ситуация с ЮКОСом, пусть плохо, но более-менее разрешилась. Во вторник окончательно вступило в силу решение по поводу штрафов, наложенных на компанию. В течение 5 дней ЮКОС должен выплатить деньги. Посмотрим, как он это сделает. А дело Ходорковского — это уже как бы не дело компании, а, в общем-то, конкретного физического лица и довлеть над рынком не будет. Главное, что перестали переносить суды, потому что на рынок больше всего влияет неопределенность.