|
|
|
Тацинский район — одна из немногих административных единиц, где у власти находится представитель либерально-демократической партии. Пожалуй, во всей России, за исключением Псковской области да этого района, подобных примеров нет. Первый срок правления здешнего главы администрации Олега Малышкина подходит к концу. Есть повод подвести некоторые итоги либерально-демократических реформ в одном отдельно взятом районе области.
Четыре года назад в пору предвыборной борьбы за пост главы местного самоуправления в район высадился десант ЛДПР. Основным оппонентом действовавшего тогда главы был бывший тренер местной футбольной команды, а позже начальник охраны Владимира Вольфовича Жириновского Олег Александрович Малышкин. Предвыборные обещания подкреплялись весомым в глазах многих станичников аргументом — водкой. Многих очаровали энергия кандидата и его нестандартный подход к разрешению проблем — сегодняшние недруги часто признаются, что отдавали свои голоса за него. Обещания тоже были самыми радужными — поднять район, ликвидировать долги, дать населению работу, улучшить социальную сферу, сделать район бездотационным.
| |
 |
| Глава администрации Тацинского района Олег Малышкин. [фото михаила мальцева] |
Бездотационным район действительно стал, только почему-то и число жалоб областному руководству также увеличилось. Понятно, что власть не может быть хорошей для всех, что постоянно подчеркивают защитники Малышкина. Правда, отмечают они и то, что большинство жалоб исходит не от пенсионеров и бюджетников, а от собственников и предпринимателей. Неясно, то ли собственники в районе такие сварливые, то ли не нравятся им методы Олега Александровича. Жалуются, конечно, и бюджетники, что вполне закономерно в ситуации, когда в самообеспечивающемся районе не работает главное налогообразующее предприятие — спиртзавод. Во время визита Владимира Жириновского в Ростов и его встречи с губернатором поднималась и тема Тацинского района. Судя по всему, была достигнута договоренность, что область поможет районному главе рассчитаться по долгам.
В редакцию N пришло письмо от колхозников КСП «Луговое», по сути, повторяющее жалобы, адресованные губернатору и министру сельского хозяйства Ростовской области. Корреспондент N счел необходимым оценить ситуацию непосредственно на месте. Удалось узнать и о видении ситуации с высоты областной администрации в лице председателя комитета по взаимодействию с органами местного самоуправления Валерия Зинченко, и мнение самого Олега Малышкина.
Район сложно назвать окраиной — от силы три часа езды от областного центра. Центральные улицы станицы выглядят совсем по-городски — бульвар, добротные здания суда, администрации, прокуратуры. Здание райвоенкомата вообще оформлено на высшем уровне — с танком-мемориалом на постаменте. Все чисто и опрятно, мало чем отличается от других райцентров. Пять-десять минут ходьбы — и уже можно увидеть мирно пасущуюся живность. Предполагаемого запустения не видно. Только потом возникают некоторые детали: то ли строящиеся, то ли недостроенные участки газопровода, раза четыре в сутки отключают свет, многие здания отапливаются углем. В районной газете пишут исключительно об успехах, будто проблем и нет вовсе. Есть и положительные изменения, например хорошие дороги, столь непривычные для провинции. Здесь существует официальный вид спорта — футбол. Местные жители с улыбкой вспоминают еженедельные поединки между командой председателей совхозов и глав сельских и поселковых администраций.
Регулирование базарной экономики
Гордость районных властей — самые дешевые продукты (хлеб по три рубля за булку), льготный уголь по 250 рублей за тонну. Уголь, правда, станичники предпочитают обычный, утверждая, что льготный — это прессованная пыль из отстойников, которая мгновенно прогорает и тепла почти не дает. Хлеб популярностью пользуется, но почему-то в качестве корма для свиней — то ли сакраментальное отношение к хлебу в наше время исчезло даже у крестьян, то ли его качество их все же не устраивает. Говорят, в свое время Олег Александрович лично контролировал ситуацию на рынках, изгоняя спекулянтов и перекупщиков — зачастую соседей из других районов, в полной мере не проникшихся местной экономической политикой. «Малышкин ходит по рынку и сметает с прилавка товар тех, кто продает дороже назначенной им самим цены, — жалуются станичники. — А почему я должен продавать дешевле? Ты, прежде чем цену устанавливать, сам попробуй свинью вырастить — во сколько это тебе обойдется?»
В областной администрации считают так:
— Если по закону и по совести, то, регулируя цены на рынках, районный глава не прав. Но другое дело, если это действительно помогает бороться с перекупщиками. Эта ситуация двоякая: если взглянуть с другой стороны, глава постоянно бывает на рынках, ведь не для себя он это делает — для людей старается. Он объясняет свою политику тем, что создал внебюджетный фонд, в который все хозяйства сдают часть урожая. В соответствии с этим он и определяет цену на хлебобулочные изделия. Доходит до того, что хлеб скармливают скоту. Ну, тогда резонно и цены на производную продукцию (молоко и мясо) устанавливать. Да, качество хлеба оставляет желать лучшего, но есть же и другой хлеб — по четыре и по пять рублей.
Олег Малышкин, оказавшийся очень схожим манерами, жестикуляцией и интонациями с лидером ЛДПР, прокомментировал это N более лаконично:
— Кто вам такое сказал? Пусть продают по сколько хотят — мне все равно.
Нелюбимый колхоз
От райцентра до КСП «Луговое» километров двадцать. На фоне остальных хозяйств бывший совхоз имени Орджоникидзе смотрится удручающе. Когда он был преобразован в паевое общество, финансовое состояние совхоза было далеко не самым благоприятным — большой и постоянно растущий долг, увеличившийся после засухи 1998 года. Те, кто попроворней, успели забрать свои паи в виде техники и прочего имущества и сейчас процветают на фермерских хлебах. Оставшиеся полсотни человек остались на положении заложников: в фермеры уже не уйти — технику не дадут, в родном совхозе доход около пятидесяти рублей в месяц. Многие выживают за счет стариковских пенсий. За три года в КСП сменилось семь председателей — получается, что при одном сеют, уже при другом убирают урожай, и второй за первого вроде и не в ответе. Один из председателей — Залим Абдурахманов. Как говорили корреспонденту N колхозники, он хоть и был в совхозе человеком новым, но сумел сплотить работников и попытался поднять совхоз. Договорился с банком, чтобы списали часть долга. В 1999-м засеяли почти все посевные площади, в следующем планировали расплатиться с долгами. Но местного главу не впечатлили эти начинания. Нежелание председателя отдать почти весь урожай в районный внебюджетный фонд и вовсе испортило отношения. Председателя сняли, назначили нового. Селяне рассказывают, что председателей хоть и снимают, но ни с кем это не согласовывают. По их словам, все происходит примерно так: приезжает на собрание глава и говорит: «Вот вам новый председатель». А разве с ним поспоришь?
В областной администрации корреспонденту N показали копию протокола заседания этого совета, в которой отмечено, что собрание единогласно высказалось за отставку председателя. Интересно, кто в таком случае писал письма в его защиту, отстаивал его перед местными властями и что за колхозники, в конце концов, общались с корреспондентом N (имена свои, конечно, просили не называть, опасаясь возможных последствий)? Пробовали колхозники ходить к Малышкину с просьбами, но диалог не клеится — все происходит, мягко говоря, на эмоциональном уровне по принципу: «я вам дал, я у вас и забрал». Сегодня у КСП опять новый председатель. По словам работников КСП, из 1000 возможных гектаров в этом году было засеяно 70, часть свинарников уже не подлежит восстановлению (оставшиеся — почти пустые), часть техники в полуразобранном состоянии...
Валерий Зинченко:
— Председатель КСП должен выбираться на общем собрании, как и в акционерном обществе. Глава может только высказать свое мнение или пожелание. Другое дело, как он это делает — в сдержанной форме или силовыми методами. Мы рассматривали эту жалобу. Вот протокол собрания — все проголосовали единогласно. Скорее всего, жалобы идут от самого председателя из-за обиды, что его сняли. Хотя не исключено, что и Малышкин мог эмоционально выражать свое мнение на собрании.
Как и следовало ожидать, у Олега Александровича по поводу «Лугового» отдельное мнение:
— КСП — это моя боль. Когда я пришел, хозяйства практически не было. Долг был около 7 миллиардов рублей (старых). Всю эту махину мы взяли на себя. Сейчас долгов осталось около миллиона. Мы со всего района собирали помощь для этого КСП, свиноферму построили, но специалистов не было. Почему так часто меняли председателей? Смотришь — этот нечестный человек, а этот работать не умеет. Все равно люди все решали, не мы. Мы им просто помогали.
Местная власть и милиция
Отношения с милицией у главы стали портиться после триумфальной поездки в Белгород на губернаторские выборы в поддержку Владимира Вольфовича. Сопровождавший Малышкина районный милицейский кортеж был там задержан. В результате — скандал. Многие в райотделе чуть не лишились своих погон. Но дело замяли. Бывший начальник районной криминальной милиции, давший тогда разрешение на поездку, Владимир Фетисов, говорит: «Глава попросту обманул меня, сказав, что этот вопрос он уже согласовал с областью и мне спрашивать разрешения не имеет смысла». Кроме этого эпизода многие, в том числе и бывший начальник милиции Николай Маликов, вспоминают случаи, когда милицию использовали в качестве инструмента для давления — выезды с автоматчиками на отключение света, оцепление элеватора, с которым у администрации была финансовая тяжба.
На вполне резонный вопрос как именно Малышкин давил на милицию, Николай Маликов дал ответ:
— Да множество способов. Начиная от задержек зарплаты муниципальной милиции и заканчивая угрозами.
В прошлом году местный ОБЭП привлек к уголовной ответственности по подозрению в мздоимстве главу поселка Углегорский Игоря Ямченко. Малышкин пытался заступиться за своего подчиненного, но милиционеры довели дело до конца. Происшедший после инцидент с участием главы и начальником районного ОБЭПа Сергеем Гарбузом юридически, конечно, нельзя рассматривать как следствие — Олег Малышкин публично обвинил Гарбуза в том, что тот находился при исполнении в нетрезвом виде. Медицинское освидетельствование подтверждало обвинение. Но Сергей Гарбуз съездил в соседний район на повторную проверку, и независимые врачи дали заключение — трезв. Позже областной суд также высказался в пользу милиционера.
Валерий Зинченко:
— Действия главы в отношении, например, элеватора (его милицейского оцепления. — N) можно мотивировать, но в человеческом плане он не прав. Но сейчас есть и объективная трудность: администрации приходится работать с частниками и если кому-то нужно дать, у кого-то нужно забрать. Только все эти вопросы должны решаться законными методами, а не казачье-волевыми, на что Малышкину уже неоднократно указывалось.
При одном упоминании корреспондентом N о РОВД Малышкин взорвался:
— Я не хочу это комментировать и этот бред слушать даже не хочу. Это все чьи-то фантазии!
Экономика и бизнес
При вопросе о бюджете района Олег Александрович немного сник и в детали предпочел не углубляться.
N: — Каково соотношение доходной и расходной частей в районном бюджете сегодня?
— Сейчас тяжеловато — спиртзавод нас подвел.
N: — Он не работает?
— Скоро будет работать. Очень большую помощь оказал губернатор. Теперь будем получать 25% акциза.
N: — Почему стоял спиртзавод?
— Все, завтра он уже заработает, только ряд организационных вопросов надо решить.
В станице Тацинской многие предприниматели делились с N своими проблемами, причем большинство обвиняют в своих бедах районную власть. Проблемы совершенно разные, часто ситуация действительно двоякая, когда правда и на той, и на другой стороне. Но все без исключения жаловались на давление со стороны главы.
Существует в районе АО «Пищевик», производящее продукты питания. Около четырех лет назад оно получило кредит в виде угля на 1 миллион рублей. По словам генерального директора АО Виктора Солошенко, он отказался от просьбы отдать часть полученного угля на нужды местной администрации. С тех пор, рассказывает он, у предприятия начались настоящие проблемы — ежедневные проверки СЭС, налоговой инспекции, милиции. Доходило до того, что заводили уголовное дело по статье «Незаконное предпринимательство» за «осуществление слива ГСМ без соответствующей лицензии» (в собственности АО находились две АЗС). Пожарная охрана опечатывала цехи, ГИБДД закрывала автопарк.
— В областных инстанциях либо советовали искать компромисс с районными властями либо признавали неправомерность действий тех или иных органов, звонили, предупреждали, но мало что менялось, — говорит Солошенко. — Сейчас мы пришли к тому, что работаем на 15% производственной мощности, сократили штат более чем в два раза, закрыли магазины, нефтебазы, аптеки, оставили только производство. Если раньше у предприятия долгов не было, то сегодня появилась и задолженность по налогам. Могло ли предприятие само по себе дойти до такого состояния?
После всего сказанного можно предположить, что все тацинские проблемы попросту вытекают из нестандартного подхода к разрешению хозяйственных проблем. Потому-то и недовольных больше всего среди предпринимателей и производителей. Вполне вероятно, что проблема власти и собственности в местных (а не только в государственных) масштабах требует больше такта и управленческого опыта. Относительную лояльность областных властей по отношению к данной ситуации сегодня можно объяснить только одним — видимо, считается, что грядущие выборы главы местного самоуправления расставят все точки над i и покажут, кто действительно прав — местный глава или его противники, говорящие о методичном подрыве экономики района.
Сегодня никого не удивишь прямым вмешательством глав любого уровня в частную деятельность предприятий, в работу силовых структур. В спорах и конфликтах последнее слово остается за властными структурами. Если власть лишена самодурства, то это может оказаться и благотворным, в противном же случае... Тацинский район, несмотря на его либерально-демократический колорит, не нечто из ряда вон выходящее — подобный стиль управления, пусть и не в таком гиперболизированном виде, к сожалению, примета нашего времени.
АНТОН КОБЕЦ
|