«Ростов во время гражданской войны 1917–1920: Ключ к победе» (Rostov in the Russian Civil War 1917–1920: The Key to Victory) — так называется книга британского профессора Брайана Мерфи, выпущенная недавно издательством Routledge в Лондоне. Ее автор, много лет преподававший русский язык в университете Ольстера, согласился ответить на вопросы N.
Б.М.: — Гражданская война на юге России всегда входила в сферу моих интересов. Уверен, что именно южный фронт стал решающим для ее исхода. Недаром Ленин в апреле 1919-го приказывал «взять Ростов любой ценой». Я издал две книги о «Тихом Доне», в которых пытался проанализировать, насколько корректно в романе отражены реальные исторические события. В постсоветское время исследователям наконец дали доступ к архивным документам того времени. Моя книга о гражданской войне в Ростове как раз базируется на материалах, которые мне удалось раздобыть в архивах вашего города.
N: — Вы зачастую уходите от глобальных событий, уделяете много внимания, казалось бы, незначительным бытовым деталям…
Б.М.: — Сделал это намеренно. О войне как таковой, о видных исторических деятелях уровня Каледина или Троцкого написано много книг. Я же попытался показать жизнь простых ростовчан, всю причудливую смесь классов и национальностей, которой славился город.
N: — Одна из глав посвящена терроризму. Вы проводите параллели между бомбистами начала ХХ в. и современными террористами?
Б.М.: — Каждая революционная ситуация уникальна и имеет свои специфические черты, но люди, склонные к насилию, всегда похожи друг на друга. Все террористы считают, что их цель важнее, чем конкретные человеческие жизни.
N: — Вы симпатизируете одной из сторон или стараетесь быть непредвзятым?
Б.М.: — В основе книги лежат документы из ростовского архива Компартии (ДНИРО), повествующие, естественно, о преступлениях белых и героизме красных. Если бы я использовал источники противной стороны, создалась бы абсолютно иная картина. Не изменилось бы одно: речь в любом случае шла бы о жестокости, насилии и расправах. И неудивительно: в этом преуспели и те и другие.
N: — Дайте свой ответ на вопрос, мучающий многих в России: как стала возможной победа красных?
Б.М.: — Красная армия голодала, ее солдаты были плохо одеты, едва вооружены. Дезертирство носило массовый характер. При всем этом к 1920 г. она насчитывала 5 миллионов человек — в 6 раз больше, чем у Врангеля. Белых губила коррупция: тыловые службы расхищали форму, амуницию и провиант, предназначенный для боевых частей. Большевики были готовы пойти на сговор с кем угодно, так как понимали, что главное — победить белых, а затем можно будет избавиться и от временных друзей, например от Махно. Деникин, напротив, выдвинул монархический лозунг «Россия единая и неделимая», чем оттолкнул от себя многих потенциальных союзников.
N: — Что особенно удивило или поразило вас в архивных материалах?
Б.М.: — Приведу несколько фактов. Например, удивительно, но в разгар войны, с мая 1918-го до конца 1919 г., жизнь в Ростове протекала абсолютно мирно: скачки, кинематограф и т. д. Еще узнал, что казаки, среди которых было не так много умелых техников, были вынуждены брать на работу на радио и железную дорогу людей, открыто симпатизирующих большевикам. Наконец, выяснил, что явка на выборы в Учредительное собрание в 1917 г. достигала 80% — невероятный энтузиазм, к сожалению не давший результата.
N: — В современном Ростове осталось не так много дореволюционных названий улиц и площадей. Стоит ли, по-вашему, стремиться к их восстановлению?
Б.М.: — Обязательно. Старые названия надо вернуть. И никогда не менять их снова. Беседовал Игорь Волков
|