В каждой из современных культур существует свой женский праздник. Независимо от его названия, истории или даже идеологизированности, это день, когда большинство мужчин вспоминают о том, что значит для них женщина. То есть многие, конечно, помнят об этом каждый день, но в женский праздник принято все эти соображения реализовывать — в виде подарков, цветов или просто поздравлений.
Так уж получилось, что 8 Марта у нас изначально был праздником искусственным — установленным вследствии необходимости предоставить народу женский праздник, не забывая про политический оттенок. Но прошло время, и идейная сущность женского дня (а вместе с ней и имя Розы Люксембург) канула в лету. Остался только сам праздник и какая-то внутренняя потребность поздравлять в этот день всех дам.
Женщины, кстати, тоже меняются. Раньше существовало два устойчивых женских архетипа — мать и любовница. И такое положение не создавало противоречий и не вызывало нареканий ни с мужской, ни с женской стороны. Эти типы были естественными и органичными. Во всем — от быта до литературы (здесь можно вспомнить Достоевского с его софийским и содомским женскими идеалами).
Но новая эпоха привнесла свои коррективы. В XX веке в нашу жизнь буквально ворвался новый тип, ломая все сформировавшиеся взгляды на женскую природу. Это женщина-руководитель. Существуют, конечно, сферы, где женщина-начальник — явление традиционное и естественное — образование, например, или здравоохранение. Но дамам и этого мало. Причем обоснованием часто служит не привычный феминизм, а просто желание реализовать свои способности или амбиции. Женщины прочно укрепились в бизнесе, а в последнее время все активней рвутся в политику и даже в силовые структуры. Тут возникает интересный парадокс: многие мужчины — от начальников до рядовых сотрудников — признают, что женщины в работе более кропотливы и отличаются большим трудолюбием, чем мужчины. Но стоит только слабому полу занять кресло начальника, как к нему предъявляется масса претензий, причем таких, которые предъявить начальнику-мужчине вряд ли кто додумается. Какие-нибудь немотивированные, с точки зрения подчиненного, поступки, которые в случае с мужчиной принято списывать на самодурство, а в случае с женщиной объясняются «бабьей сущностью» — что она может понимать? Подобный мужской шовинизм гораздо чаще проявляется именно по отношению к начальнику, а не к женщине-коллеге. Зачастую с мужчинами в отношении к женщине-руководителю солидарен и сам слабый пол. На словах это проявляется реже, но вот если обратиться к фактам: женщины, например, гораздо реже становятся всенародными избранницами, у нас нет ни одной женщины-главы администрации любого уровня.
Во Франции, например, на выборах в парламент установлен пятидесятипроцентный паритет — половина баллотирующихся кандидатов в депутаты должны быть особи слабого пола. Но тем не менее и у нас женщин в верхах становится все больше. Вот один из примеров — начальник инспекции штаба ГУВД Ростовской области подполковник милиции Вера Билецкая.
N: — Вера Олеговна, как вы строите отношения с подчиненными мужчинами: приходится прибегать к типично мужским методам?
— Конечно же, строить отношения как мужчина я не могу — ведь, прежде всего, я женщина, а потом уже начальник. Я никогда особо не задумывалась над этим — наверно, все происходит интуитивно. Может быть, это черта характера: ведь для меня работа — это все. Особого стремления стать начальником у меня тоже не было, поэтому в должность я входила постепенно. В начале даже очень боялась. Хотя есть примеры — в Волгограде была женщина — милицейский начальник, ее за глаза называли черным полковником.
N: — Как вы, вообще, оказались в органах?
— Я всегда мечтала быть следователем и до перехода в штаб все годы работы в органах отдала следствию. Хотя женщин и не очень охотно берут на работу в милицию, но в следственной работе им порой нет равных. Это скрупулезная дотошная работа, собирание фактов. Я считаю, что следователь — это отчасти женская профессия.
— ?!
— Задача ведь в том, чтобы организовать, направить, выработать версии, тщательно сверить факты — это часто лучше получается у нас. А вот оперативная работа — это уже точно мужское дело.
N: — Насколько совместимы для вас женская натура и обязанности начальника?
— Возможно, мне не хватает мужской жесткости, порой даже упертости. Я не могу накричать — хотя в нашей системе без этого порой нельзя. Для женщины-руководителя необходима и определенная мягкость, но надо уметь занимать и сильную позицию.
N — Можно ли подметить принципиальные отличия начальника- мужчины и начальника-женщины?
— Возможно, в поведении. Мужчинам сложнее возражать, хотя здесь все в большей степени зависит не от пола, а от личностных качеств.
Естественно, что, говоря о новой роли слабого пола, нельзя обойти вниманием и все нарастающее теперь женское движение. Возможно, именно с их подачи новый тип стал укореняться в нашем сознании. N обратился за комментарием к руководителю одной из таких организаций Людмиле Мазурок (Ростовская женская общественная организация «Согласие»).
N: — Людмила Ксенофонтовна, как понимать новое явление «сильной женщины» — это пресловутый феминизм или у этого есть иное обоснование?
— В мировой практике уже давно подмечено, что женское управление направлено на созидание, поэтому в европейских странах многие государственные посты — вплоть до министра обороны — часто занимают женщины. Начиная с семьи до самого высокого уровня только женщина-мать может погасить конфликт, привнести в отношения какое-то тепло. Сегодня у нас везде преобладает грубая сила. Поэтому неуютно себя чувствует и сам мужчина. Необходимо уйти от этого к более мягкому управлению. Хотя по социологическим исследованиям только 15% женщин готовы быть лидерами. Это следствие патриархального уклада — ведь женскому образованию и культуре всего около ста лет. Может, одна из причин нашего выхода на новый уровень — это вырождение мужчины. Сегодня не редкость, когда вся забота о состоянии семьи, в том числе и финансовом, лежит на женщине.
N — А в чем же причина частой подсознательной неприязни к начальнику-женщине?
— Самое страшное, что сейчас происходит — это то, что женщины, придя во власть, теряют свое женское лицо. Многие годы у нас культивировался тип женщины-начальника с типично мужскими характеристиками — та, которая может играть в мужской игре по мужским правилам. И это ломает женщину. Хотя на самом деле женщина в руководстве должна оставаться женщиной.
N: — А есть ли у нас в Ростове примеры этого специфического подхода?
— Ну, к примеру, Александра Соколова — директор АО «Дарус». У нее женский стиль работы — это, по сути, социально ориентированное управление. Руководство фабрики «Элегант» тоже женское, я не побоюсь сказать даже, материнское.
N: — А какие мотивы обычно толкают женщину на подобные свершения?
— Если у мужчин пик активности наступает до 28 лет, то женщина, обычно в районе тридцати пяти, создав семью, начинает стремиться к чему-то новому, хочет реализовать себя еще в чем-то.
Наверняка найдется много противников подобных мнений — все-таки природой определено, что человеческий род состоит из двух частей, у каждой из которых свое назначение. Так что желание вырваться за рамки дома и превзойти мужчин во всем можно истолковать и как показатель распространения феминистских идей, и как печальное вырождение вечно существовавшего равновесия мужчина — женщина. Как бы то ни было, в канун женского праздника хочется пожелать всем женщинам — несмотря ни на какие обстоятельства и идеологии — всегда оставаться женщинами.
АНТОН КОБЕЦ
|