В Ростовской области на минувшей неделе сопереживали бесланским заложникам и искали чеченских шахидок. Судя по новостям, в которых упоминался Ростов, и общественным настроениям, Дон походил на прифронтовую зону, жители которой с тревогой следили за разворачивающимися неподалеку боевыми действиями.
Когда в Беслане взяли в заложники детей, в Ростове вспомнили свою драму более чем десятилетней давности. В новейшей российской истории ростовские дети, захваченные бандой Алмамедова, были первыми маленькими заложниками. Правда, тогда мотивы у бандитов были другие, всех детей удалось спасти, а террористов посадили за решетку.
До Ростовской области эхо терактов доносилось всю неделю. Приходили сообщения, в которых Ростов упоминался неоднократно: в Беслан отправились ростовские военные медики, в Ростовской области якобы нашли ту самую Аманту Нагаеву, которую подозревали во взрыве под Тулой Ту-134 (вроде бы она к теракту не причастна и торгует на одном из рынков области игрушками, а у шахидки был поддельный паспорт на имя Нагаевой). Наконец, в Ростове с тяжелым отравлением была госпитализирована известная журналистка «Новой газеты» Анна Политковская. Редактор «Новой газеты» утверждает, что ее отравили в самолете неизвестные, которые не хотели, чтобы оппозиционная журналистка добралась до Беслана и освещала происходящее там.
События на фронте террористической войны в последние дни развивались стремительно. Не успели разобраться в причинах взрыва в небе над Ростовской областью Ту-154 и оплакать жертв авиакатастроф, как у московского метро взорвалась шахидка. Стали сбываться журналистские прогнозы (предостережения?) о том, что кроме взорвавшихся шахидок по стране где-то ходят еще несколько смертниц, вот-вот готовых совершить теракт. А 2 сентября местные правоохранительные органы заявили о том, что две шахидки могут находиться не где-то, а на территории Ростовской области. Сначала УФСБ по Ростовской области сообщило о розыске двух подозрительных «гражданок Российской Федерации». Фамилии у гражданок оказались чеченскими. Однако спецслужбы не только отказались уточнить, чем вызван призыв к жителям области помочь найти этих женщин, но и не стали официально признавать чеченское происхождение 16-летней Медни Мусаевой и 34-летней Луизы Магомадовой. По-видимому, на это были причины. Например, чтобы не сеять античеченские настроения и не создавать панику среди населения. Но ростовчане, узнав о заявлении ФСБ, сразу же окрестили разыскиваемых шахидками. И, как оказалось, не зря. В листовках, напечатанных ГУВД Ростовской области, было написано черным по белому: «По подозрению в подготовке террористических актов на территории г. Ростова-на-Дону и Ростовской области разыскиваются шахидки — жительницы Чеченской Республики». Тревога заставляет людей обращаться в милицию. В минувший четверг недалеко от Ворошиловского моста милиция оцепила улицу, на тротуар которой, как сообщили бдительные граждане, «шахидка» бросила какую-то сумку. Милиция выяснила, что «шахидка» оказалась цыганкой (незадолго до этого она украла сумку у какой-то старушки, а после этого попыталась от вещдока избавиться). Но сигналы о женщинах, похожих на смертниц, продолжают поступать. Только за один день в Кировский райотдел милиции привели нескольких перепуганных женщин. Шахидок среди них не оказалось.
Но если о двух чеченских шахидках населению хоть что-то известно, то о тех, кто прошел спецподготовку в лагерях террористов и, как заявило областное управление ФСБ, может находиться на территории области, неизвестно ничего. Судя по заявлению представителей спецслужб, эти люди живут среди нас и ждут своего «черного» часа. Получается, что в далекой от Чечни Ростовской области тоже есть свои оборотни. Почти как в Ингушетии, где ничем не примечательные обыватели во время последнего рейда боевиков доставали из схронов оружие, маски и превращались в бандитов. Кроме силовиков на ситуацию уже отреагировали казаки. Заявление Чрезвычайного совета атаманов Области войска Донского похоже на призыв военного времени: «Каждый хозяин дома должен знать, кто проживает в его доме, есть ли среди жильцов потенциально опасные и вызывающие подозрения, не зарегистрированные по месту жительства, не имеющие права пребывания на территории России. Донские казаки Ростовской и Волгоградской областей открыли круглосуточно работающие телефоны горячей линии. Мы ждем от жителей информации о лицах, вызывающих подозрения, и готовы немедленно реагировать на подобные сообщения».
Особые меры безопасности в связи с розыском шахидок предпринимаются властями восточных районов области. В Ремонтненском, Зимовниковском, Дубовском и Заветинском районах, по неофициальным данным, проживает около 8 тысяч чеченцев.
— Портреты шахидок у нас висят на входе в магазины и даже на дверях районной администрации, — рассказал глава администрации Ремонтненского района Владимир Зайцев. — На ноги подняты дружинники, казаки. Объехали каждую животноводческую точку, где работают чабаны.
— У нас в каждом хуторе, где живут чеченцы, находятся наши люди — члены муниципальной казачьей дружины. Если кто-то чужой появится, они должны об этом сигнализировать. Пока подозрительных не было, — рассказал атаман Зимовниковского юрта Владимир Козырев.
— После того как листовки с портретами шахидок у нас развесили по всем хуторам, люди вспомнили, что видели разыскиваемую Луизу Магомадову, — заявил начальник ОВД Заветинского района Владимир Мартыненко (в районе проживает около полутора тысяч чеченцев). — Оказалось, что Луиза Магомадова жила в нашем районе в 1990-е годы, училась в школе. Потом уехала в Чечню, где она сейчас и чем занимается, неизвестно. В районе остались ее близкие родственники. К ним приходили сотрудники правоохранительных органов, спрашивали о Магомадовой.
При этом, как выясняется, проконтролировать передвижение чеченцев из Чечни в Ростовскую область достаточно сложно. Власти Зимовниковского района, например, давно заявляют о том, что нарушается паспортный режим пассажирами, приезжающими регулярным автобусным рейсом из Грозного в хутора Секретел и Хубырская.
— Нас беспокоит этот рейс, — говорит глава администрации Зимовниковского района Михаил Макаренко. — Неизвестно, что за люди приезжают к нам из Чечни. По пути следования автобус досматривают сотрудники милиции, они не раз находили у пассажиров оружие, даже гранатометы. Отменить рейс нельзя — у перевозчика есть лицензия. Раньше действовал областной закон, по которому человек, прибывающий в область, должен был в течение 3 дней стать на учет в администрации, а за нарушение этого порядка налагался штраф. Потом этот документ отменили, а по федеральному закону на регистрацию дается 10 или 15 дней. А кто будет контролировать, когда и, главное, какие люди к нам приехали?
На прошлой неделе в Ростов не приехали знаменитые бывшие ростовчане: из-за угрозы терактов фестиваль «Наши в городе» перенесен на октябрь. Отмену развлекательных мероприятий можно пережить. Лишь бы в городе были только наши. Елена Строителева, собственный корреспондент газеты «Известия», специально для «Города N»
|