|
|
|
«Матрица-3» или «Возвращение»? В ноябре в ростовских кинотеатрах состоялись премьеры российского «Возвращения» — обладателя Гран-при Венецианского фестиваля — и голливудской «Матрицы-3».
Два этих фильма продемонстрировали некие крайние полюса современного кинематографа и вызвали у публики: первый —безусловное приятие (за редким исключением), а второй — недоуменное отторжение.
Александр Стрелецкий, директор строительной компании «АСК»:
— «Возвращение» мне очень понравилось, я свыкаюсь с ощущением, что стал после этого фильма по-другому мыслить. Я сам отец, и та жизненная ситуация, о которой рассказывает фильм, хорошо знакома, даже если взять ее бытовую часть. Отец собирался привить своим сыновьям мужское начало тем способом, который никто не согласится принять, но, переживая трагедию этих мальчиков, я все равно был на стороне отца, так как им движет любовь. Очень много в этом фильме библейских аллюзий: а что если снова придет Христос и начнет нас учить, а мы воспримем его как папашу, который нас не любит? В общем, получился такой сплав из подсознания и культурных ассоциаций, может быть, несколько надуманных. Можно сказать, что фильм конъюнктурный, но я не считаю, что конъюнктура — это ругательство. Кто сейчас снимает без влияний?
Ирина Кранк, директор кинотеатра «Буревестник»: — Я смотрела «Возвращение» на кинорынке, и фильм произвел на меня неизгладимое впечатление. Мне было жаль отца — человека, который мечется, не зная, что ему делать, пытается реализовать себя в детях, но и здесь ничего не получается. Тема очень серьезная, и проблема отцов и детей очень ярко показана. Такое кино нужно показывать людям, которые привыкли думать, — их нужно находить, создавать клиентскую базу, организовывать для них киноклубы, специальные абонементы и обсуждения и не пытаться навязывать всем то, что модно. Если бы я ничего не знала о «Матрице», я бы ничего не потеряла.
Владимир Чигишев, художественный руководитель Ростовского академического молодежного театра: — «Возвращение» резко отличается от всего, что может предложить современное русское кино, оно сочетает в себе простоту и глубокий психологизм. Я смотрел его с напряжением, даже с тревожным ожиданием какой-то беды. Но, несмотря на психологическое давление, фильм бесконечно красив. Очень хорошо сыграли дети. Я думал, что дети так играть не могут. Даже по окончании просмотра продолжаешь думать о фильме. Я сам являюсь отцом двух детей и при просмотре фильма испытывал некий комплекс вины. Если кино способно пробудить в человеческой душе такие чувства, то это действительно очень серьезное произведение.
Александр Расторгуев, кинорежиссер: — Сколько бы ни было восторгов и рассуждений о призах, почти никогда не звучат по этому поводу комментарии специалистов. Западные фестивали — это прежде всего прокатная политика, и «Возвращению» дали Гран-при потому, что Запад устал от радикальных постиндустриальных тем. Но с точки зрения профессионализма «Возвращение» — это наивная самодеятельность человека, не знакомого с драматургией. Когда я посмотрел «Возвращение», я обалдел. На уровне идейного содержания — несколько примитивных и очень неглубоких мыслей в духе «что имеем, не храним — потерявши, плачем». В этом фильме нет никакой эстетики, никакого концептуального подхода к действительности. Если считать, что искусство должно доставлять тебе новые нравственные переживания, то это не искусство. Что касается «Матрицы-3», то я согласен с моим девятилетним сыном, который в самый разгар фильма сказал: «Боже, как скучно!» Это тоже самодеятельность, только с технологическими наворотами. Вообще, самый лучший фильм, увиденный за последнее время, — «Терминатор-3». Это первый серьезный фильм про семейные отношения американцев. Когда два терминатора дерутся унитазами — это вполне реальное отражение обычной семейной разборки.
Мила Михайлова, дизайнер отдела рекламы компании «ААА»:
— «Возвращение» мне понравилось, я об этом фильме читала, знала, что пойду на качественное кино, и ожидания подтвердились. Мне этот фильм был близок как человеку, связанному с искусством, композицией, и как почитателю Тарковского. Фильм не то чтобы ученический, хотя нового, конечно, ничего уже не скажешь, просто на фоне сегодняшнего кино он другой, и для тех, кто не знаком с киноклассикой, он будет открытием. Он настолько гармонично снят, что его нескучно смотреть, он оставляет след, возможно, благодаря операторской работе и тому, что в нем играют дети. На «Матрицу» меня заставили пойти, и результат был соответствующий: я смотрела этот фильм, не пытаясь отыскать смысл.
Вадим Грабков, художник:
— Сказать, что «Возвращение» — это хорошее кино, — значит ничего не сказать. Меня распирает от радости за коллегу, делающего реальный продукт, я счастлив за человека, который своим дебютом так круто вошел в историю или еще войдет, по крайней мере. Сделать такой фильм — это так круто, просто слов нет. Я всегда ратую за простоту в искусстве, и если бы этот фильм показали пятьсот лет назад или через тысячу лет, то можно не сомневаться — его бы поняли, потому что в нем показаны вневременные ценности. «Матрицу-3» я смотреть не буду из предубеждения. Когда я посмотрел на кассете вторую часть, мне стало обидно, что такие деньги потратили неизвестно на что. Можно на эти деньги было построить музей современного искусства, а они «Матрицу» снимают. Николай Проценко
|