Из собственных ощущений: для того чтобы стать музыкантом, необходимы способности и б-о-ль-шое трудолюбие. Репетировать до кровавых мозолей и тем не менее любить «мучение-учение» только лишь потому, что оно воспитывает мастерство и в итоге дарит вдохновение – разве не занятие для сильных духом людей. К самым достойным из них со временем приходит понимание, что без этих вот семи нот, без вечно звучащей в душе музыки они уже не мыслят себе жизни.
Интервью
с директором музыкальной школы им.
Балакирева Борисом Григорьевичем
Дрозденко состоялось. Нашей встрече
предшествовали телефонные беседы и, как
результат – информация и зарисовки о
победах юных воспитанников школы во
всевозможных конкурсах. От коллег слышала,
что Борис Григорьевич – сам хороший
музыкант, поэтому и коллектив свой
сформировал из талантливых педагогов.
Любой руководитель с годами обретает стиль общения с коллегами и прессой. Вначале мы говорили делово и о самом важном: о том, что главный юбилей школа отмечала пять лет назад, а теперь празднует следующую пятилетку. Что именно достигнуто за последние годы? Мы совершили экскурсию по обновленным холлу и концертному залу, где Борис Григорьевич в эпитетах рассказал о супероборудовании и прекрасной акустике. А потом и вовсе, махнув рукой на недостаток времени, мы с ним решили поехать в ремонтирующееся здание хоровой капеллы мальчиков. Уж если начали беседовать о новшествах, то как тут не посмотреть? Я поняла, насколько сильно гордится сделанным для школы директор и как много он может нам рассказать.
Борис Григорьевич условно все достижения школы за последние пять лет разделил на три части. Это, конечно же, обновленная материальная база, творческий рост учащихся и открытие хоровой капеллы мальчиков.
Итак, концертный зал: увеличилась в объеме сцена и благодаря пристройке сделан запасный вход в зал. Теперь все опаздывающие на концерт зрители не будут мешать исполнителям. В школу приобретены новые концертные инструменты: рояли, аккордеоны, баяны, скрипки, новая видеотехника позволяет отмечать успехи и «работать над ошибками», просматривая записанные на видео концерты.
За последние годы учащиеся музыкальной школы побеждали в многочисленных региональных, всероссийских и международных конкурсах. И это новый творческий уровень. В прошлом году состоялся международный конкурс в Казани, в котором стали лауреатами Саша Овсипян и Милана Домрачева (она же получила единственный в своем роде приз за лучшее исполнение пьесы татарского композитора). Дипломантом стала Альбина Матюнина. А жюри конкурса было приятно удивлено успехами школы маленького города и прислало на имя Каратаева благодарственное письмо. Альбина Матюнина стала также лауреатом четвертого интернационального конкурса имени Николая Рубинштейна, состоявшегося во Франции.
Для этих юных певцов-счастливчиков отремонтировано здание в детском парке. Да так отремонтировано, что в любом другом учебном заведении могут только позавидовать. Продумано все до мелочей: напольное покрытие для звукоизоляции, пластиковые окна. Станки для хора, комната для репетиций с музыкальным центром и даже, простите за подробность, сверкающие белизной кафеля туалеты с отдельными кабинками и раковинами для мытья рук.
Я спросила Бориса Григорьевича о системе отбора мальчишек в капеллу, системе преподавания и пр. И директор начал рассказ с примера из собственной жизни:
– Я сам в прошлом – «капеллан». Окончил Горьковскую капеллу. Но позже стал пианистом. Если после войны нас, мальчишек, набирали только по способностям, искали голоса, то теперь (я недавно разговаривал на эту тему с руководством Нижегородской капеллы) берут четырехлетних пацанов и учат петь. Три года готовят их к первому классу. Так же и мы будем пытаться делать. А пока к нам приходят ребята семи-восьми лет. И мы работаем с ними. У нас есть такой предмет – сольное пение, он предполагает индивидуальные занятия с ребенком. Дело в том, что в подростковом возрасте начинается мутация голоса и нужно быть очень осторожным с таким хрупким «инструментом», как голос.
– Именно поэтому мальчишки в капелле обучаются еще и игре на каком-либо инструменте?
– Обязательный предмет – фортепьяно. А второй – по выбору: скрипка, баян, аккордеон, ударные или духовые инструменты.
– Но скрипка предполагает абсолютный слух...
– Все инструменты требуют слуха. На струнных, конечно, особенно. Но абсолютно неправильно убеждение некоторых людей в том, что они не имеют слуха. Вот некоторые говорят: «Я музыкой заниматься не могу, мне медведь на ухо наступил». Никто никому на ухо не наступил. Нужно заниматься и слух разовьется. Вот с чувством ритма сложнее.
Я предложила директору музыкальной школы поговорить о фестивале «Нам – 55!»:
– 28 ноября состоится его открытие. А продлится он до конца декабря. На нем мы предлагаем горожанам наш творческий отчет за последние пять лет. Здесь выступят учащиеся всех отделений и педагоги. Будут и гости – музыканты из Нижегородской, Московской, Санкт-Петербургской консерваторий, студенты и выпускники.
– Музыкальная школа – это оазис классической музыкальной культуры в городе. Прививают любовь к классике именно здесь. С детства. Насколько я понимаю, делать это все сложнее. Ведь общество живет совсем другой музыкой: на телевидении, радио – везде звучат одни и те же попсовые мелодии и одни и те же осточертевшие лица псевдопевцов «развлекают» нас с утра до ночи. А в семье очень редко родители прививают хороший музыкальный вкус по причине занятости или по причине отсутствия у них самих такового.
– Наверное, я нового ничего не скажу. В воспитании существует взаимосвязь: родитель-ребенок-педагог. А не наоборот. Некоторые родители, к сожалению, отдают в музыкальную школу детей и сразу же забывают об этом. Отдали – пусть педагоги занимаются. Некоторые – вот казус-то! – не знают даже, в каком классе их дети занимаются. Приходят только на выпускной вечер. Но нам все же удается многих детей выучить и выпустить из школы.
Об эстраде. Она тоже бывает классической, а есть и эстрадная попсовая мафия. Эстрада, на которой мы воспитывались, это и Шульженко, и Великанова, и Майя Кристаллинская, и Магомаев, а композиторы-эстрадники – Дунаевский, Блантер.
Мы стараемся в преподавании классики быть гибкими. Конечно, на первом месте – классические произведения. Но мы понимаем, что живем в другом времени, отказываться от сочинений легкой эстрадной классики нельзя. Детям очень нравится их исполнять. И пусть. Но база – серьезная классика. А грани никогда переходить нельзя. И если ребенок научился любить классические музыкальные традиции, то уже что-то модное для себя он всегда сумеет выучить. Задача школы – дать общее музыкальное образование. Я всегда всем привожу пример. Моя дочь училась в гимназии и в музыкальной школе. Из ее класса музыкой занимались 18 человек! И пусть многие из них не пошли дальше по музыкальной стезе, но все окончили столичные вузы и никогда не расставались с музыкой: в университетах и институтах они организовывали музыкальные ансамбли, осваивали новые инструменты.
Музыкальной школе – 55 лет. За это время сменилось не одно поколение учеников и учителей. Самое приятное, что более половины педагогов школы – ее бывшие ученики: девочки, окончив школу, уезжали в музыкальные училища, консерватории и, выучившись, возвращались в родную школу педагогами. Причем многие из них сами теперь уже молодые бабушки и работают, по словам Бориса Григорьевича, отменно, не успокаиваясь, постоянно находясь в состоянии творческого роста. Музыкальная школа гордится и своими учениками, и своими педагогами! А, в общем-то, так и должно быть, ведь 55 лет – это очень хороший возраст. Коллектив сложился, опыт и база имеются, а сил для творчества – хоть отбавляй! Служат ее величеству Музыке преданные и талантливые люди. И, как говорится, долгие им лета!
Бэлла Аполлонова
Фото Сергея Кремзукова
