|
Вопреки злой молве о том, что бывший руководитель банка "Шонкор-ОЛБИ" В.Паладий упрятана за решеткой, с середины октября на самом деле она находится в Горно-Алтайской больнице на лечении. Не выдержали нервы. Прежде нам приходилось встречаться в другой обстановке и, наверное, тогда Валентина Прокопьевна была совершенно другим человеком. Тюремная камера может изменить любого из нас в считанные дни. А тут были недели и месяцы, и вот, наконец, свобода. Следствие, правда, продолжается, и пока что нет нужды вдаваться в тайны следователей. Что же заставило Валентину Прокопьевну обратиться за поддержкой к "четвертой власти"? С этого начался наш разговор.
- Я хочу, чтобы люди знали правду, - сказала В.Паладий. - Это мое право, и я хочу им воспользоваться. Хочу поблагодарить всех, кто узнал каким-то образом, что я снова на свободе, и нашел время позвонить в первые полторы недели. Но, правда, звонки были разные. Поэтому лечащий врач запретил мне находиться дома. Положили в больницу, диагноз: неврастения. Я сейчас плохо слышу, но надеюсь, что врачи меня "вытянут".
- Валентина Прокопьевна, люди с трудом верят сейчас тем, кто "проходил" по какому-нибудь уголовному делу. Вы прекрасно знаете, что творится в стране. Вы думаете, что люди поверят Вам?
- Я в' этом убеждена. Если бы не эти звонки в первые дни... Теперь я знаю, кто есть кто рядом со мной.
- Надо полагать, из числа звонивших хватает тех, кто хотел бы оставить Вас там, в тюрьме. Скажите, Вам было страшно в тюремной камере?
- Не то слово... Как бы сказать поточнее? Вот мы ходим, что-то делаем, а в любой момент кого угодно могут схватить - и упрятать за решетку. Любого из нас по чьей-то прихоти могут опустить на один уровень с уголовниками. Никто из нас не защищен - вот что самое страшное. Я не знаю, где ещё надзиратели более жестокие, чем у нас на горке возле Кызыл-Озёка. Приходят в камеры в каких-то чёрных масках на лицах, только прорези для глаз - и бьют, особенно парней бьют самым жестоким образом... В сентябре за мной приехали бийские следователи. Определяя в свой СИЗО, они говорили: два денька посидишь - язык сам собой развяжется. Не знаю, что они хотели от меня услышать. Я выдержала две недели - сама не знаю, как это удалось мне. Камера была рассчитана на шестерых, а нас туда натолкали 12 человек. Это какой-то ужас -
находиться вместе с уголовниками. Меня представили перед ними как какую-то буржуйку. Можете судить, какое было ко мне отношение.
- Считаете ли Вы, что Вам просто повезло? Что Вам помогло вырваться оттуда?
- Недавно был суд в Приобском райнарсуде Бийска, и меня выпустили из-под стражи за недоказанностью улик. Мне повезло с адвокатом. Горно-алтайские следователи старались всеми силами спихнуть мое "дело" в Бийск. Я думала: дома легче'. Но адвокату было легче работать как раз в Бийске. В Горно-Алтайске ей перекрывали доступ к документам, устраивали ужасную волокиту. А сейчас мнение адвоката таково: повторного заседания суда скорее всего не будет. Судить меня не за что. Правда, Г.Матюхин (в прошлом глава Центробанка - авт.) настаивает, как мне говорили, на том, чтобы снова отправить меня в камеру к уголовникам.
- Наш городок никогда не страдал избытком гласности. Обыватели поговаривают, что нашему правосудию нужен был какой-то громкий процесс. Ведь судят, как правило, шоферов, трактористов или продавцов. А тут - дело о сотнях миллионов. Как, на Ваш взгляд, - правы обыватели или нет?
- Я думаю, что если бы горно-алтайским следователям действительно нужен был такой процесс, они ни за что не отдали бы это "дело" бийчанам. Всё гораздо проще. Кому-то понадобилось меня убрать из банка - только и всего.
- И какие же обвинения были предъявлены Вам на суде?
- Секретов тут нет: меня пытались обвинить в хищении 380 миллионов рублей, изъятых из оборота по поддельным документам. Но, во-первых, фальшивые документы делал подсудимый А.Бабичев, и к этим документам я никакого отношения не имею. А во-вторых, во всём мире банкиры защищены от таких обвинений. И, наконец, кто докажет, что кредиты не возвращались только банку "Шонкор-ОЛБИ"? Почему правосудие закрывает глаза на то, что творится в других банках? Адвокату удалось доказать, что мое "дело" от начала и до конца шито белыми нитками.
- Есть ли какая-нибудь взаимосвязь между Вашим арестом в августе и назначением нового руководителя "Шонкор-ОЛБИ"?
- Этим должны заниматься компетентные органы. Я могу перечислить разве что факты. В июле учредители "Лидер-Банка", заслушав отчет совета банка, освободили от должности банкиршу Г.Карпову. Невозвращенных кредитов к тому времени набралось у нее около 12 миллиардов рублей. Один из учредителей спросил Г.Карпову, каким образом её личная доля в уставном капитале банка увеличилась на 180 миллионов рублей. Ответа он не получил. В течение месяца Г.Карпова была без работы. Из Бийска к нам в Горно-Алтайск Г.Карпова переведена по инициативе Г.Матюхина. Сейчас в банке "Шонкор-ОЛБИ" формируется бийская команда. По моим подсчетам, уже уволены либо вынуждены подать заявление об увольнении 13 человек. Весной мы наладили хорошие связи с финнами. Сейчас базу, построенную финнами в Чемале, Г.Матюхин оформляет на себя. По всей видимости, это будет его личное поместье.
- Вы не допускаете, что в Вас заговорила обида? Разве исключено, что Г.Карпова подбирает себе просто новую команду, которая будет работать лучше прежней?
- Мне больно видеть, как из банка уходят лучшие специалисты. А кто приходит им на смену? С теми, кого принимает Г.Карпова, в Бийске расстаются на редкость легко. Они никогда не будут работать на благо нашей республики. Задача проста: под прикрытием эколого-экономической зоны пропускать через банк шальные деньги московских или бийских клиентов, уходить от налогов - и не более того... Лозунг у Г.Матюхина прежний: не жалеть денег на рекламу! В начале года он требовал того же, когда торговал макулатурой. Доверчивые горно-алтайцы считают, что у них - акции, ОЛБИ, а на самом деле это просто макулатура. Эти сертификаты нигде не продать. Обещали магазин ОЛБИ для горно-алтайцев к концу года. Где этот магазин? Мы верили г-ну Матюхину, что он ведет к нам ОЛБИ "всерьез и надолго". Оказалось, что это был просто рекламный трюк.
- Ходят слухи, будто Вас собирался упрятать за решетку не кто иной как Р.Губайдуллин. Насколько серьезны такие слухи?
- Нет, я думаю, что всё гораздо сложнее. Мы работали вместе в комбанке "Горный Алтай", и в последнее время у нас с ним действительно были сложные отношения. "Шонкор-ОЛБИ" наполовину укомплектован людьми, которые ушли из "Горного Алтая" вместе со мной. Полагаю, что этим конфликтом воспользовались влиятельные товарищи в Москве. Они решили, по всей видимости, что нас можно использовать в качестве пешек в нечистоплотной игре. Но мы не пешки. Все зависит, как я теперь понимаю, только от одного: соглашается человек быть пешкой или нет.
- Кто же в таком случае хотел играть вами, и что за правила были в этой игре?
- Насколько мне известно, Г.Матюхин намеревался стать советником у министра финансов России. Он не мог смириться с тем, что его "выключили" навсегда. Но есть определенные силы, которым такое намерение явно не по вкусу. И, как мне рассказывали, им удалось затеять этот скандал. Кстати, я пока еще не знаю, что за роль была в этой истории у А.Бабичева. Его подозревают, к примеру, в том, что убийство известного бийского предпринимателя В.Захарченко ("Р.5." об этом сообщал) совершено в июле по его заказу за 50 миллионов. Цель всей аферы могла быть только одна: показать, что банкир, не умеющий вести дела в собственном банке, не должен даже думать о портфеле советника! Если это так, то сейчас вполне очевидно: афера
удалась.
- В случае Вашего оправдания смогли бы Вы снова вернуться в "Шонкор-ОЛБИ"?
- Ни за какие деньги. До тех пор, пока "генеральным" будет там Г.Матюхин, я не вернусь. Но одно я знаю твердо: без работы никогда не останусь.
Беседу вед Н.ВИТОВЦЕВ.
№
18, 1994 год |