Этот удивительный Китай

21­22 марта президент В.Путин посетил КНР с официальным визитом. В редакции «ГК» работает человек, неоднократно побывавший в северных провинциях Поднебесной, неизменно с удовольствием вспоминающий и эту страну, и ее удивительно гостеприимный народ. Алексей приоткрывает дверь в загадочный мир за «китайской стеной».

Шанхай, Гонконг, Шаолинь. Непривычные русскому уху названия, а глазу – иероглифы, породили в русском языке словосочетание «китайская грамота», ставшее синонимом чего­то непонятного и необъяснимого. И сами китайцы, отгородившиеся когда­то от мира Великой Китайской стеной, еще недавно казались нам людьми загадочными и малопонятными.

Вам, наверное как и мне, всегда казалось, что все китайцы – на одно лицо. Алексей (по­китайски его имя звучит как А Ляо Ша) утверждает: такое впечатление возникает, когда видишь их редко и порознь. Но в Китае становится понятно – они так же отличаются друг от друга, как и мы.

А еще пообщавшись с самыми разными китайцами – от крестьян до университетских профессоров, от студентов до «новых китайцев», Алексей понял: несмотря на все различия, наши народы удивительно похожи. Не знаю, можно ли за три поездки в Маньчжурию (именно так называются северные провинции Китая) разгадать душу целого народа? Наверное, нет. Но уж точно нельзя остаться прежним, прикоснувшись к ее древней истории и культуре.

Харбин, один из городов, в котором удалось побывать Алексею – отнюдь не самый большой город Китая, всего каких­нибудь три миллиона жителей. Но для россиян, наверное, самый близкий и знакомый. Главным образом, по рассказам из жизни русской эмиграции. Вообще близость северного соседа сыграла в истории Харбина огромную роль. Еще сто лет назад бывший глухой китайской провинцией, Харбин обязан своим развитием русским, строившим здесь в начале 20­го века Китайско­Восточную железную дорогу. А ведь, по свидетельству очевидцев, еще в 1902­1903 годах его окрестности,как и вся почти долина реки Сунгари вниз по течению, представляли собой «пустыню, безлюдную и унылую. Лишь кое­где стояли убогие одинокие фанзы среди клочков возделанного поля». Но уже после 1920 года здесь наблюдался бурный подъем хозяйства: «На маньчжурскую землю КВЖД принесла жизнь, работу и рост населения. Китайцы, русские, корейцы и японцы, конкурируя друг с другом, по­муравьиному работали на земле, растили пшеницу, бобы, рис, выхаживали скот, рубили лес».

Что особенно поражает человека в другой стране? Наверное, что­то, в корне отличное от реалий нашей жизни. В Америке, несмотря на множество впечатлений, для Алексея это были великолепные дороги – хай­веи. В воспоминаниях о Китае особое место занимает китайская кухня.

«Сегодня мы идем есть кости», – торжественно объявляет представитель принимающей стороны, и наши недоуменно переглядываются. «Да­да, у нас есть особый ресторан, где отменно готовят кости». На следующий день ели голубятину, затем – блюдо, назвать ингредиенты которого переводчик оказался не в силах, не нашел аналогов в русском языке. На фоне этого свинина в сахаре воспринималась как обычное блюдо со слегка непривычным, но интересным вкусом.

Вообще­то китайцы едят все, что растет, ползает и летает. Потому и бесконечное разнообразие блюд, которые на каждом шагу предлагают всевозможные закусочные, рестораны и ресторанчики, – впечатляет. У каждого заведения – свои коронные блюда: одно специализируется на пельменях, их готовят и подают сразу с десятком начинок. В другом по периметру зала тянется огромный аквариум с рыбами и прочими морепродуктами. Выбирайте понравившуюся рыбину, и через некоторое время она – на вашем столе. Везде широко используются самые разнообразные овощи – маринованные, соленые, сушеные. Единственное, чего в Китае практически нет, – это молочных блюд. Зато китайцы не мыслят свою жизнь без сои, из которой готовят и соевое молоко, и соевый творог, и уже привычный нам соевый соус.

Огромный ассортимент еды, наверное, породил и особый способ ее подачи. В центре стола – специальный круглый поднос, который вращается, где находятся все блюда. Их, как правило, приносят сразу все. Другой экзотический для нас способ еды – с помощью так называемого китайского самовара (у китайцев это кастрюлька на специальной подставке, под которой зажигается горелка). В этом случае вы можете попробовать себя в роли повара. В кипящую в самоваре воду нужно лишь опустить тонко наструганные кусочки сырого мяса, овощи и пряности, все – по вкусу. И уже через несколько секунд в вашей кастрюльке – неповторимое «авторское» блюдо.

Что же касается знаменитых китайских палочек, которые приводят в трепет иностранцев, то поначалу нужно будет очень постараться, чтобы зацепить ими еду.
А впрочем, как уверяет А Ляо Ша, приобрести этот навык не так уж и сложно.

О китайской кухне можно рассказывать бесконечно, но рамки газеты позволяют лишь добавить, что китайская кухня делится по географическому признаку, и в северных провинциях, к примеру, заметно отличается от южных. Еще, пожалуй, стоит отметить культ зеленого чая, который в Китае предлагают практически повсюду и в любых количествах.

Перейти на китайскую кухню в наших условиях нереально, но сотворить в России красоту, подобную которой можно увидеть зимой в Харбине, – вполне. Деятельные китайцы давно сделали привычный для них 30­градусный мороз своим партнером: каждую зиму в городском парке Харбина и на реке Сунгари вырастает великолепный, знаменитый на весь мир Ледовый город. Его красиво подсвеченные скульптуры, сказочные замки и дома, украшенные китайскими фонариками, внутрь которых можно входить, стоят тут до весны. А морозоустойчивые китайцы гуляют здесь семьями, мужчины – без шапок даже в самый сильный холод.

Конечно, растут не только ледяные постройки – в последние годы быстро строятся настоящие дома, магазины и небоскребы. Эти современные здания из стекла и бетона поднимаются в Харбине прямо­таки феноменальными темпами, преображая старый город в современный мегаполис. Мэр Харбина принял весьма амбициозную программу, которая ставит целью сделать этот город самым красивым в Китае. Кстати, несмотря на бурное строительство и на то, что в Харбине уже почти не осталось русских, здесь помнят вклад россиян в его историю и культуру и бережно сохраняют оставшиеся православные церквушки, дорогие сердцу каждого русского человека. А еще китайцы очень любят советские фильмы.

Двадцать первый век еще только начался, а его уже называют веком Китая. Действительно, темпы экономического развития, которые за короткое время набрала эта страна, впечатляют. Настолько, что развитые страны уже обеспокоены этим фактом. Поговаривают, что в самом Китае задумались уже о грядущем кризисе перепроизводства. Чему удивляться, ведь потрясающее трудолюбие, предприимчивость и выносливость китайцев стали притчей во языцех. Промышленному подъему способствует и массовое переселение китайцев в города. В самом деле, если еще в
1990 году лишь около 25% населения Китая жили в городах, то в последние 15 лет доля горожан приближается уже к 40%.

Китайские товарищи рассказывали Алексею, что раньше в деревнях крестьян удерживали чуть ли не насильно. Переехать в город и сейчас непросто. Но всеми правдами и неправдами крестьяне все же перебираются в города. Понять их можно – жизнь китайского крестьянина все еще остается очень тяжелой.

В то самое время, когда россияне на всех уровнях – от кухни до парламентской трибуны – горячо обсуждают проблему катастрофического снижения рождаемости, у китайцев проблема прямо противоположная. Какие рычаги давления на людей используют в этой области? Коммунистов, допустивших рождение в своей семье второго ребенка, могут исключить из партии, работника государственного предприятия – лишить продвижения по службе. Частному предпринимателю в этом плане полегче. Запрещено рожать больше одного ребенка и в деревнях. Но крестьяне научились обходить закон, просто не регистрируя последующих детей, поэтому фактически китайцев намного больше.

В последние годы в мире все заметнее влияние китайской культуры. Повсеместно наблюдается увлечение философскими воззрениями китайских мудрецов. В арсенал медиков всего мира прочно входят древние приемы китайской медицины. Радостно празднуем мы наступление очередного года по традиционному для Китая
12­летнему циклу.

За свою более чем трехтысячелетнюю историю Китай подарил миру такие уникальные изобретения, как бумага, фарфор и шелк. И в 21­м веке мир продолжает открывать для себя этот удивительный Китай.