Дети с волчьим билетом, или Как разорвать замкнутый круг

Такие слова я слышала практически от каждого, кому рассказывала об этом факте: и от коллег­журналистов, и от работников Центра занятости, и от больших начальников в УВД, и в отделе режима… Нормальному человеку трудно представить, что несовершеннолетнему ребенку выдали паспорт без прописки. Честно говоря, я и сама поверила только тогда, когда взяла в руки этот злополучный документ и открыла его: там, где обычно делается отметка о регистрации, пустота. Сам факт существования подобного удостоверения личности шокирует. Волчий билет.

Кто теперь этот подросток – цивилизованно узаконенный бомж? Не совсем. Призрачное различие заключается в том, что у него есть ПОКА крыша над головой. Есть жилье, где ПОКА светло и тепло. Тонкая грань, почти виртуальная.

В таком же положении, как этот ставший нам известным мальчик, находится вся его семья. Пять человек – отец, мать, трое сыновей. Родители, скажем так, не очень удачливые люди, которые не способны «на все сто» выполнять свой родительский долг. Болезни, потеря работы, алкоголь, безденежье, поиски работы, недолгое благополучие, снова алкоголь… И вот, как результат, забытые дети, которые плохо одеты, плохо питаются и так же плохо растут (сегодня подросток
14­ти лет, назовем его Ваня, выглядит не старше одиннадцатилетнего), не говоря уже о том, что они плохо воспитываются. Но, как уже сказано выше, наша цель – не виноватых искать, а разобраться.

Предоставленное этой семье в конце девяностых годов жилье по договору аренды (город пошел этой семье навстречу) долгое время не оплачивалось. Срок аренды истек несколько лет назад. Договор найма жилища (взамен договора аренды) не заключен. Квартиры «как бы нет», но люди­то есть!

ЖРЭП в прошлом году подавал на них в суд за неуплату, сейчас готовят документы, чтобы повторить процедуру. Хотели отключить свет, но пожалели – все­таки дети…

Эта история стала известна городским журналистам после того, как один из подростков решил попытаться вырваться из трясины, выехать из города, чтобы жить и учиться в другом месте (за ним тянется и младший брат, скоро и ему исполняется четырнадцать). Для этого мальчику понадобилось получить пропуск. В отделе режима, естественно, отказали. Невозможно выдать пропуск человеку, не имеющему никакой прописки (и так же не возможно поступить учиться, например, в техникум).

Добрая соседка, принимающая участие в судьбе детей, назовем ее тетя Соня, пошла в ЖРЭП: «Поставьте прописку!» В ответ: «Не имеем права».

Тетя Соня, не зная, куда же ей обратиться за помощью, рассказала эту историю руководителю Центра милосердия И.Романовой. И первый «круг почета» по инстанциям сделан был ею. Журналисты подключились позже, когда убедились, что должностные лица, от кого что­то зависело, сделали все, что могли или «формально» могли, то есть исполнили все возможные инструкции, законы, приказы, нигде ничего не забюрократили. Даже наоборот, попытались содействовать. Отец мальчиков написал письмо директору школы, прося ходатайства школы в получении детьми прописки. Директор выполнила просьбу (надо сказать, что она вообще принимает в жизни детей большое участие, ребята благодаря ей имеют медицинские полисы, получают в школе бесплатные обеды). Свое ходатайство она направила главе департамента образования А.Зубилину, который попросил о содействии заместителя главы администрации города по социальным вопросам И.Кочанкова, а он, в свою очередь, направил аналогичное письмо начальнику УВД А.Леонтьеву…

Когда мы пришли познакомиться с семьей Вани, у отца семейства был расстроенный вид: «Я был в школе. Им пришло письмо с ответом, что с пропиской помочь не могут». Ходатайство проработало вхолостую.

Об отказе мне было уже известно, потому что буквально за день до этого я побывала у начальника городского паспортного стола Г.Санкиной. И она мне пояснила, что для регистрации детей нет законных оснований, поскольку не определен статус жилья, в котором они живут.

По закону паспорт должен иметь каждый, достигший 14­ти лет и проживающий на территории РФ («Положение о паспорте», утвержденное постановлением правительства). По приказу МВД РФ № 605 выдача и замена паспортов проводится органами внутренних дел по месту жительства граждан. Но «не имеющим места жительства выдача и замена паспортов проводится по месту их пребывания или фактического проживания». Такие люди должны быть «документированы паспортом по фактическому месту жительства». Эта поправка введена в приказ по МВД РФ в сентябре 1999 года. Тогда уже стало ясно, что в стране полно бомжей и людей «перекати­поле» и их желательно хотя бы учитывать.

Итак, паспорт у ребенка есть – закон исполнен. Но прописки у него нет, потому что опять­таки исполнен закон.

Интересно получается. Как мне сказала инспектор по охране прав детства Т.Тужилкина, если несовершеннолетнего по суду лишают регистрации, то обязательно вызывают на заседание суда представителей органов опеки. А тут дети автоматически лишились прописки, и эта ситуация никак никем не контролируется…

Отец семейства и старший сын имеют такие же, как и у Вани, «бомжовые» паспорта. Мать паспорт потеряла, но когда восстановит, он будет таким же. Устроиться на нормальную работу очень трудно, если не сказать невозможно. (Уважающие себя и свое предприятие работодатели просто впадают в ступор, когда видят в паспорте пустую страницу.) Остается частник, уходящий от налогов, а это значит – никакой социальной защиты, ненормированный рабочий день, низкая и нерегулярная оплата труда, риск в любой момент лишиться и этого.

В Центре занятости еще не было прецедента, чтобы сотрудники устраивали на работу человека с паспортом без прописки. По словам инспектора по трудоустройству Г.Крутилиной, она готова содействовать в поисках работы оказавшимся в такой трудной ситуации людям, но ни встать на учет, ни получать пособие «документированные» бомжи не смогут. Все пособия получают по месту жительства, которого у них (слава Богу, пока только на бумаге) нет.

Осенью прошлого года долг за квартиру составлял более двадцати тысяч рублей. Ни одной попытки начать расплачиваться с долгом родители не сделали. На 1 января, по данным ЖРЭП, долг за жилье составил 36 с лишним тысяч рублей. На дворе – конец февраля…

По словам начальника жилищного отдела администрации А.Фролова, стоит только пойти навстречу и разрешить изменить статус жилья, как эти люди потеряют всякий интерес к выплате долга.

Имеем замкнувшийся круг: долг за жилье – квартира, которая потеряла свой законный статус, – паспорт без прописки – отсутствие нормальной работы – рост долга – невозможность узаконить статус жилья и вернуть все в нормальное русло…

Родители этот круг разомкнуть не в состоянии. Чиновники тоже. Но дети­то? Они разве должны отвечать за несостоятельность отца и матери? Как быть ребенку, если ничего не может сделать взрослый?

Ваня и его младший брат с надеждой ждут помощи. После знакомства с журналистами и руководителем Центра милосердия они то и дело спрашивали тетю Соню: «А про нас не забыли?». Ребята не хотят быть бомжами, с паспортом или без паспорта…

На тот момент, когда готовилась публикация, семья получала помощь продуктами от Центра милосердия, родителям мальчиков помогли устроиться на работу в ЖЭУ. Члены комиссии по делам несовершеннолетних готовы поддержать их обращение в жилищный отдел с просьбой разрешить поменять статус жилья, чтобы оформить прописку… Сумеют ли родители на этот раз не сплоховать? Но дело­то не в них, а в их детях.

Такая семья в городе не единственная.