Анатолий Амеличев: «Как я построил дом»

Общество всегда интересуется известными людьми. Если человек не в состоянии решить личные проблемы, сможет ли он решать общественные?

В этой рубрике газета предлагает взглянуть на кандидатов в депутаты городской Думы не с официально-анкетной, а с обычной житейской стороны – всем близкой и понятной. Рассказывает Анатолий АМЕЛИЧЕВ.

В нашей жизни многое приходится делать не благодаря, а вопреки. Так было и с моим домом. Я горжусь тем, что я построил дом, и почти весь – своими руками. Что не мог сам, приглашал специалистов. А в общем, начиная с изготовления кирпичей и кончая крышей, все делал с сыновьями своими руками.

Лет семь назад, когда еще работал конструктором во ВНИИЭФ, спроектировал я машину, которая формует кирпичи из керамзито-бетона. Вокруг этого дела объединилась группа ребят-внииэфовцев, и мы зимой и летом в любую погоду формовали эти кирпичи. Качество было прекрасное, и кирпичей мы наделали на несколько домов. И мой дом, и дома рядом построены из кирпича, который мы сделали тогда сами. Эта машинка до сих пор стоит у меня под окнами и ржавеет. И я бы ее с удовольствием отдал тем, кто хочет пройти этот путь. Хотя то, что лично я испытал при строительстве дома, я бы не советовал повторять никому. До сих пор руки избиты так, что неловко на официальных встречах их на стол положить.

Меня как русского человека всегда возмущало, почему нам выделяют по 4-5 соток земли? Это при таких-то земельных угодьях, которыми мы обладаем. Почему мы должны на убогих клочках строить убогие хибарки? Я принципиально эти четыре сотки никогда не брал, меня возмущал этот нищенский подход к делу: почему нас загоняют в эти рамки при таком обилии земли в России. Но вот появилась более человеческая возможность. Владимир Александрович Белугин проявил инициативу, съездил в Усть-Каменогорск и рассказал, какие там народ строит коттеджи. Решили начать и у нас. Он, собственно, и является отцом-основателем ТИЗа. Вокруг этой идеи сформировался коллектив энтузиастов, которые не боялись работы и хотели построить себе дом своими руками. Но и с помощью государства, как это принято во всем мире.

«Такоевский» Совет работал хорошо, но большим его минусом была неудача с ТИЗом. В этом вопросе они отстали от времени – не выделили людям под строительство землю, которую должны были выделить по проекту в черте города. Нам отказали во всех инстанциях. Тогда мы, заручившись поддержкой В.Белугина, отправились в кабинеты руководителей близлежащих районов. На селе всегда строили собственные дома и к этому относились как к норме жизни.

Пришлось тратить деньги на новый проект. Речь уже шла о строительстве на земле, которую нам «прирезал» Дивеевский район. Мы на своем «горбу» перетащили границу «зоны», переставили столбы, перенесли проволоку и коммуникации. И приступили к корчевке мелкого леса, который там был. Это чем-то напоминало времена американских первопроходцев, просто отдельная эпопея. Пришлось и столбики пограничные самим делать. Нас потом долго ругали, что мы их сделали не как специалисты, но специалисты нам почему-то не помогли.

Мы проявили волю, и находчивость, и работоспособность, а теперь о нас говорят – в ТИЗе могли участвовать только богатые люди. Ну какой я был богатый человек, когда у меня была машина «копейка», заработанная на «шабашках», двое сыновей, две собственных руки и собственная голова. Мы надеялись на кредиты. А когда нам землю не отвели вовремя, и кредиты «пролетели».

Если бы все людям дали вовремя, мы давно бы уже построились. А теперь идет «долгострой». И ясно почему долгострой – денег нет. Если бы мы были богатыми людми, мы бы построили себе дома за год-два. А когда строишь себе дом в течение десяти лет, вкладывая в него и все отпуска, и каждую свободную копейку, то можно сказать только одно: пусть, кто хочет, попробует.

Да, я всегда хотел иметь свой дом. Но дело не только в этом желании. Будучи сотрудником ВНИИЭФ, проживая с двумя взрослеющими сыновьями и родственниками в двухкомнатной квартире, я не имел никаких шансов из нее выехать. У меня приходилось 1/10 метра лишней площади на человека, и меня уже не ставили в очередь, даже после защиты диссертации. Такие были правила. Приходилось надеяться только на себя. Но я и «по жизни» привык это делать.

Конечно, все деньги, которые появлялись в семье, шли на этот дом в ТИЗе. Например, от продажи родительских квартир. Несколько месяцев назад я продал в Краснодаре последнюю квартиру тещи за 15 тысяч долларов. Я по духу – не предприниматель, денег не коплю, акций не покупаю, все вкладываю в этот дом. Надо жить сейчас, а не потом. Опыт наших родителей говорит, что все накопления в нашем государстве превращаются в НИЧТО.

Всю жизнь я проспал на раскладном диване, всю жизнь приходил в квартиру, как на вокзал. И только в эти последние полгода, прикупив одну комнату, смог обменять двухкомнатную квартиру на обычную трехкомнатную. И это мы смогли сделать только после продажи двух «наследных» родительских квартир.

Строительство дома очень сдружило всю семью. Я не считаю, что детей надо воспитывать наказаниями или нравоучениями. Это неэффективно. Самое лучшее – это личный пример. Вот когда ты берешься за какое-то дело, а ребенку тоже интересно, и он начинает с тобой что-то делать вместе – это и есть самое лучшее воспитание. Конечно, для этого надо находить время, чтобы дети жили одной с тобой жизнью. Но ведь с детьми и сам становишься моложе, когда вникаешь в их проблемы и интересы. У меня два сына. Один, так же как и я, закончил «военмех» в Петербурге и приехал почти на мое бывшее рабочее место во ВНИИЭФ, другому – двадцать, он студент четвертого курса. И они прошли со мной длинный путь, мы друг у друга многому научились. Это нас очень сблизило. Трудно перечислить все, что мы делали вместе. Сделали прекрасную лодку из стеклопластика. На ней рыбачили на Оке и Волге. В доме вместе настилали полы, делали стены. В 13 лет мой младший сын посмотрел, как пьяница-каменщик клал первые кирпичи в нашем доме. Он сказал: «Папа, я сделаю это не хуже». И потихоньку весь дом сложили сами. Сейчас показываю работу сына с гордостью. Все виды столярных работ – сами. Внутреннюю лестницу купить стоит 3 тысячи долларов. Мы решили – купим инструмент и лестницу сделаем сами. Пришлось почитать литературу и поконструировать. Получился не шедевр, но нам нравится, как и все, что сделано своими руками.

Всю отделку дома делали вместе, снаружи обшивали утеплителем – вместе. Это тоже целая наука, можем уже консультировать. А младший сын «по кирпичному делу» стал мастером – приглашают гаражи строить. И я спокоен, мне за сыновей не стыдно – ребята могут взять в руки молоток и забить гвоздь. А когда руки работают – работает и голова. Сыновья много возятся и с автомобилями. Практически все ремонты – на них. Машина у меня – девятка «жигули». Но я с удивлением узнаю, что народная молва приписывает мне обладание «мерседесом». Что можно сказать? Спасибо людям хоть на добром слове.

Подготовила Л.Саратова
Оплачено из избирательного фонда кандидата в депутаты городской Думы А.Амеличева (округ № 15)