|
ЛИЧНОЕ ДЕЛО В.И.Чаптынова за номером 1
так и осталось у меня... (Начало темы в № 33)
Я пытался вернуть его личное дело, но ответ
был прежним: кому он теперь нужен. Это относилось к памяти человека, о
котором мы сейчас с гордостью говорим как об основателе республики. Его
попросту пытались быстрее забыть. Уход в политическое небытие его имени
реабилитировало тех, кому его деятельность предвещала скорый уход с
исторической арены. Вот почему неожиданная смерть первого главы
республики так оживила "группу товарищей", годами безуспешно пытавшихся
сместить его с руководства регионом.
Сразу после известия о его кончине некие
политические "карлики" стали проводить всевозможные совещания. Особенно
с приглашением так называемых "силовиков", демонстрируя, что отныне
власть в их руках. За телом же покойного, если не считать родственников,
из многочисленной комиссии по организации похорон поехал один
М.З.Гнездилов. Он, кажется, и привез справку о причинах смерти. Написана
она одним врачом без всякого консилиума. При вскрытии тела не
присутствовал ни один медик из республики. Помнится, при вскрытии
опечатанного кабинета В.И.Чаптынова и то созвали комиссию, в которую
включили и меня. Мы скрупулезно составляли акт личных вещей, опись
документов. Эту опись затем опубликовали.
Личным делом никого не поинтересовался. Не
просили ни в архив, ни в музей. А там все официальные документы о жизни
первого главы республики: его учетная карточка с фотографией,
собственноручно написанные автобиография, даже заявления в отпуск, все
решения о назначениях и перемещениях. После нескольких лет эту папку я
передал его верному другу и многолетнему помощнику Е.М.Карпову. Евгений
Михайлович, как никто другой, многое сделал по увековечению памяти
первого главы республики. Создавал общественный фонд, по крохам собирал
деньги на установку мемориальной доски, надгробной плиты, а главное,
издал книгу с кратким и емким названием "Чаптынов". В книге собраны
выступления В.И.Чаптынова в разные годы, документы о его жизни, подборки
фотографий, воспоминания современников.
Когда я упоминаю о недругах В.И.Чаптынова,
имею в виду узкий круг недоброжелателей, вечно движимых корыстными
интересами быть у власти и делать политическую "погоду" в области, а
теперь и республики. Конечно, Чаптынов не устраивал их ни при жизни, и
даже теперь, когда его давно нет в живых. Не думаю, что кто-то из них
когда-нибудь в раскаянии посетит его могилу. Вначале было заметно, как
они, враз, вспомнив об неотложных делах, разъехались по командировкам,
так и не приняв участия в похоронах и других поминальных днях. Их
немного, но они наловчились приспосабливаться к любой власти, кто бы не
находился на его вершине.
Почему они не воспринимали Чаптынова? Ответ,
на мой взгляд, прост. Годами, десятилетиями у руля региона ставили
привозных. Они приезжали, затем уезжали, так и не осознав нужды и чаяний
живущих здесь людей. Ближний круг подчиненных научился использовать их в
своих целях. Они заправляли всеми делами, а временщикам вешали, как
говориться, лапшу на уши о здешних порядках. Особенно изощрялись в
борьбе с так называемым "национализмом". На этой теме я подробно
остановлюсь в дальнейшем, так как в разжигании этого вопроса и затем
успешном тушении наши чиновники преуспевали всегда. Умения в такого рода
действиях сохранены до наших дней. Такого рода политтехнологии
применяются в выборных компаниях по сей день.
Валерий Иванович был наш, свой человек. Из
местных. Впервые за многие годы во главе области стал местный кадр. Я
имею в виду должность первого секретаря обкома партии. Причем, что не
обычно, из числа алтайцев. Так сложилось, что в национальной автономии
на ключевые роли не принято было выдвигать выходцев из числа коренных
людей. Надобность в толмачах отпала само собой. Это очень насторожила
привыкших жить двойными стандартами: в лицо пришлому руководителю
говорить только приятные вещи, за глаза ругать. И когда его не стало,
они по привычке решили: пора о бывшем говорить только гадости, абы
угодить новому начальнику. Они не осознали, кем он был. Это теперь вновь
заговорили о нем с почтением. А тогда... По возвращении с Москвы, как
только стало известно что Валерия Ивановича больше нет, я столкнулся и
другой мелкой чиновничьей черствостью. В правительстве мне вернули
командировочный отчет, сказав, что не могут оплатить ни проезд в
столицу, ни проживание в гостинице - в приказе не указана цель поездки.
Ситуацию спас управделами И.С.Кичмаренко, нынешний мэр Бийска. Он
подтвердил, в день отъезда Валерий Иванович поручил им срочно найти меня
и командировать вместе с ним.
ШЛИ ГОДЫ. Со временем все очевиднее
становилось величие этого человека. Все чаще с горечью мы стали
замечать, что его нет с нами. К чему пришли теперь, известно - в наши
дни стало привычным всуе вопрошать: нужна нам республика или нет?
Походив по кругу, мы вновь вернулись к истокам. Знать пора вспомнить
все, в первую очередь, о человеке, чьи помыслы и стремления определяли
черты республики.
В моей судьбе он оставил заметный след, хотя
нас отделял рубеж поколений. Когда я работал в Алтайской краевой студии
телевидения, готовил первые телепрограммы на алтайском языке, он
пригласил меня к себе. В своем кабинете Валерий Иванович, тогда 1-ый
секретарь обкома партии, угощая чаем, речь начал издалека. Как нужны
молодые, по-новому мыслящие люди в государственных делах. Суть его
предложения сводилась к следующему: перейти в работу в идеологический
отдел, ведать вопросами СМИ. Менять журналистскую стезю на чиновную не
хотелось. Но он умел убеждать. И все же на бюро при утверждении моей
кандидатуры вышел казус. Припомнили как я, будучи областным депутатом,
критиковал некоторых партийных боссов, да и вообще, вхожу во фракцию
"независимых" депутатов, состоящего сплошь из беспартийных. Решение не
приняли, и я со спокойной душой ушел домой. Я ведь не готов был к
партийной работе, никогда не был даже секретарем первички. И все же на
следующий день он снова вызвал к себе, велел приступить к работе. На
возражение, что бюро против, он сказал, - это не твоя забота, доверь уж
мне. Конечно, надо было быть не благодарным после этого, работая в
аппарате обкома, выступить на сессии против совмещения должностей
первого секретаря и председателя Совета депутатов. Я тогда думал, что
моей партийной карьере пришел конец. Но Валерий Иванович после сессии
лишь упрекнул, - какой же ты упрямец, и все же я уважаю твою прямоту.
Так я проработал почти год до момента роспуска партии. Судьбе угодно
было быть свидетелем крушения обкома партии. Как рылись в мусорных
корзинах в поисках копировальной бумаги мнимых заговорщиков, шептались
при включенных на всю громкость телевизорах, не пускали в кабинеты - это
иная история. В этой истерии В.И.Чаптынов оставался очень спокойным. Об
этом я расскажу при случае в следующий раз. Человеческие черты наиболее
ярко проявляются в переломные моменты, когда не ведомо, что будет через
день или буквально через час.
С собкоровской работы международного журнала
"Тюркский мир" на должность председателя постоянной комиссии первого
парламента республики мою кандидатуру вновь предложил он. Верховным
Советом республики были заложены основы новой республики. Об этом
написано много. И все же стоит отдельно впредь рассказать свое видение.
Ведь сейчас "отцами основателями" именуют себя даже те, кто в свое время
стоял в стороне, выжидая, что из этого выйдет. Многих, кто искренне
голосовал и ратовал за создание республики, ныне не принято даже
упоминать вскользь. На десятилетии республики их близко не подпускали к
трибуне. Наши депутаты составили свою версию истории республиканского
парламента. Они исключили из хроники Верховный Совет. Стоит ли теперь
удивляться, как судьбой республики ведают те, кто, не моргнув глазом,
могут отречься от нее, стоит только посулить личное благосостояние.
Надо ли сейчас вспоминать о Валерии Ивановиче,
невольно бередя утихающую с годами боль утраты? Думаю, да. Память о нем
может единить нас и впредь, сохраняя в целостности наш общий "очаг" -
республику. Ибо жил он не корысти ради. Помните, он говорил: "На тот
свет в кармане ничего не унесете, всем достанется поровну - по два метра
земли..."
ТАК ПОВЕЛОСЬ, что в праздники, связанные с
датами становлением республики, второй тост неизменно поднимали в память
о В.И.Чаптынове. Всегда было в тот миг и грустно и светло. Недавно я был
удивлен новшеством, вводимым в среду наших законодателей. Взявший слово,
сверкая очами и бликами, торжественно произнес: "По сложившейся в нашей
республике традиции давайте выпьем за нашего...!" Поразительно как
"нашим" стал уже не Валерий Иванович. Не знаю, когда они успели столько
выпить, чтобы сложить новую песнь. Но думаю, также быстро, как ее
сочинили, она и иссякнет. Вместе с ее создателями.
Владимир
ТОРБОКОВ, журналист.
№
36, 2004 год |