Социально-экономическое планирование сродни любому бизнес-плану, который отвечает на основные вопросы — что? на какие средства? каким путем? в какие сроки? Так что же (как и когда) намерено делать правительство, чтобы экономический эффект в соответствии с конечной целью бизнес-плана губернатора выразился в росте доходов нижегородцев? Об этом наш разговор с заместителем губернатора по социально-экономическому планированию, бюджетным отношениям и инвестиционной политике Владимиром ИВАНОВЫМ.
— Владимир Александрович, вам до 100-дневного рубежа уже недалеко. Прошло достаточно времени, чтобы оценить, какое из координируемых вами направлений вы для себя определяете центральным.
— Если одно какое-то направление могло бы решить все проблемы, то можно было бы другими не заниматься вообще. Но только в совокупности все направления деятельности могут дать положительный эффект — повышение доходов населения и уровня бюджетной обеспеченности. Исходя из этого и строится работа всех блоков правительства, в том числе министерств, входящих в наш блок.
К сожалению, на начало нашей работы уже принятый бюджет исполнялся с отставанием, причем значительным — оно подходило к полумиллиарда рублей. Громадное количество вопросов было запутано с собственностью, и нам пришлось в этом разбираться, чтобы понять принятые ранее решения, на основе которых функционировала и использовалась эта собственность. И, конечно, стояла масса вопросов по обеспечению организованного проведения инвестиционного процесса.
Губернатор поставил задачу в сжатые сроки вывести Нижегородскую область по основным социально-экономическим показателям из отстающих. Для нашего блока это, в первую очередь, показатель бюджетной обеспеченности. Судя по тому, насколько мы не дотягиваем до среднего показателя по бюджетной обеспеченности и в Приволжском округе, и по Российской Федерации, ясно, что в корне изменить ситуацию невозможно за год или два. И если не добиться резкого перелома, то при существующей динамике мы заданных параметров не достигнем и к 2030 году. В текущем моменте, несмотря на все прогнозы, самым радужным из которых было получить 97 процентов от планируемых доходов, ежедневная работа органов исполнительной власти, всех министров с каждым предприятием индивидуально (где-то оказывая помощь, где-то применяя административный ресурс, где-то идя на реструктуризацию) начала давать положительные результаты. В октябре уже значительная часть отставания ликвидирована, в ноябре ситуация складывается значительно лучше предыдущих месяцев. На сегодня отставание выражается в 280 миллионов рублей и есть перспектива его погасить. Это означает, что бюджетополучатели — в частности, школы, больницы — получат все запланированное.
— Мы говорим об отставании, сложившемся из-за недопоступления налогов?
— В первую очередь губернатор лично переговорил со всеми силовыми структурами, подключена была прокуратура к работе со злостными неплательщиками. Начали активно предъявлять претензии в судебном порядке, если есть необходимость. Но есть и громадная задолженность по аренде за землю, за имущество, по которой даже не велась претензионная работа. Мы начали активно работать с государственными предприятиями, которые имели долги перед бюджетом в части перечисления доли причитающейся прибыли.
— Если говорить об увеличении налоговых поступлений в дальнейшем, то каковы основные направления в этой работе?
— Основное — это, конечно, наращивание объемов производства во всех сферах экономики, не только в промышленности. Например, сельское хозяйство должно приносить доходы в бюджет. Вообще, увеличение доходной части бюджета — это общая фраза, за которой скрывается много форм работы. Самая стратегическая — создание новых производств через привлечение инвестиций. Также важно разобраться в причинах, сократить количество предприятий, работающих с убытками. У нас доля убыточных предприятий выше, чем по округу и по России. И ссылки на то, что причиной тому большое количество предприятий, относящихся к ВПК, не всегда оправданы.
Третье. В последние годы часть предприятий — крупных налогоплательщиков сократили платежи в бюджет области за счет так называемой реструктуризации предприятий, а проще говоря, вывода уплаты налогов за пределы Нижегородской области. И здесь в значительной мере может быть действенным индивидуальный переговорный подход. Но могу сказать, что, если не будет взаимных шагов навстречу, существуют иные методы воздействия, и рычагов для этого у нас достаточно. Работая здесь, загрязняя здесь атмосферу, пользуясь нашей социальной сферой, дорогами, инфраструктурой, платить налоги в другом месте, мягко говоря, неправильно. Мы не претендуем, чтобы забрать у кого-то, но то, что причитается здесь — платите здесь. Иначе переносите производства туда, где хотите платить налоги. Мы на освободившиеся площадки найдем собственников, которые будут добросовестно выполнять свои обязательства. Такие переговоры ведутся, и могу сказать, что есть изменения уже по этому году. Мне не хотелось бы называть предприятия, чтобы это не прозвучало неким упреком. Иногда на это были причины. Как некоторые руководители объясняли, кто-то не находил административной поддержки здесь и, соответственно, искал ее в другом месте. Сейчас мы восстанавливаем утраченные связи и находим понимание.
— А эта работа не воспринимается как давление на бизнес?
— Нет, на сегодняшний день мы пытаемся выяснить причины, что подтолкнуло к этому. Если мы можем снять эту причину, предприятия готовы платить налоги по-прежнему. Но когда это делается из личных интересов, то могут быть применены и меры давления в том числе...
— А какова, собственно, цена вопроса? Сколько мы сейчас теряем?
— Снижение налоговых поступлений не всегда определяется тем, что они были выведены за пределы области. Иногда есть объективные причины. Недавно мы разбирались с ОАО “Верхневолжские магистральные нефтепроводы”. По нашим данным, объем прибыли по сравнению с предыдущим годом значительно сократился. Но выяснилось, что это не по причине какого-то вывода, просто в 2004 году предприятие проводило масштабные работы по реконструкции и замене нефтепроводов. Поэтому цифру назвать сложно, но, по предварительным нашим подсчетам, до 400 млн рублей может быть увеличен объем поступлений только за счет возврата части платежей налогоплательщиков в область.
— Владимир Александрович, когда вы говорите о том, что необходимо сократить долю предприятий, работающих с убытками, то имеете в виду государственные предприятия?
— Не только.
— А каким образом можно воздействовать на собственника?
— Здесь речь идет о предприятиях, находящихся в стадии банкротства. На сегодняшний день, например, мощная база по переработке зерна — мукомольные заводы области — доведена до того, что находится в стадии банкротства. Не о прибыли уже говорится, а о том, как бы муку не пришлось в других регионах брать. Ну распродадут конкурсные управляющие оборудование по частям, и что мы тогда будем иметь? Губернатор выступил с инициативой приостановить дальнейшую процедуру банкротства. Сейчас наши промышленники во главе с Виктором Клочаем разработали программу инвестирования с тем, чтобы реанимировать эти предприятия, выработать систему погашения долгов. А они могут работать очень прибыльно. Более того, если эти предприятия нормально вписать в экономику, они могут стать неким локомотивом в поддержке сельского хозяйства. Если в заинтересованную цепочку еще ввести хлебопечение, тогда бы получился замкнутый цикл — производство зерна, переработка и хлебопечение. И можно регулировать процесс, включая ценовые факторы, стимулировать сельскохозяйственное производство. Абсолютно нормальные налогоплательщики, доведенные до банкротства по каким-то не ясным причинам — нам важно их вытащить и сделать прибыльными. И таких примеров можно сегодня приводить очень много. Есть несколько крупных предприятий военно-промышленного комплекса, решения по которым принимаются уже не в области, а на уровне федеральной комиссии. И были подготовлены дела о введении процедуры наблюдения. Мы вышли с инициативой не торопиться с этим, дать нам время — сейчас ищем пути, как поддержать предприятия.
Или вот мы говорим о привлечении инвестиций, а некоторые наши предприятия готовы нарастить объемы производства, у них есть свои хорошие бизнес-планы, а главное — средства. Но они не могут этого сделать по причине отсутствия инженерного обеспечения. Скажем, Дзержинск уже не может развиваться, потому что там на сегодняшний день нет возможности увеличения подачи газа. Это вызывает недоумение: казалось бы, раньше хватало, производство в Дзержинске упало, а теперь не могут увеличить подачу газа. Но износ трубы не позволяет нарастить давление: раньше через нее подавали газ под давлением 70 атмосфер, сегодня только 22 атмосферы. Хотя это заверение газовиков, и возможно несколько предвзятое, его нужно проверить.
Параллельно мы подготовили программу, и губернатором она одобрена, развития новых сетей газоснабжения, которые давали бы возможность нарастить объемы производства. Но, учитывая, что стоимость этой программы более миллиарда рублей, решить ее мы сможем только с участием Газпрома.
Другой пример. Сегодня ряд проектов нереально воплотить из-за недостатка мощностей электроэнергии. Попробуйте в Нижнем на любой площадке получить технические условия на подключение! Все левобережье испытывает тот же дефицит! Начали разбираться. Выяснилось, что электросети, через которые подают электроэнергию, имеют недостаточную пропускную способность — где-то устарели, где-то есть участки с маломощными трансформаторами. Переход через Волгу ввели в 1934 году и ни разу не реконструировали. Мы провели переговоры с федеральной сетевой компанией, губернатор лично обращался к премьер-министру Фрадкову. И на днях наше министерство инвестиционной политики достигло договоренности не в 2010-м, как планировалось, а уже в 2006 году переориентировать инвестиционную составляющую федеральной сетевой компании на Нижегородскую область: начать строительство новой линии высокой пропускной способности с Костромской ГЭС и заменить переход через Волгу. Задача поставлена довольно амбициозная — где-то в мае-июне завершить эти работы. Но раз нам пошли навстречу, то придется и самим проявить расторопность — быстро оформлять землю, расчищать лесополосы. Вообще, очень много на сегодня стратегических направлений, и все надо быстро, иначе будем терять потенциального инвестора.
Например, сейчас к нам пришли с предложением разместить в области металлургический завод, работающий по самым современным технологиям. И что получается: в Дзержинске нет газа, в левобережье — электроэнергии. Создать условия для развития — обеспечить инженерию, обеспечить быстрое прохождение документов, оградить от лишних административных барьеров — это текущая задача власти.
— Бывает, что инфраструктура позволяет, но бизнесмены спотыкаются на земельном вопросе.
— Вы знаете, что одна из самых первых инициатив губернатора и была связана с регулированием порядка оформления земельных участков на территории Нижегородской области. Именно с этой целью был внесен закон “О регулировании земельных отношений”, и, надеюсь, 24 ноября он будет принят во втором чтении. Закон позволит в самые оптимальные сроки, конечно, в рамках действующего законодательства, получить землю. Любой инвестор — российский ли, иностранный ли — сможет по установленной форме подать заявку, после чего все наши профильные министерства дают необходимые данные в министерство по инвестиционной политике, и оно выносит вопрос на инвестиционный совет. Совет в присутствии инвестора, глав местного самоуправления и с учетом их мнения выносит решение. Если оно положительное, то тут же наши профильные министерства совместно с органами местного самоуправления начинают заниматься подготовкой необходимой документации для инвестора. Важно, что все это завязано и на федеральных структурах. И мы будем договариваться с ними, чтобы обеспечить более быстрое прохождение этих документов. Процесс до предела бюрократизирован, неправильно поставленная запятая может увеличить сроки оформления вдвое... Сейчас же что получается: одному льготные условия, другому такие, что сам от всего откажешься... Нужен единый подход.
— Владимир Александрович, а как бы вы оценили земельные ресурсы области?
— Знаете, можно оценивать в квадратных метрах и в рублях. С первым все ясно, второе, на мой взгляд, на текущий момент не поддается подсчету. Самое главное, что стоимость наших земельных ресурсов в случае решения вопросов инженерной инфраструктуры вырастет в несколько раз. И я считаю, что нам необходимо повысить стоимость земли. Вот, скажем, по нашим расчетам в оценке иностранных инвесторов стоимость земли в Нижегородской области колеблется от 300—350 долларов за квадратный метр. Я думаю, эту стоимость при соответствующей инфраструктуре можно увеличить в 2—3 раза.
— Наверное, земля действительно недооценена. Вот городская Дума, например, обсуждает размеры инвестиционного взноса за право приобретения земельных участков под строительство...
— Да это и в советские времена было, только в несколько другой форме. Строится дом — нужно предусмотреть определенную площадь под аптеку или магазин. Это, на мой взгляд, нормальная, социально ориентированная практика. Но при условии, если все правильно оформлять на основе ясных обоснований. На сегодня Градостроительный кодекс четко прописал, например, что можно брать взнос за право подключения к инженерным сетям. Главное, чтобы это не был сбор, который еще неизвестно куда пойдет.
— Но стоит поставить завышенный взнос, и наши строители окажутся в невыгодном положении. Потому что интересующиеся нашей областью москвичи располагают совершенно другими средствами.
— Я со многими москвичами разговаривал на этот счет и понял, что они хотели бы войти в альянс с нижегородскими предпринимателями. Понимаете, сегодня много земельных участков выделено, но они не застраиваются. Причины разные. Одни взяли для того, чтобы спекульнуть, перепродать право аренды и т. д. Кто-то взял, не рассчитав силы, и темпы инфляции не позволяют начать строительство — не хватает средств. И в этих случаях московские компании готовы вложить свою долю в строительство или, наоборот, взять к себе в долю. Так что, я думаю, приход москвичей здесь мог бы только дать большие возможности. Но этот процесс должен быть открытым.
— И последний вопрос, который невозможно не задать. Принят в первом чтении бюджет на 2006 год. Будучи главой района, вы в первую очередь отстаивали интересы территорий. Теперь вы в ответе за полсотни территорий. Каким вы видите бюджет-2006 в разрезе межбюджетных отношений? Районы вновь почувствуют себя обделенными?
— Да будь бюджет в три раза больше, все равно говорили бы, что не хватает. Когда я начинал работать главой, бюджет Борского района был 180—190 млн рублей. Когда уходил в 2004-м, он составлял около миллиарда. И все равно не хватало. Это нормально — всегда нужно ставить масштабные задачи и стремиться сделать больше. Бюджет области на 2006 год бездефицитный, но очень напряженный в части расходов. И при всем этом интересы районов я отстаивал с такой позиции: чтобы был одинаковый подход. А не так: одним прекрасную жизнь, другим ничего. Наша инициатива внести изменения в закон о межбюджетных отношениях и направлена на то, чтобы выровнять ситуацию в 33 районах.
— Ровный подход — это снова уравниловка? А как же стимулировать зарабатывать?
— Нет, это не уравниловка. Когда я говорю об одинаковом подходе, то имею в виду равное обеспечение потребностей. Несмотря на то, что Бюджетный кодекс не обязывает нас это делать, мы отдали часть средств районам — долю налога на прибыль организаций и на имущество организаций, долю налога на доходы физических лиц. Увеличивайте налогооблагаемую базу, повышайте зарплату — и у вас будет больший доход, чем мы просчитали. Вот в чем стимулирование. Ведь могли бы 30 процентов налога на доходы физлиц оставить — и все. Но мы посчитали, сколько придется дать дотаций, и решили еще в среднем около 27 процентов подоходного налога оставить районам. Учтите, что при расчетах был заложен завышенный фонд оплаты труда работникам бюджетной сферы, который сегодня пустили на дополнительное финансирование районов. Таким образом, минимум обеспечили, а дальше — зарабатывайте.
— Борский район — признанный в инвестиционном плане лидер. А есть ли еще в области такие точки роста?
— Мы будем помогать создавать такие точки роста. Уже можно назвать Дзержинск, Выксу, Володары. Павлово очень активно работает... У нас много перспективных районов. Мы будем регулировать инвестиционный процесс и с позиции размещения новых производств. Например, правительство может предложить инвестору большую помощь, если он пойдет, скажем, в северные районы.
— И будут желающие?
— Да они уже есть.