|
Опасная зона
«Азартные игры — это сети,
в которые сатана ловит души».
М.Ю. Лермонтов
Игромания - разновидность наркомании в очень тяжелой социальной форме. Но при этом она не находит сочувствия в обществе...
Если наркоманию или алкоголизм мы признаем как болезнь - есть специализированные институты, больницы, реабилитационные центры, то игромания считается у нас бытовой распущенностью, с которой человек в состоянии справиться сам.
Ирина Нестерова
Тройка, семерка, и ... сам сатана
В переписке со своим близким другом Лермонтов как-то сказал: «Когда я играю, я чувствую бестелесного дьявола, притаившегося за моими плечами. Я не знаю, кто из нас окажется сильнее». Надорванное душевное состояние Лермонтова, склонного к ипохондрии и припадкам мрачного безумия, помогло ему увидеть в обычной игре мистический смысл. Он отразил его в своей незаконченной повести «Штосс», которая стала смесью реальной жизни и мрачной фантазии автора.
Штосс - одна из старинных банковых игр, которая появилась в XVIII веке, и была одной из самых излюбленных игр в офицерской среде. Популярность штосс обрел в то время очень быстро. Страстным любителем азартных игр был и молодой офицер Михаил Юрьевич Лермонтов, и, конечно, он не раз принимал участие в штоссе.
Лермонтов не раз был свидетелем силы и власти азарта. Многие его друзья проигрывались в пух и прах, теряя все, доходили до того, что были готовы продать свои души. Так желали отыграться и получить желанный банк. Они вполне отдавали себе отчет в том, что азарт - это мания, сопротивляться которой невероятно сложно. Среди офицеров был высокий процент самоубийств из-за проигрышей. Игра держала в своих руках судьбы многих людей, поэтому некоторым современникам повесть казалась притчей-предупреждением, призывом увидеть истинное лицо азарта, его силу и неизбежную трагедию.
Молодой, но уже уставший от жизни Лугин живет пустой, бессмысленной жизнью, страдает депрессией. У него нет в жизни цели, все кажется утомительно скучным, и ничто не радует. Лугин знает, что никогда не получит то, что хочет, да и не знает даже, что же он хочет на самом деле. Им овладело лишь одно томительное чувство пустоты, когда недостает чего-то самого дорогого и важного, но проказница память скрывает имя пропажи. Настоящий творческий человек, он искал в этом мире что-то, что наделило бы его жизнь смыслом. Будучи в таком состоянии, он оказывается легкой добычей для призрака, с которым по ночам он начинает играть в карты. Посланец вечного зла, является к Лугину коварный старик - тот самый, с портрета на стене. Призрак? Дух? Может сам... сатана?
Начинается неестественная полуреальная игра, на грани безумия и здравого смысла. Каждый картежник начинает игру по определенной причине. Кто-то ради быстрого и легкого способа разбогатеть, кто-то ради самой игры, адреналина, накала страстей. Кто-то играет потому, что уже по-другому не умеет жить. В банке Лугина - большая сумма денег и душа, в банке старика – счастье, чудесное виденье - красавица из пылких грез. Ради нее Лугин и решается играть до конца, пока цель не будет достигнута.
Работая над материалом об азартных играх, я встретилась с одним молодым человеком, который явно не из произведений Лермонтова, а из собственной жизни осознал губительную и опустошающую силу азарта. Симпатичный, умный, преуспевающий человек выглядел очень устало, как будто от долгой и бессмысленной борьбы с самим собой и собственной страстью.
— Михаил, ты — азартный человек?
- Да, конечно. Но самый настоящий азарт начинается с того момента, когда выиграешь. Раз выиграл, и все - понесло, затянуло. Играю около года. Когда идешь в казино, оставляешь там тысячу, и все – погнал, отключаешься конкретно, чем дальше, тем больше. Для меня деньги не главное, адреналин захватывает.
— А выигрываешь часто?
— Ну, выигрываю, только в последнее время у меня пошла какая-то черная полоса.
— Для того, чтобы выигрывать, что нужно?
— Везение.
— А проигрывал ты часто?
— Конечно, больше, чем выигрывал.
— А что бы ты хотел сказать владельцам казино и игровых залов?
— Молодцы, деньги гребут здорово, что им еще сказать.
— А тем, кто еще не играет, а только собирается?
- Лучше ни разу туда нос не совать. Вот сейчас к вам шел, смотрю – игровые установки, если бы не друг… Куда ни денешься, кругом игровые центры, понаставили везде, и захочешь, не сможешь избавиться от желания туда зайти.
— Какую самую большую сумму денег ты проиграл?
— Один раз проиграл двадцать семь тысяч. А в целом, не знаю, ведь когда проигрываешь, деньги не считаешь. Деньги считаешь, когда уже всем должен.
— Сложно остановиться?
— Невозможно. Только, если выиграл, или денег осталось только на обратную дорогу.
— А можно сравнить страсть к игре с пристрастием к наркотикам?
— Да, конечно, то же самое.
— А есть какое-то избавление от этого?
— Пока не вижу, психолог мне не помог, бесполезно с ним разговаривать. Я знаю много таких людей, как я. Человеку достаточно один раз выиграть, и он подсел. Кто-то, конечно, из-за денег, думает, что придет с пустым чемоданом и будет туда деньги складывать. Для меня, главное не деньги, это больше развлечение, времяпрепровождение, только потом, правда, опомнишься, когда кучу денег проиграешь.
— Хочется избавиться от этого?
— Да, конечно.
— А есть какая-то альтернатива игровым автоматам?
— Можно с парашютом прыгнуть, но я пока до этого не дошел. Наркотики я попробовал, мне не понравилось.
— В казино говорят, что они торгуют адреналином.
— Да, так оно и есть. У меня друг есть, вместе работаем, он играл все по мелочи, а тут на тысячу, говорит, влетел. Я ему говорю: посмотри на меня, что стало со мной, не влезай в это. Вот не знаю, будет он теперь играть или нет. У меня появляется желание играть только тогда, когда появляются деньги, и никаких идей, как по-другому их потратить, нет.
— Будешь еще играть?
— Пока не знаю, выиграть хочется, долгов много, но пока не получается.
В самой игре нет ничего плохого, даже в Библии нет ни одного упоминания, что игра – это грех. Например, прятки – безобидная детская игра, но если в нее играть на деньги, адреналина в крови будет выделяться больше, риск увеличиться, и уже будет сложно спрятаться от той животной страсти, которая овладевает человеком от игры на деньги и возможности легко заработать. Самое страшное сейчас – это не казино, а те игровые залы с «однорукими бандитами», которые можно увидеть повсюду. Хоть и «одной рукой”, но они легко проникают ей не только в карманы своих клиентов, но и в их души, и начинают управлять их жизнями.
Что наша жизнь?
По данным Министерства по налогам и сборам России, к концу 1998 года в стране насчитывалось чуть более 800 игровых залов (12,5 тысячи устройств), в 2000-м их число превысило 2100 (32 тысячи автоматов), а к лету 2001-го в стране официально было установлено 35 тысяч аппаратов. Сегодня в России только игорных заведений более 60 тысяч. Залы с игровыми автоматами составляют из них более 60%.
Наибольшее количество игровых автоматов в Москве и Санкт-Петербурге: на оба города приходится около 65% всех зарегистрированных в России автоматов. Другие самые играющие “в автоматы” регионы - Ставропольский и Краснодарский края, Ростовская, Московская, Нижегородская, Волгоградская, Свердловская, Ленинградская, Пермская и Новосибирская области, Удмуртия, Татарстан.
В Москве официально установлено свыше 25 тысяч игровых автоматов. В зависимости от “продвинутости” они стоят от $400 до 8000 и наиболее удачливые приносят за сутки эксплуатации более $3000.
По разным оценкам, в столице порядка двух миллионов “автоматных” игроков. Из них “проблемные”, т.е. серьезно заболевшие игроманией, составляют около 10%, а потенциальным пациентом клиники является каждый третий игрок.
Во Франции, где игровые автоматы долгое время находились под запретом, выручка казино составляет 6 миллиардов франков, из нее 85% приходится на “одноруких”. По федеральному закону США 90% прибыли от игорного бизнеса должно вернуться играющим в виде выигрышей. За этим строго следят как минимум две комиссии: федеральная и от штата. Любой игрок может посмотреть активы компании-владельца, сертификат настройки аппарата и описание работы программ конкретного автомата. В 2000 году игровые автоматы обеспечили казне штата Невада $15 миллиардов в виде налогов: десяти процентов доходов игорного бизнеса достаточно, чтобы процветали Лас-Вегас и Атлантик-Сити.
Автомат-потрошитель
Петербург в шоке. Рано утром в центре города неизвестный расстрелял всех сотрудников зала игровых автоматов, находившихся в тот момент на рабочих местах. Столь кровавых и бессмысленных убийств не помнят даже милицейские старожилы. По сведениям “Известий”, одна из версий мотива страшной трагедии, которая рассматривается в данный момент правоохранительными органами города, - иррациональная месть нападавшего за свой проигрыш в этом заведении.
Между тем, по данным Петербург-
ского психоневро-
логического института им. Бехтерева, в одной только северной столице несколько десятков тысяч человек больны недавно классифици-
рованной болезнью - “патологической склонностью к азартным играм”.
В субботу около восьми утра неизвестный с пистолетом ворвался в зал игровых автоматов, расположенный на Среднем проспекте Васильевского острова, и без лишних слов открыл огонь. В столь ранний для выходного дня час в зале присутствовали только работники: охранник, два механика-наладчика, уборщица и ее 14-летняя дочь, помогавшая матери. Четверо взрослых погибли на месте, девочка с тяжелым ранением в голову госпитализирована.
Питерский студент Сергей проиграл в автоматы несколько тысяч долларов. Залез в долги, но не мог прекратить играть. Сейчас он пациент Петербургского психоневрологического института им. Бехтерева. “Я начал играть от скуки. А потом просто не мог остановиться. Год назад я понял, что со мной что-то не так: исчезли друзья, испортились отношения с родителями”, - делится молодой человек.
Психологи и социологи бьют тревогу: “патологических игроков” с каждым годом становится все больше. По мнению врача-психотерапевта, старшего научного сотрудника института Бехтерева, кандидата медицинских наук Виктора Зайцева, причина в том, что в стране бесконтрольно растет количество игровых автоматов, а их реклама становится все агрессивнее. Согласно западной статистике, 1,5% населения страдают “игорной болезнью”. В нашей же стране, по оценке Зайцева, эта цифра может значительно превышать официальные данные и составлять 3-5% населения, то есть количество “заразившихся” игровым недугом может достигать 240 тысяч человек только в одном Петербурге и несколько миллионов человек по всей России.
Игрок получает от игры такой же кайф, как наркоман от дозы, и проходит тот же путь. Его личность деградирует под влиянием автомата, который превращается в лучшего друга. При этом человек становится равнодушным к собственным детям, друзьям. Сначала ему просто нравится щекотать себе нервы, “подпустив адреналина”, но он еще контролирует “дозу”. Затем происходит потеря дозового контроля и появляется патологическая зависимость: игрок входит в полосу “запойного”, или систематического употребления, когда без игры уже невозможно закончить день.
По статистике, люди, зависимые от “одноруких бандитов”, имеют высокий интеллект и часто успешны в жизни. Средний заработок пациентов-игроков, когда они начинают играть, обычно составляет от 15 до 50 тысяч долларов ежемесячно. Но за три-четыре года все они опускаются до уровня бомжей.
Некоторые, не сумев самостоятельно побороть недуг, пытались свести счеты с жизнью. Однажды игрок даже пошел на ограбление. Он хотел сесть в тюрьму, чтобы прекратить играть. Отсидел, вышел и снова стал играть. Патологическая склонность к игре даже более разрушительна, чем алкогольная зависимость. Ее невозможно вылечить полностью.
Если восемь лет назад медики знали о неудержимых игроках только из книг по психиатрии, то в последние три года эта тема стала одной из основных в отделении внебольничной психиатрии НИПИ им. Бехтерева. В 1995-1996 годах в психоневрологический институт обратилось всего 3 человека, которым был поставлен диагноз “патологическая склонность к азартным играм”. В 1997-1998 годах таких пациентов было уже 26. В 2001-2002 годах за медпомощью пришли 62 игрока. Всего за это время в “психушке” побывало порядка 200 человек, страдающих непреодолимой страстью к “одноруким бандитам”. Около 100 из них прошли курс лечения. Перестали играть примерно половина. Остальные вновь вернулись к своей страсти.
(Источник: Известия.ru)
Какой русский не любит
азартной игры?
Русские люди - одни из самых азартных в мире, считают специалисты, поэтому на разного рода игры может “подсесть” практически каждый. Самая лучшая защита - не пробовать вовсе. Особенно легко на игровые автоматы подсаживаются дети и подростки, люди экстремальных профессий и те, кто связан с наличностью.
Игромания - разновидность наркомании в очень тяжелой социальной форме. Но при этом она не находит сочувствия в обществе, и общество еще не научилось и не хочет помогать таким людям, говорят врачи-специалисты. Если наркоманию или алкоголизм мы признаем как болезнь - есть специализированные институты, больницы, реабилитационные центры, то игромания считается у нас бытовой распущенностью, с которой человек в состоянии справиться сам. Отчуждение, непонимание толкают этих людей к суициду. С момента, когда игровые автоматы только появились в России, эти люди проходили путь пробы “легких наркотиков”, теперь это тяжелобольные, поскольку автоматы постоянно совершенствуются и становятся доступнее.
Кстати, на Западе, где с патологической склонностью к азартным играм борются уже давно, стали появляться автоматы, отключающиеся после 50 минут непрерывной игры. При этом на табло высвечивается надпись-предупреждение с просьбой к игроку отдохнуть 10 минут. Это время дается человеку для самоанализа, оценки ситуации и ответа на вопрос: не пора ли остановиться?
В ходе постоянно проводимых исследований по всему миру выясняется, что игроки, и особенно играющие на деньги наркоманы - духовно ищущие люди. Несомненно, на поверхности они ищут экономическое благосостояние, но они также ищут и личностную реформу души. Поэтому склонность к игре не должна рассматриваться как зло или безнравственность, но как болезнь духа, который использует удовольствие, чтобы избежать боли. Не то, чтобы они были более слабыми, чем большинство людей, поскольку мы все находимся в цикле удовольствия и боли, но явно, что их душевная боль является более острой и их поиск духовности более спешный.
Последняя ставка
День за днем Лугин жил лишь игрой, только с приходом старика - в одно и тоже время, каждую ночь, начинал Лугин существовать. Больше ничто в реальном мире не интересовало его, дневная жизнь потеряла всякое значение. Круглые сутки он просиживал дома, запершись в кабинете, часто ничего не ел. Ждал, когда же придет вечер, чтобы снова испытать судьбу.
Каждую игру Лугин вновь и вновь проигрывал. Но он верил, что однажды это изменится. Поэтому он удваивал куши, не жалея денег. Игра была единственным способом получить то, что он желал, единственным шансом на счастье. И он знал, что когда придет время, он поставит на кон свою последнюю ставку, без сомнения и страха он рискнет своей душой.
Лермонтов так и не успел закончить свою повесть, был расстрелян на дуэли. Повесть обрывается фразой: “У Лугина мучительно сжималось сердце от отчаяния”. Но в найденных черновиках обнаружили записи о том, что Лугин погиб, поставив свою душу на кон ненасытному сопернику, который оказался демоном-шулером.
|
